Чтение онлайн

– Думаю, ты немного не в себе. Рад был увидеться – бывай, – произнёс я намного смелее, чем себя чувствовал, и шагнул в сторону.

– Ты чего-то, я смотрю, не догоняешь, что ли? – Дмитрий быстро сместился и преградил мне путь, возвышаясь на добрых две головы. – Опять умничаешь? Ну, так мы это быстро поправим и сейчас, как раньше.

Рядом раздалось угрожающее рычание, и я посмотрел на Норда, который стоял в паре шагов от нас и скалил зубы, несомненно, приготовившись защищать хозяина. Скорее всего, его никто, кроме меня, слышать не мог, а вот укус собаки, несомненно, будет самый что ни на есть материальный. Это придало мне некоторой уверенности, и я решительно попросил:

– Дай пройти и разбирайся сам со своими делами.

– Ах, вот ты, значит, как? Думаю, пришло самое время преподать тебе очередной урок, раз те ты успел так быстро подзабыть!

Я промолчал, пожал плечами и, взяв правее, попытался обогнуть Дмитрия, но тут он крепко ухватил меня за ворот куртки, и она жалобно затрещала, прямо как вчера от случайного свидетеля нашего диалога с Борисом.

– Куда, куда пошёл? Мы с тобой, дружок, ещё не закончили! – взревел Дмитрий и, приподняв массивную руку, на среднем пальце которой ярко блеснула печатка, сжал её в массивный кулак. – Так что ты теперь скажешь?

Он сделал несколько пугающих выпадов и, хотя ударов не было, я инстинктивно дёрнулся, пытаясь увернуться, чем вызвал громогласный и бешеный хохот Дмитрия:

– Ну, ты прямо совершенно не изменился. Как будто снова вернулись в школу. Не так ли?

Я посмотрел вниз и увидел, как Норд бодро подпрыгивает и хватает моего обидчика за ногу, тут же отскакивая и продолжая рычать.

– Ах ты! Что это? – Дмитрий согнулся и ухватился обеими руками за место укуса. – Чтоб тебя… Как больно! Ты чем это мне, а?

– Я до тебя и пальцем не дотронулся, – стараясь сохранять спокойствие, ответил я и, повернувшись, неторопливо пошёл в сторону подъезда, слыша в спину:

– Мы с тобой не закончили. В следующий раз поговорим ещё доходчивее.

Я никак не отреагировал, а неопределённо махнул рукой и увидел бегущего рядом с собой Норда, который преданно смотрел на меня, повиливая хвостом, а потом оборачивался в сторону Дмитрия, скалил зубы и рычал.

– Ну, всё, всё. Спасибо тебе, дружище. Выручил, – прошептал я и снова напомнил себе, что вижу рядом с собой чудо.

Как ни странно, это очень быстро забывалось, и, пока мы дошли с Нордом до подъезда, мне уже начало казаться, что это просто наша с ним очередная прогулка, словно не было всех этих лет разлуки. Забавное восприятие, особенно учитывая всю подоплёку ситуации.

Мы поднялись в квартиру, и я невольно отметил, что явственно слышу, как по ступеням постукивают когти Норда. Потом подумал о том, что мясо есть только в морозилке и мне нечем угостить проголодавшегося за столь долгий срок друга. Впрочем, я тут же себе напомнил, что, если верить Борису, сейчас у Норда нет в этом абсолютно никакой необходимости. Но она появится, не так ли? И очень даже скоро.

– Проходи, ты дома! – громко произнёс я, когда Норд засуетился рядом со мной в коридоре, толкаясь и словно опасаясь двигаться дальше, хотя в прежние времена первым делом нёсся на кухню к миске, в которой после прогулки непременно должна была лежать еда.

– Я вижу, ты вернул своего друга. Поздравляю, – раздался негромкий голос, и, вздрогнув, я увидел Бориса, стоящего посередине комнаты.

– Да, верно. Ты мог бы постучать в дверь, а не врываться вот так. – Мой лоб непроизвольно нахмурился, и это отразилось в большом зеркале прихожей. – Конечно, я хотел тебя позвать, но позже.

– Всё понятно, извини – не утерпел. Ты, конечно, хочешь побыть с Нордом какое-то время наедине, как это было у нас с Женей?

– Да, что-то в этом роде. Спасибо за тактичность.

– Мы так и думали. Тогда давай увидимся завтра в десять утра в том же самом кафе.

Борис нагнулся, протянул руку, и Норд шаг за шагом начал опасливо к нему приближаться. А я подумал – интересно, как он воспринимает призраков, к которым сейчас относится и сам? Если судить по реакции собаки, то всё-таки не очень хорошо – шерсть на его загривке встала дыбом, и он начал рычать, точь-в-точь как несколько минут назад на Дмитрия. Хотя, вроде бы, мой четвероногий друг всегда был очень доброжелательным, и недавний эпизод был вызван, наверное, исключительно вызывающим поведением в отношении меня.

– Хорошо. До встречи, – кивнул я и, раздевшись, пошёл на кухню, даже не потрудившись убедиться, что Борис исчез. Какое, собственно, это имеет значение, если в любой момент он или Вера Павловна снова могут оказаться рядом? Интересно, превращаются ли призраки в невидимок? Если да, то, возможно, я по-прежнему не один, просто не могу этого видеть. Впрочем, с такими размышлениями, наверное, и жить-то спокойно дальше нельзя. Тем более что я не могу здесь абсолютно ничего поделать. Поэтому я постарался побыстрее выбросить из головы подобные беспредметные беспокойства.

Норд радостно засеменил следом, но, видимо, в отличие от меня только после того, как убедился, что Борис бесследно растаял. Я уселся на табуретку, вытянул руки и сжал в объятиях своего дорогого друга детства, шепча:

– Я так рад тебя видеть снова. А завтра, надеюсь, ты вернёшься ко мне насовсем.

И в этот момент меня начала тревожить странная мысль – что случится, если кто-то сейчас откопает на аллее пакет с останками и вытащит оттуда камень. Ничего, Норд бесследно пропадёт или это помешает воскрешению? Конечно, вероятность такого развития событий была крайне мала, но ещё меньше шансов было вернуть Норда к жизни буквально пару дней назад. И, тем не менее, именно это сейчас и происходит. Впоследствии мне пришлось озадачиться этим вопросом снова, но тогда дело касалось уже моей жизни, невольно возвращая снова и снова к сегодняшнему дню, полному радужных планов и самых настоящих чудес.

– Ну, что, друг, попробуем сегодня доделать то, что начали? – спросил я, нежно теребя морду Норда и думая о том, что при всей моей любви к другу детства второй день в призрачном формате могу и не выдержать. В самом деле, в пустой тихой квартире рядом с пришельцем из другого мира я ощущал себя также давно умершим, забытым всеми, но пока не осознающим этого, хотя о чём-то таком и догадывающимся. Думаю, даже Норд, будучи собакой, ощущал что-то похожее, пусть и не мог высказать этого вслух. Интересно, а как там мои новые знакомые? Им-то, полагаю, ещё тяжелее, ведь человек – не собака. Хотя, наверное, мы все приняли это подвешенное состояние лишь по единственной причине – его переходности и скорого ожидания совершенно другого.