Чтение онлайн

— Йоко, мне страшно! Помоги! — девочка заплакала и скрылась за поворотом.

— Нет, стой! Нанако! — Кандзаки испуганно крикнула и побежала за ребенком.

— Кандзаки-сан, подожди! — воскликнула я, хватая девушку за запястье. Я была уверена, что это ловушка. Но Кандзаки без труда вырвалась и оттолкнула меня так, что я едва устояла на ногах.

Этот внезапно появившийся ребенок казался подозрительным… Нет, он был подозрительным. Я еще не видела в этом месте детей, да и среди участников в самом начале этой девочки не было.

Я собиралась броситься за Кандзаки, которая уже завернула за угол, как вдруг мне на плечо легла чья-то легкая рука. Я вздрогнула и резко обернулась. По спине побежали мурашки.

Передо мной стояла женщина в белом кимоно. Часть её блестящих черных волос была распущена и спадала на плечи, а часть была заплетена в замысловатую прическу и украшена гребнем. На меня смотрели большие красивые глаза глубокого цвета кофе под тонкими, изящными бровями. Но вторая половина лица женщины скрывалась за марлевой повязкой. Руки незнакомка держала внутри широких рукавов кимоно.

— Привет, девочка, — произнесла женщина глубоким, красивым голосом. — Ответь мне, я красивая?

Незнакомка опустила руки, и теперь широкие рукава не скрывали, что в правой руке женщина держала крупные ножницы с длинными и явно остро заточенными лезвиями.

Я испуганно отшатнулась и попятилась, собираясь уйти. Но стоило мне повернуться, как я снова увидела женщину перед собой, как будто она все время стояла именно там.

— Я красивая? — спросила незнакомка ещё раз, но уже настойчивее. Решив не обижать эту женщину, которая, как я уверена, была ёкаем, я ответила:

— Да, красивая.

Незнакомка, судя по блеску в глазах, улыбнулась, и я едва удержалась от вздоха облегчения. Однако не успела я расслабиться, как женщина свободной рукой сняла марлевую повязку, открывая лицо. Я в ужасе отшатнулась, увидев что казавшаяся красивой в маске, женщина прятала под тканью жуткий рот, разрезанный почти от уха до уха. Шрамы и разрезы уродовали её, обнажали мышцы лица, а на щеках и губах виднелась запекшаяся кровь. Улыбнувшись, ёкай показала чуть заострённые зубы и длинный тонкий язык.

Не в силах отвести взгляд от изуродованного существа, я почувствовала, что по телу пошла мелкая дрожь. Мне показалось, что освещение в коридоре стало еще тусклее, а воздух — холоднее.

— А теперь? — спросила меня женщина. — Считаешь ли ты меня красивой?

Я хотела было ответить «да», чтобы не злить это уродливое существо, но что-то остановило меня. Мне почудился подвох, а ножницы в её руке не добавляли мне уверенности.

Но что же тогда сказать? Вряд ли ёкаю понравилась бы моя честность… Я судорожно подбирала ответ, но боялась, что ёкай потеряет терпение.

— Знаешь, это я хотела бы спросить у тебя, считаешь ли ты себя красивой? — произнесла я медленно. — Почему ты спрашиваешь мое мнение? Внешность не главное, важнее какой ты в душе… — я осеклась, поняв, что говорю о душе ёкаю. — Главное твой характер…

Существо молча смотрело на меня, а его уродливая улыбка от уха до уха слегка угасла, что меня напугало, хотя на лице ёкая больше не было столько злорадства.

Подумав, что такого ответа достаточно, я попыталась обойти женщину, но она вновь появилась передо мной.

— Ты не ответила. Ты считаешь меня красивой?

Я промолчала, но попятилась от жуткой женщины. Через пару шагов я уперлась спиной в стену и поняла, что сама себя загнала в ловушку. Мне не удалось перехитрить этого ёкая. Она приблизила свое пугающее лицо почти вплотную к моему и снова злорадно улыбнулась. Странный язык прошелся по острым зубам.

— Если для тебя внешность не главное, я могу сделать тебя такой же, как я сама.

Женщина прижала меня к стене, надавив на удивление сильной рукой на моё плечо, а второй рукой поднесла к моему лицу ножницы. Нераскрытые лезвия дотронулись до уголка моих губ, и меня передернуло от прикосновения холодного металла.

— Посмотрим, как ты заговоришь о душе и характере с таким лицом, — усмехнулась ёкай и раскрыла ножницы.

— Знаешь, ты средняя, — послышался слева знакомый голос.

Ёкай замерла, прислушиваясь, а потом опустила ножницы и сделала шаг назад. Я глубоко вдохнула, осознав, что задержала дыхание. От нервов и напряжения закружилась голова.

Я посмотрела в сторону и увидела Кадзуо. Он стоял, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Я поняла, что — впервые — была рада его увидеть. И даже если и удивилась, как парень опять здесь оказался, меня это не волновало.

— Что? — переспросила ёкай.

— Ты средненькая, — пояснил Кадзуо. От оттолкнулся от стены и приблизился к нам с ёкаем. — Не красавица, но и не уродливая. Обычная.

Ёкай словно на пару секунд задумалась над его словами, но потом недовольно скривила безобразный рот и исчезла.

Я окончательно выдохнула. Чересчур. Это было уже чересчур. Футакучи-онна, летающая голова, а теперь и это… Слишком многие сегодня пытались меня убить.

— Спасибо, — произнесла я и посмотрела на Кадзуо. У меня получилось изобразить на лице невозмутимость, и голос не дрогнул.

Кадзуо также спокойно смотрел на меня. Его взгляд упал на повязку на моей руке, затем перешел на следы зубов на ноге, а после вернулся к лицу. Я вспомнила, что оно в каплях крови. Но хотя бы не в моей.

К счастью, во взгляде парня не было ни сочувствия, ни жалости. Не было и насмешки или злорадства. Лишь привычная полуулыбка, по которой было невозможно определить, что на самом деле чувствует Кадзуо. И это немного пугало.

— Не хотелось бы, чтобы Кучисакэ-онна [73] испортила такое красивое лицо, — прервал тишину парень и пожал плечами. — Ты бы выжила, но смотреть на тебя было бы не так приятно.