Чтение онлайн

– Да ну?!
– удивился Петух; он впервые слышал эту историю.

– Вот, Петух, представь себе, что ты богатый купец. Был на ярмарке, продал десять тюков товара и возвращаешься домой, а кошель у тебя полон золота. Едешь ты по дороге вдоль реки. И вдруг слышишь конский топот: и позади тебя и впереди - разбойники!

– Вам!
– не вытерпел Торпеда.

– Что ты будешь делать?

Петух почесал в затылке.

– Вызовет милицию!
– подсказал Еж.

Все расхохотались.

– "Милицию"!
– передразнил Мичман.
– Эх вы, ничего вы не понимаете! Либо спрячешь кошель под какой-нибудь камень, либо зароешь золото в землю.

– Почему?

– Потому что кончается на "у"! Дедушка говорил: в нашей земле много золота зарыто - край был разбойничий.

Мичман сощурил глаза: тень сдвинулась, и он оказался на солнце.

– В земле, может, и зарыто, а под камнями уже ничего не найдешь.
– Еж с трудом сохранял серьезность.
– Когда я червяков искал, все камни перевернул. Я знаю, как надо искать зарытые монеты...

– Я тоже знаю, - перебил его Мичман.
– Небольшой такой аппаратик, вроде часов.

– Да нет! Берешь крота, обмазываешь его медом. А когда он будет рыть землю, золотые монеты сами налипнут ему на хвост...

Все так и прыснули.

Один Мичман остался серьезным.

– Охота была мед переводить, можно и клеем, - сказал Султан.

– Цыган!
– шепотом предупредил Ваню, и смех как ножом отрезало.

Цыган уже давно наблюдал за ребятами. До него долетали обрывки разговора. Увидев, что его заметили, Цыган направился к ватаге. В руке у него был кукан с пятью мальками. Чико вприпрыжку бежал впереди.

– Молчите и не отвечайте ему, - шепотом предупредил Пират.

– Предоставьте все мне, - сказал Еж.

Цыган перешел мостик. Чико уже вертелся около ребят.

– Чико! Ко мне!
– подозвал его Еж.

– А-а, попались, голубчики! Чико, сюда!

Пес неохотно присел у ног хозяина.

– Цыган, а правда, что Чико понимает все, что ты ему говоришь?
– спросил Еж.

Цыган сплюнул сквозь зубы. Хотелось к чему-нибудь придраться, а вроде бы не к чему. Он угрожающе шагнул к Султану, нагнулся... Султан задрожал. Цыган поднял с земли камень и с сухим смешком спросил.

– А вы как думаете?

Он плюнул на камень. Чико замер в стойке, не спуская глаз с руки хозяина. Цыган повернулся и что было силы метнул камень. Камень перелетел через реку и упал на другом берегу. Чико проследил за ним взглядом.

– Апорт!

Пес тут же сорвался с места.

– Стоять!

Пес замер недвижно.

– Апорт!

Пес бросился в воду.

– Вот это да!
– подивились ребята.

– Это вам не дворняга, - сказал Еж.
– Дворняги, стоит бросить камень, кидаются как очумелые. А Чико - профессор!

– Положите сюда каждый какую-нибудь вещь!
– Цыган показал куда.
– Платок или майку. Только живее: Чико ужо возвращается.

Чико прибежал, положил камень у ног Цыгана, дождался от хозяина похвалы и стал отряхиваться. Цыган дал ему подсохнуть и отдохнуть.

– Чико! Ищи! Не смотри на меня, а ищи, тебе говорят!.. Вещи, одна за другой, были возвращены владельцам.

– Молодчина, пес! Умница!

– Цыган, а верно, что стоит тебе сказать слово, и он разорвет человека на куски?

– Много будешь знать - скоро состаришься! Ишь какие хитрые! И представление им бесплатно давай, и бить не бей - и все им мало! Ладно, пользуйтесь, пока я добрый. Рыбы хотите?

– Мы уже наелись.

– Вижу. Чико, пошли!

И оба двинулись дальше по берегу.

Чико с сожалением оглядывался на ребят, а Цыган размышлял о состоявшейся встрече. Утром он видел ребят возле дрезины... Что там у них происходило? Ему хотелось спросить, в чем дело: курсы машинистов открывают или другое что? Но не умел он по-человечески поговорить... Если бы он тогда не нагнал на них страху - другое дело...

Есть такое слово или нет? Может быть, Еж врет? Почему Цыган не произнес его, когда Димо выворачивал ему руку?

Ваню смотрел ему вслед и думал о тайнике. Он рассказал о нем только Капитану, больше никому. Цыган всегда один, нет у него друзей, и поговорить не с кем... Да ведь так и разговаривать разучишься!

13. ПЕРВЫЙ КОРАБЕЛЬНЫЙ СОВЕТ

Городок засыпал рано. Летние дни длинные, и все возвращались по домам, едва начинало смеркаться. Почти в каждом дворе была летняя кухня. Готовили и ужинали на воздухе, Концерт тарелок, вилок и кастрюль начинался и прекращался всегда в одно и то же время. Чуть погодя, часов около десяти, распахивались двери обоих кинотеатров, и оттуда валили зрители. Потом шаги затихали, и на улице нельзя было встретить ни души. Свет в окнах гас, и тени домов и деревьев сливались.

Раздался свист какой-то загадочной птицы.

Еж вылез из-под одеяла. Высунулся из окна, помахал рукой, и птица смолкла. Он ощупью надел кеды. Перемахнул через подоконник и спрыгнул на здоровую ногу. Внизу, в темноте, его поджидал Седой. На голове у него была черная кепка.

– Для маскировки, - шепнул он.

Они двинулись на цыпочках вдоль ограды. Еж слегка приподнял калитку, и она распахнулась не скрипнув. Мальчики огляделись кругом: ни души!

– Смелей!
– шепотом приказал Седой.

В двух кварталах от них строился новый дом. Два этажа уже были готовы. В одной из комнат хранились доски - белые, гладкие, струганые, точно такие, какие им были нужны. Не доски - мечта.

Седой и Еж неслышно продвигались по двору, обходя груды кирпича и кучи песка. Затаив дыхание влезли в незастекленное окно первого этажа. И тут их охватил страх, сердце запрыгало. Обоим хотелось повернуть назад, отказаться от затеи, но ни тот, ни другой не посмел признаться в том, что ему страшно. Они прошли узкий, неоштукатуренный коридорчик. Перед дверью той комнаты, где были сложены доски, остановились. Седой приник ухом к двери: тишина, слышно только, как бьется сердце и как Еж от волнения глотает слюну.