Капойо
Шрифт:
Он поцеловал её ещё раз, медленнее, так, что у неё внутри всё загорелось, и схватил за руки. Она выпустила его безрукавку, нехотя разжимая пальцы, и он попятился, не отводя от неё глаз, слегка шатаясь, боком шагнул за дверь и закрыл её за собой.
– Всё в порядке, - прозвучало глухо и хрипло из-за двери.
– Мне просто показалось. Пойдём.
Аяна сползла на пол, обдирая спину об углы коробок, прижимая руки к горящему лицу. Сердце гулко билось где-то в горле, голова яростно кружилась, унося мир влево и вниз. Он ушёл, но сказал, что найдёт её. Он придёт. Он здесь. Он нашёл её. Она нашла его. Нашла. Нашла. Он жив, и он не забыл её.
Дневной свет скользнул в комнатушку, прорезаясь через открывающуюся панель.
– Тащи её сюда!
– Аяна!
– Давай, хватай за руки!
– Я могу идти.
– Аяна встала, пошатываясь.
– Я могу идти. Пустите.
Она шагнула в комнату. Свежий воздух поднял волной все волоски на её теле. Она снова почувствовала его запах, и ноги начали подкашиваться.
– Что с тобой? Он ругал тебя?
– чуть не плакала Гелиэр.
– Он нашёл бутылки?
Аяна стояла, осоловело блуждая глазами. Ладони всё ещё ощущали его горячую кожу. Его пальцы всё ещё горели на её плечах.
– Я же говорила, - простонала Айлери в слезах, дрожа, как лист осины на ветру.
– Он безумен. Он безумен! Он безумный и страшный! Что он сделал с тобой, Аяна?
– Кто?
– одними губами выговорила Аяна, обводя взглядом комнату. Её кемандже лежала на диванчике, благоухая купресой, а смычок валялся на полу рядом с каким-то... с чем-то...
– Мой муж, - рыдала Айлери.
– Теперь ты понимаешь, о чём я говорила? Ты видела? Он же безумен!
Аяна посмотрела вокруг и села на пол, придерживаясь за спинку диванчика. Она с усилием подняла обе ладони, преодолевая сопротивление воздуха, который вдруг стал густым, как дрожащее желе, что подавали на званых ужинах, и посмотрела на них. Эти руки только что обнимали её Конду, она целовала его, и он отвечал ей, а может, наоборот. Это не имело никакого значения. Но что говорит Айлери? Что она говорит?
Она подняла глаза на склонившихся над ней в слезах Гелиэр и Айлери.
– Это был твой муж?
– Губы были будто чужими.
– Да, - простонала Айлери.
– Кир Пай, мой муж!
Аяна выдохнула, но вдохнуть не смогла.
Две луны моргнули и погасли над ней.
Конец