Чтение онлайн

Адам молча рассматривал металлическую сетку.

– Однажды ее хватило на целых пять лет, – продолжал между тем Фелпс. – Мы оба решили, что возврат к прошлому уже невозможен. Но потом был вынесен приговор Сэму, чуть позже покончил с собой Эдди. Вернувшись с похорон, Ли как будто провалилась в бездонную черную дыру. Много раз приходила мысль: оттуда ей не выбраться. Вам лучше уехать.

– Но я люблю тетку.

– А она – вас. Любите друг друга на расстоянии. Шлите ей письма, цветы к дню рождения, раз в месяц звоните, чтобы поболтать о модной книге или новом кинофильме. Но упаси вас Господь заводить речь о вашей семье.

– Кто же возьмет на себя заботу о Ли?

– Вашей тетушке, Адам, почти пятьдесят, и большую часть жизни она прожила совершенно независимой женщиной. Да, она – алкоголичка, и с этим ни вы, ни я ничего уже не сможем поделать. Она и сама это знает. Она умеет быть трезвой – когда захочет. Ваше влияние на нее пагубно, как, собственно говоря, и мое. Простите.

С силой выдохнув, Адам потянулся к дверному замку.

– Это я должен просить прощения, Фелпс. Я подвел вас лично и расстроил вашу семейную жизнь. Поверьте, я этого не желал.

Бут печально улыбнулся, ладонь его мягко легла Адаму на плечо.

– Думайте что угодно, но моя семья еще менее нормальна, чем ваша. Мы бывали и в худших переделках.

– Мне трудно вам поверить, сэр.

– И все же я сказал правду. – Фелпс подал Адаму кольцо с ключом и указал на небольшое здание за оградой. – Оттуда вас проведут к машине.

Распахнув дверцу, Адам выбрался из “мерседеса”. Лимузин мигнул на прощание фарами и медленно исчез в темноте. На пути к воротам что-то подсказало молодому человеку: Фелпс Бут по-прежнему любит свою жену.

Весть о том, что Филлипа Найфеха уложил в кровать очередной сердечный приступ, привела отставного полковника Джорджа Наджента в некоторое волнение. К утру понедельника Найфех уже находился вне опасности. Черт побери, ведь ему осталось всего два или три месяца до пенсии! Наджент отнюдь не считал своего начальника никчемным человеком, однако сейчас Найфех просто тянул время. Если правильно выстроить стратегию, у полковника будут все шансы занять новое кресло.

Но сейчас Джорджа Наджента куда больше беспокоила сложившаяся весьма острая ситуация. До казни Кэйхолла оставалось только девять дней, фактически – восемь, поскольку приговор должен быть приведен в исполнение на следующей неделе в среду, в первую минуту после полуночи. Таким образом, среда входила в общий отсчет – из-за какой-то минуты! По сути же, последним днем являлся вторник.

На рабочем столе полковника лежал увесистый том, на кожаном переплете которого солидным золотом поблескивали набранные в две строки слова: “ШТАТ МИССИСИПИ. ПРОТОКОЛ”. Этот шедевр организационной мысли потребовал от бравого офицера напряженнейших трехнедельных усилий. Наджента привел в ужас ворох различных наставлений и инструкций, составленных Филлипом Найфехом за годы службы в Парчмане. Странно, как в те времена вообще удавалось довести смертный приговор до логического конца. Зато теперь администрация получила в свое распоряжение детально продуманный план, включавший в себя все, в том числе и гипотетические, аспекты завершающей процедуры. Том был не менее двух дюймов в толщину и насчитывал сто восемьдесят страниц. На первой значилось имя автора.

Когда Лукас Манн вошел в кабинет, стрелки настенных часов показывали пятнадцать минут девятого.

– Вы опоздали, – исполненным начальственной строгости голосом заметил Наджент.

Кто такой, в конце концов, этот заурядный крючкотвор против руководителя группы по исполнению приговора? Пусть занимается своими бумажками. За прошедшие сутки полковник значительно укрепился в своих амбициях.

– И что же? – снисходительно бросил Манн, остановившись перед столом.

Одет Наджент был в темно-оливковые, безукоризненно выглаженные брюки армейского образца и такого же цвета форменную рубашку с двумя карманами на груди. В разрезе воротничка ослепительно белел треугольник футболки, тяжелые черные ботинки сияли. Твердым шагом полковник приблизился к окну. Заместителя Филлипа Найфеха Манн ненавидел.

– У нас восемь дней, – сказал Наджент так, будто обстоятельство это было известно лишь ему одному.

– Разве? А мне казалось, девять. Оба мужчины продолжали стоять.

– Среда не в счет. Рабочих дней всего восемь.

– Вам виднее.

Полковник сделал шаг к столу, медленно опустился на стул.

– Два момента. Первый – вот протокол процедуры казни. Подробнейший, в нем учтена каждая мелочь. С алфавитным указателем, комментариями и ссылками. Ознакомитесь и примете к исполнению.

Манн покосился на коричневый переплет.

– И второй. Начиная с этого момента мне будет необходим ежедневный отчет по статусу всех апелляций. Насколько я понимаю, пока никаких задержек не предвидится.

– Именно так, сэр.

– Отчет в письменном виде каждое утро, с зафиксированными малейшими переменами.

– Тогда вам потребуется нанять персонального юриста, сэр. Я не ваш подчиненный. Будь я проклят, если хоть раз пришлю записку к вашему утреннему кофе. Вы и так все узнаете, без бумажной волокиты.

Эти гражданские выскочки просто невыносимы. Как не хватает здесь железной армейской дисциплины! Самонадеянный адвокатишка.

– Хорошо. Соблаговолите изучить протокол.

Манн открыл кожаную обложку, перевернул несколько страниц.

– Видите ли, раньше мы обходились без учебников.

– Честно говоря, удивлен.

– А я, честно говоря, нисколько. Боюсь вас разочаровать, но мы накопили определенный опыт.

– Послушайте, Лукас, я сам не получаю от этого никакого удовольствия. Задачу передо мной поставил Найфех. Искренне надеюсь, что Кэйхоллу дадут отсрочку, уверяю вас. Но если ему откажут, мы будем во всеоружии. Порядок прежде всего.

Оставив без ответа явную ложь, Манн сунул объемистый труд под мышку. Наджент еще ни разу не присутствовал на экзекуции и наверняка считал сейчас оставшиеся до нее не дни, а часы. Ему не терпелось увидеть, как Сэма пристегнут ремнями к креслу, как тело старика забьется в конвульсиях.

Лукас кивнул и вышел из кабинета. В коридоре он едва не столкнулся с Биллом Мэнди, официально назначенным властями штата исполнителем приговора. Билл торопился на беседу с руководством.

* * *

Порог тюремной библиотеки Адам переступил в три часа пополудни. Утро было испорчено инцидентом с Ли, и настроение с того момента ничуть не улучшилось.