Чтение онлайн

— Видели! — дружно рявкнули мужики, а женщины поддержали их вразнобой тоненькими голосами.

— А почему он днем летает? — засомневался кто-то.

— Потому что маленький, — ответил Хэнэ и подлетел ближе.

Селяне, видевшие кайгаров и не видевшие кикх-хэй, на всякий случай отступили, немного на него потаращились, а потом начали вспоминать о делах, брошенных из-за малолетнего воришки и выдумщика. Бывший вояка толкнул небольшую речь о том, что домашние дела ведут к добру, и отпустил селян с миром. С чем они и убрели, делясь впечатлениями и оглядываясь на Хэнэ, смотревшего на них с не меньшим любопытством. Даже несчастная мама сбежавшего подростка ушла, видимо рассудив, что никуда он не денется, захочет есть, придет домой, как миленький. Студентусы, разобравшись в том, кто и о чем спорил, тоже разбрелись. А барабанщик и бывший вояка остались.

— Кто это у вас нарисован? — спросил Роан, когда селяне ушли достаточно далеко. Надо же знать, портретом какой богини они собирались пугать исчадий зла.

— Каранка, степная мать, — сказал бывший вояка. — Я Ламиш, ее местный глас. Одни проблемы с этим пострелом. То его купцы якобы ни за что побили. То чуть с бродячим цирком не сбежал. То в воины хотел податься, еле уговорил, чтобы подождал и еще немного подрос.

Глас богини вздохнул и оперся о щит.

— Я видел ее изображения, она симпатичнее, — заявил Хэнэ, рассмотрев что нарисовано на щите.

— Знаю, но Миран лучше рисовать не умеет, — сказал Ламиш, указав на барабанщика. — Так что с тех пор, как сгорел мой бывший дом, приходится ходить с такой.

— Может, выпьем? — от безнадеги спросил Роан, сразу сообразив, что если Ламишу приходится ходить часто, то его паства наверняка найдет еще не один повод, чтобы прийти к магам под защитой этого портрета сомнительной красоты.

— А давайте, — согласился Ламиш и улыбнулся.

А Миран неодобрительно что-то проворчал.

В палатке было душно, а тратить заряженный охлаждающий амулет Роану не хотелось. Поэтому преподаватели и гости распивали вино снаружи, сидя за шатким раскладным столиком. Сиделось им хорошо. И разговаривали они больше, чем пили.

Роан жаловался на студентусов, Ламиш похожим тоном и похожими же словами жаловался на селян. Окосевший с одного глотка Миран благодушно кивал и улыбался солнцу. Хэнэ, судя по выражению лица, размышлял о судьбах миров. А Йяда, сидевшая подперев щеку ладошкой, смотрела на мужчин участливо, и за одно это ее можно было полюбить.

Студентусы понятливо не мешали. Занимались своими делами. Малак с одним из оборотней пытались при помощи округлого навершия кинжала выправить вмятину на котелке Теи, а девушка ходила вокруг них и изредка пыталась заглядывать через плечи. Яс печально жевал травинку, в десятый раз перечитывая свое задание и пытаясь найти там волшебную фразу: "Я пошутил, делай, что хочешь!". Фраза не находилась, и Яс все больше терял оптимизм. Роан считал, что лучше бы он подходящие камешки в овраге поискал, но подсказывать этому балбесу не собирался. По крайней мере, не сразу.

Потом вернулись Джульетта и Шелла с корзинами. Джультта свою держала перед животом, стараясь отодвинуть ее как можно дальше, но руки уставали и корзина беззастенчиво прижималась к платью, заставляя хозяйку морщиться.

С девушками сразу же стали делиться новостями, и Джульетта расстроилась, что пропустила столько всего интересного. А Шелла только отмахнулась. Она родилась где-то в этих краях, так что о любимых развлечениях оседлых степняков, разбавленных разнообразными приезжими, знала все.

— Каранка, — неожиданно для Роана прошептал захмелевший Миран и попытался встать, чуть не опрокинув стол.

Его поймал Ламиш. А Йяда осмотрелась и заинтересованно спросила:

— Где?

— Вон, та что темноволоса, — выдохнул Миран и уверенно указал на Шеллу, что-то объяснявшую Джульетте. — На диком коне спустилась с небес, поймала молнию…

— Это ее папа молнию поймал, — поправил Роан. — И не смог это знаменательное событие пережить.

— Это моя будущая аспирантка, — представила девушку Йяда. — Она хорошая девочка, умная, только несдержанная слегка.

— Да, — подтвердил Роан. — Джульетта с таким восторгом рассказывала, как волосы этой девочки изображали змей.

— Каранка! — еще больше уверился в своей правоте Миран. — Каранка добрая богиня, но когда сердится, ловит молнию и ее волосы поднимаются змеиными телами…

— Электричество, — со знанием дела сказал Хэнэ и запил это откровение вином. — Если ловить молнии, так оно и будет.

Миран зачем-то кивнул и зашатался, заодно опять зашатав стол.

Роан понял, что лучше увести разговор подальше об богинь, а то нетрезвый помощник божественного гласа сейчас еще пойдет ловить Каранку, воплотившуюся в недоучившуюся магичку. На глаза магу опять попались Малак с оборотнем, все еще пытавшиеся вернуть котелку первозданный вид, и новая тема для разговора была найдена.

— Уважаемый Ламиш, вы как глас богини, должны разбираться в оборотнях, — сказал задумчиво.

Ламиш тоже посмотрел на оборотня и уверенно сказал:

— Клановый. И волк.

— Ну, об этом оборотне я знаю все, что написано в его сопроводительных документах. А интересно мне вот что. Как можно найти не кланового оборотня, которого сводит с ума луна, если он не хочет, чтобы его нашли и он пока никого не тронул?

— Если он без магии, то не сложно, — отозвался вместо начальства Миран. — Достаточно взять на руки кошку, спокойную такую, домашнюю, меланхоличную. Которую даже дети таскают как игрушку, а она не возражает. Вот, взять такую кошку и походить под дверями домов. Где она, вопреки своему характеру, взбесится и попытается вырваться, там был оборотень. Они всегда в двери скребутся, когда безумные. Просто им редко открывают, поэтому они поначалу никого и не трогают. О том, что люди через дверь ходят, безумцы еще помнят, а открыть ее или выломать уже не могут… Вот. Найдешь оборотневый след и идешь по нему. Можно со специальной собакой, можно с амулетом, а можно даже с клановым оборотнем, ну или самому выучиться ходить по этому следу.

— Ага, — сказал Роан. Идея была здравая, но не в этом случае — оборотень не только маг, он еще и оборачиваться не умеет, луна на него как-то иначе влияет, если верить девушкам, любящим подслушивать. — А если оборотень с магией?

Ламиш печально вздохнул и сказал:

— Тогда только сторожевые сетки натягивать и колокольчики вешать. След он свой спрячет.

— Ага, — опять сказал Роан. — А еще мне рассказывали об оборотнях, которые не умеют превращаться, они все маги, но наверное слабее тех, кто умеет.

— Сильнее, — припечатал Миран и пошатнулся на стуле. — Сила у них все равно оборотневая, когда они луну слышат. Мы вот, — указал подбородком на начальство, — из-за такого оборотня здесь и кукуем. Давно было дело. В страже мы служили, я так, пацан, который только-только воинскую школу закончил, так и не сумев полностью совладать с доспешными амулетами. А Ламиш уже тогда был ветераном. Вы не смотрите, что он молодо выглядит, он настоящий глас и его богиня держит. Без богини он бы сразу после той драки помер, так его пацаненок порвал.