Капитан Ртуть
Шрифт:
Ртуть тоже хотел бы свести все к шутке. Но он думал о своих товарищах, которых нужно спасти во что бы то ни стало, даже ценой собственной жизни. Вместо этого получалось, что он вел их к новым опасностям.
Товарищи прочли мысли Ртути.
– Ну что, капитан, полезем на следующий этаж? – спросил Питух.
Старый горнист сказал это так дружелюбно, что глубоко растроганный Ртуть положил ему руку на плечо.
– Вы – славные парни!
– Вы – отличный капитан, шеф. Пошли?
– Пошли… навстречу неизвестности.
Друзья поднимались вверх. Все чаще попадались бойницы, поэтому было достаточно светло. Ртуть тщательно обследовал стершиеся ступени – ничего подозрительного. Решеток тоже больше не попадалось, пленные беспрепятственно добрались до маленькой постовой будки, выбитой в стене, подобно нише для скульптуры.
– Знаешь, шеф, – проговорил Бедняк, – я посмотрел в бойницу: мы находимся очень высоко. Думаю, мы попадем на крышу монастыря.
– Куда-нибудь выйдем, – небрежно бросил Ртуть. Бедняк замолчал, потом сунул нос в будку:
– Ну да! Вот она, крыша. – Капитан тоже заглянул.
– Не знаю, что лучше – на самом верху или в самом низу. Но, раз мы здесь, ничего не попишешь.
– Что будем делать? – спросил Бедняк.
– Мы подобны вечному страннику, который не мог остановиться. Нельзя оставаться на лестнице, поднимемся вверх, там увидим…
Ртуть повернулся к отряду.
– Друзья, дела плохи, я не знаю, как выбраться отсюда. Можно было бы спуститься, но лестница отрезана, вы сами видите. Если у кого-нибудь есть предложения, говорите…
– Но, капитан, все хорошо, все очень хорошо. Подышим свежим воздухом, уже неплохо… Как хотите… Направо, налево, вперед, назад! На ваш выбор!
Пленники старались шутить и ободрить юношу.
Ртуть и Бедняк заглянули в будку – закуток округлой формы с дверью на крышу. Гаврош правильно заметил, похоже на площадки парижских памятников, Триумфальную арку, Колонну.
Что раздумывать? Дверь открыта, лишь засов из железного прута на уровне пояса. Стоит только отодвинуть его, входя, и отпустить за собой.
Капитан оттянул засов, вышел и подержал его, чтобы дать пройти Бедняку: естественный жест, которого требовала вежливость. Бедняк оказал такую же услугу Питуху, тот – Толстяку, и так далее. Последний «ртутист» просто отпустил за собой горизонтальный рычаг. И тут…
Будка внезапно повернулась, раздался резкий щелчок, гладкая, ровная поверхность оказалась на месте входа. Мышеловка захлопнулась! Люди бросились на стену, пытаясь снова повернуть ее. В ход пошли ногти, ножи, приклады…
Тщетно.
– Черт побери! Разрази их гром! (Это самые безобидные слова из тех, что вырвались у наших героев.)
– Влипли! – бормотал Бедняк. – Ах, сволочи!
В несколько прыжков Ртуть достиг края террасы, она занимала всю крышу, просторная, покрытая мраморными плитами, обнесенная мощными зубцами. Подходящее место для последнего пристанища. Если бы только иметь боеприпасы и провизию… Но терраса была совершенно пуста.
За высокими зубцами легко спрятаться. Сверху открывался вид на внутренний двор. Ртуть разглядывал мексиканцев. Одни готовили пищу, другие занимались военными упражнениями.
– Ничего не скажешь, – усмехнулся Бедняк, – вот мы и взяли верх над неприятелем!
Утомленные бессонной ночью, пленники расположились на голом полу, устроились поудобнее и заснули. Бодрствовали лишь Ртуть и Бедняк. Друзья не питали больше надежд: в этой поднебесной западне они находились во власти врага едва ли не большей, чем сидя в подземной тюрьме.
С террасы не было выхода, кроме маленькой постовой будки, теперь наглухо закрытой. С других углов располагались просто небольшие башенки, без дверей. Наши герои, в отчаянии от того, что попались в ловушку, обследовали свою новую тюрьму: она была отделена от земли и полностью открыта небу.
– Идиотское положение, – бормотал Бедняк. – Мы не можем здесь оставаться дольше суток. В сумках охранников не нашлось для нас еды, а патроны – увы! – несъедобные… О, смотри скорее, шеф! Что там происходит?
Внезапно внизу во дворе все изменилось. Офицеры забегали, размахивая саблями и выкрикивая команды. Визгливые мексиканские трубы так громко заиграли, что можно было оглохнуть.
Все спешили, суетились. Мексиканцы строились, солдат подгоняли пинками и кулаками. Взвились флаги, грянуло «ура!», и появился всадник в сверкающем мундире.
– Карбахаль! – воскликнул Ртуть. – Неужели этот негодяй был когда-то у меня в плену…
– А глупый Максимилиан поддался на его заверения и отпустил на свободу…
– Чтобы он снова мог продолжать творить предательства и жестокости!
Карбахаль нетерпеливо расспрашивал окружавших его офицеров. Очевидно, он не был в восторге от полученных ответов, яростно жестикулировал и что-то кричал, но наши друзья не различали слов.
– Сеньор не в духе! – заметил Бедняк. – Что еще не по нему…
– Черт возьми! – отозвался капитан, внимательно следящий за событиями. – Все ясно: посмотри, что за человека к нему ведут.
– Да это негодяй Титубал!
– Именно… А знаешь, что у него спрашивают?
– Начинаю догадываться…
– Сейчас поймешь до конца. Ах, несчастные!
Вот что вызвало сочувственное восклицание нашего героя.
Одна из дверей открылась, и во двор вытолкнули жестоко избитых охранников. Очевидно, побег французов и подмена в тюрьме только что обнаружились.