Чтение онлайн

«Надо немедленно позвонить Андрею, — сообразила Каролина. — Человек, отец которого владеет гостиницей, брат — рестораном, а дядя — чуть ли не всем Кавказом, такую ерундовину, как компьютер, изыщет в два счета!»

Каролина вскочила на ноги, бросилась к лестнице, но, не добежав до нее двух шагов, затормозила. Она вспомнила, что не знает ни адреса, ни телефона Андрея.

Лето. Хоста-Адлер, 200… г. Андрей

Крышу с флюгером в виде парусника Андрей увидел издалека. Плоская стальная бригантина вертелась на штыре, повинуясь ветру, но протестующе скрипела и норовила вернуться на свой прежний курс — строго на север.

Андрей подъехал к высоченному забору, припарковался у ворот, завешанных пышными кудрями виноградных лоз. Вылез из машины, подошел к ограждению (оно оказалось выше его, почти двухметрового мужчины, на полметра), раздвинул виноградные плети. Поржавевшая калитка выглядела так, будто ее лет десять никто не открывал, но замок блестел смазкой, что говорило об обратном: ворота регулярно отпирают и запирают. Значит, дом обитаем. Или хотя бы посещаем. Например, сторожем или истопником — дом зимой надо протапливать, чтобы он не развалился от сырости, а трубы не полопались…

Андрей поторкался. Заперто. Поискал звонок. Не нашел. Постучал по железу ворот. Никто не отозвался.

И что делать? Лезть через забор? Но как? Он не ниндзя и не супергерой американских комиксов. Он не может прыгать в высоту на два с половиной метра и летать. А как еще можно преодолеть такой огромный забор? Только подставив что-нибудь (деревянный ящик, пень, большой камень, эмалированное ведро) под ноги, чтобы стать повыше. Хотя бы на полметра. Тогда можно будет подтянуться… Но ничего подходящего — ни ящика, не ведра, ни пня, ни большого камня — поблизости не было. Мелкий мусор, веточки, галечка, комковатая земелька да Андрей со своим «Мерседесом»…

Тут в его голове мелькнула свежая мысль. Можно подкатить машину к самым воротам, забраться на бампер и попробовать перелезть.

Так Андрей и сделал.

Когда фирменный значок, красующийся на морде «Мерседеса», нырнул в заросли винограда, Андрей заглушил мотор, вылез из салона, забрался на бампер, стараясь ступать аккуратно, иначе на серебристой поверхности останутся царапины, а этого Гурген не переживет. С высоты своего нового роста Андрей смог разглядеть не только крышу дома, но и верхний этаж, а также границу между морем и небом. Еще он отметил, что теперь преодоление забора не кажется таким невозможным. Надо только покрепче ухватиться за край да ногу перекинуть, при этом постараться не запутаться в лозах и, спрыгивая, кости не переломать.

Собравшись с духом, Андрей вцепился в верхушку ворот, подтянулся, перекинул одну ногу, затем другую (виноград нисколько не мешал, наоборот, мягко обволакивал, не давая исцарапать кожу), уселся верхом, чтобы отдышаться и осмотреться.

Дом, теперь обозримый полностью, оказался ужасно некрасивым. Эдакая стандартная красно-белая коробка, очень похожая на типовую трехэтажную хрущобу. Сразу стало ясно, что здание изначально было белым, а красным кирпичом заложили окна, то ли для цветового разнообразия, то ли под рукой был только такой стройматериал. Крыша дома, выполненная в виде равнобедренной трапеции, смотрелась получше — ее покрывала отличная металлочерепица и венчал уже знакомый, но от этого не менее красивый флюгер. Территория вокруг здания была небольшой, но ухоженной. Узкая дорожка из брусчатки, вдоль которой стояли пальмочки в кадках, шла по стене, огибала ее и терялась за углом дома; остальное пространство было покрыто искусственным газоном, на ядовито-зеленой поверхности которого алели такие же искусственные маки.

Андрей посмотрел вниз, на то место, куда собрался прыгать, оценил его на четверку. Твердо, но ровно — если не занесет в сторону (где камни), можно обойтись без потерь.

Ну все, пора! — скомандовал Андрей и начал спуск.

Соскакивать, как Джеймс Бонд, он не стал — не до эффектов нынче — не очень элегантно, если не сказать, неуклюже, он полез вниз: улегся животом на край ворот, спустил ноги, повис на вытянутых руках, стараясь носками нащупать землю. Не нащупал, пришлось разжать пальцы и прыгать. К счастью, приземлился он удачно, не подвернув ноги, не ободрав рук, пострадали только ботинки, исцарапанные камнями, и пиджак, измазанный виноградным соком.

Отряхнувшись, вытерев лицо от пота, Андрей ступил на дорожку и зашагал по ней в сторону дома. Обогнув угол, он увидел фасад здания — уже с окнами и балконами, и площадку перед ним — круглый пятачок, выложенный все той же брусчаткой. На этом пятаке умещалась лавочка, две кадки с лиственницами и… машина «Лэнд Ровер Дискавери», дальше шла стена из крупных булыжников, а за ней обрыв.

Пока Андрей таращился в бездну, из дверей дома (неожиданно открывшихся) вылетел огромный доберман в шипастом ошейнике. Пес исторг из своей кошмарной пасти угрожающий рык и, опустив голову, изготовился к нападению.

— Хорошая собачка, — заискивающе улыбнулся доберману Андрей. — Ты же не станешь меня кусать?

В глазах собаки полыхнул огонь, что означало — кусать не буду, сразу съем.

Андрей замер, он знал — нельзя двигаться, иначе собака нападет. Но и стоять так до скончания века он тоже не мог, поэтому начал озираться, выискивая место, где можно спрятаться от клыкастой твари. Осмотр местности оказался неутешительным — прятаться негде. Машина заперта — это он проверил, за валунами обрыв, поблизости ни одной постройки, ни одного приличного дерева, на которое можно забраться, ничегошеньки…

— Эй, хозяин, мать твою! — заорал Андрей. — Убери собаку, я поговорить пришел!

Хозяин не отозвался. Но Андрей был уверен, что его услышали и поняли, так как за занавесками одного из окон мелькнула тень.

— Убери, иначе пристрелю! — рявкнул он, вспомнив о пистолете, лежащем в кармане.

К сожалению, осуществить свою угрозу он не мог — обойма с патронами осталась в бардачке, — но хозяин рычащего монстра не мог знать об этом, так что Андрей смело вытащил пушку и нацелил на лоб пса.

— Считаю до трех и выпускаю в твою шавку все пули!

— Уберите пистолет, — донесся до него голос. — Гарри вам ничего не сделает.

Андрей задрал голову, чтобы посмотреть на человека (женщину!), разговаривающего с ним. Но никого не увидел.

— Я могу войти? — спросил он у окна, за которым вырисовывался силуэт.

— Нет.

— Почему?

— Вы пробрались сюда, как вор. Я вам не доверяю.

— Я стучал, мне не открыли…

— Раз не открыли, значит, не хотели вас видеть.