Канкан для братвы
Шрифт:
Ярко-алый кабриолет «мерседес» влетел во дворик позади автосалона и встал прямо над ремонтной ямой.
Братки выбрались из машины.
– Где хозяин?! – громко спросил Паниковский у молодого парня в фирменном комбинезоне, ковыряющегося в моторном отсеке новенького седана «Honda Legend».
– Наверное, внутри, – техник пожал плечами.
Горыныч резво подскочил к автомобилю и распахнул заднюю дверцу. Его лицо побагровело.
– Ты что, блин, нам грузишь?! Нет его здесь!
– Вы меня не поняли, – ошарашенно сказал техник. – Внутри помещения...
– А что с машиной? – Паниковский с чекистским прищуром уставился на автомеханика.
– Да впрыск, будь он неладен, – сотрудник технической службы отступил на шаг назад. – Третий раз за этот месяц... Наш бензин японским тачкам мало подходит.
– Вот! – Паниковский повернулся к Горынычу. – Что я говорил? «Хонды» – дерьмо, а не машины.
– Зря вы так, – не согласился работник салона. – Просто эти комплектации для нас не предназначены.
– А чо ж, блин, их сюда завозят? – ехидно поинтересовался владелец «мерседеса», у которого отродясь не было никаких проблем с двигателем.
– Потому, что Юрий Анатольевич – экономный очень, – зло сказал техник. – Берет машины подешевле, а мне потом крутиться приходится. Эта тачка, к примеру, для жаркого климата предназначена. Через год вся электрика от нашей влажности сгниет. Вот и мучаюсь, до ума довожу...
Паниковский сложил губы бантиком. У него под защитой находились три автосалона, но тонкости комплектования машин для разных типов климата браток узнал только сейчас. И подумал, что подшефные бизнесмены вполне могли заниматься такой же ерундой, как и Мертвечук.
– А ты, блин, на глаз определить можешь? – разговор временно перешел в деловое русло. – Ну, для какой страны аппарат?
– Могу.
– Тады заметано, – Паниковский достал визитку. – На, держи. И позвони мне в пятницу. На трубу... Совершим, блин, контрольный рейд.
Техник аккуратно спрятал кусочек картона.
– Так где этот урод? – Горыныч вернулся к тому, зачем они приехали.
– Где-то в здании, – автомеханик взял в руки разводной ключ. – Либо у себя в кабинете, либо по залу шляется...
Белый от ужаса Мертвечук отлип от окна и мелкой рысью побежал по коридору.
Два «покупателя», в которых он узнал недавних «экпертов по безопасности», прибыли снова и беседовали с техником. Дальнейшие действия грубых братков нетрудно было себе представить – связанного и, вероятно, немного побитого Юрия Анатольевича опять запихнут в новенькую машину, засим она будет направлена в многострадальный столб.
Директор скатился с винтовой лестницы и бросился по ковровой дорожке к парадному входу.
У него не оставалось времени позвонить в милицию. К тому же стражам порядка, и так изрядно разгневанным происшествием с их «уазиком» и вряд ли склонным безоговорочно верить воплям напуганного бизнесмена, потребуется минут десять, чтобы доехать до места происшествия. А за эти минуты Мертвечуку вполне успеют устроить веселую жизнь.
Грохнула дверь запасного выхода и тут же раздался вопль:
– Стоять!
Мертвечук вжал голову в плечи и помчался еще быстрее. Оборачиваться не имело смысла, он и так знал, кто ворвался в демонстрационный зал.
Сзади затопали.
– Стой, тебе говорят!
Директор совершил последний рывок и выскочил к автоматическим дверям.
Видя, что Мертвечук сейчас уйдет, Паниковский подхватил со стенда полированный колесный диск и метнул вслед улепетывающему бизнесмену. Алюминиевый круг диаметром пятнадцать дюймов с шорохом вспорол воздух, почти нагнал коммерсанта, но зацепился за протянутый поперек зала провод, на котором была закреплена гирлянда из разноцветных лампочек, и вошел точно в лобовое стекло светло-серого открытого родстера «Honda S2000» стоимостью полсотни тысяч долларов. Во все стороны полетели осколки.
– Сволочи! – выкрикнул Мертвечук и спрыгнул с крыльца в снег.
Бегущий первым Горыныч разогнался так, что закрывшиеся за бизнесменом двери не успели раздвинуться. Браток со всего маха треснулся в толстый поликарбонат и отскочил, сбив с ног Паниковского.
Несколько секунд тяжело дышашие братки сидели на ковровой дорожке и тупо смотрели друг на друга.
– Ушел, гад, – наконец констатировал Колесников.
– Ладно, – Кадиашвили встал и отряхнулся. – В другой раз поймаем...
Мертвечук обогнул угол здания и порскнул за бетонный забор, ограждавший внутренний двор автосалона.
В десяти метрах от него застыл алый «мерседес» с поднятым черным матерчатым верхом.
От злобы у коммерсанта потемнело в глазах. Он воровато обернулся, увидел, что техник скрылся в дверях подсобки, ринулся к разложенным на брезенте инструментам и схватил плоскогубцы. Нырнув в яму под брюхом немецкого кабриолета, Юрий Анатольевич принялся терзать пассатижами рулевую тягу правого переднего колеса, шипя сквозь зубы проклятия в адрес братанов.
Стальной тросик немного размахрютился, но перекусить его полностью бизнесмен не смог. Хлопнула дверь, и заскрипел снег. Мертвечук сжался в тени на дне ямы.
– Надо, блин, в следующий раз оба выхода блокировать, – раздался недовольный голос одного из братков.
Мелодично пискнула отключенная сигнализация, и двери машины распахнулись.
– Само собой, – отреагировал второй.
Под тяжестью двух тренированных бугаев автомобиль немного осел. Захлопнулись дверцы, тихо забормотал шестицилиндровый двигатель, мягко щелкнул стопор стояночного тормоза, кабриолет шустро отъехал от ямы и покатился к выходу со двора.