Чтение онлайн

Через час, умудрившись разминуться с десятком постов и секретов, а затем, обойдя по зарослям еще одно место сосредоточения крупных сил военных в местечке Осташково, вблизи аэродрома, группа вновь очутилась на нормальной территории.

Более того, эта территория оказалась чем-то вроде вотчины ЦИК. Три группы квестеров и с десяток всевозможных специалистов основали у границы зоны еще один наблюдательный пункт. Четыре подготовленных для экспедиций по любому бездорожью джипа – два из них с прицепами, автобус плюс два маленьких и один большой автокемпер составляли вполне серьезный передвижной НП. Кто был на нем координатором, выяснить оказалось непросто. Местные квестеры упорно молчали, а ученым не до разговоров, они были по уши погружены в свои дела.

А вот почему о соседях не знал Бернштейн, объяснялось очень просто. Связь работала с перебоями, а посылать гонцов загадочное местное начальство не спешило, чтобы не привлекать лишнего внимания. Передвижение квестеров по городу было бы трудно скрыть, а идти напрямую через зону рискованно. Да и не прошли бы квестеры через посты военных.

Собственно, на этом прогулка сводной квест-группы по новой зоне и закончилась. Неутомимый Муха попытался уговорить Андрея, чтобы тот отпустил его в разведку, если не к разлому, то хотя бы поглубже в зону. Но Лунёв не разрешил.

– Думаешь, будь в этом смысл, я сам не пошел бы туда?

– Но ведь там пакали! И эксперимент этот… не нравится он мне! Помнишь, что у нас в зоне было, когда ученые-моченые главный камень попытались распилить?

– Зона трансформировалась.

– Вот! Из аномальной Зоны снова превратилась в зону отчуждения, и только!

– Разве плохо?

– Это ты у Скаута и Ольги спроси! Каково им без аномального излучения теперь.

– Ты сам говорил, что аномального излучения не существует, и им было плохо без Зоны как таковой.

– Андрей, ты же понимаешь, о чем я!

– Понимаю, но мы не пойдем к разлому. Воевать с целой армией бесперспективно, это раз. Воевать с армией собственной страны я не буду ни при каких обстоятельствах, это два…

– Здесь не наша страна…

– Наша, Муха. Наши миры расщеплены временно. Через несколько лет они вновь станут единой реальностью, и все эти люди тоже станут единым целым со своими двойниками…

– У кого они останутся к тому времени, – мрачновато заметил Муха.

– Да, – Андрей похлопал товарища по плечу. – Мне жаль твоего двойника, Шамана, но… так уж вышло. Теперь ничего не поделаешь. Зато все другие… Бибик, Каспер, Шурочка… и военные в этой зоне имеют шанс вернуться в единый мир. Наш общий мир. Так что эта страна и есть наша страна, Михаил. И теперь третья причина, по которой мы не пойдем в зону. Этого хочет Претендент.

– Наш «любимый» тощий «серый»? Почему ты так решил?

– Потому, что я теперь знаю, как ведут себя люди, когда попадают под влияние «серых». У Бернштейна в кармане был пакаль, мой зеркальный просигналил об этом. Вибрация была слабой, значит, у координатора в заначке что-то простенькое. Думаю, это белый или золотой артефакт. Но даже простого пакаля достаточно, чтобы открыть «серому» доступ к подсознанию человека.

– А как же твой «джокер»? Ты, получается, тоже рискуешь попасть под влияние Претендента, как тогда, в старой зоне, когда ты не сумел его схватить.

– Зеркальные пакали обладают прямо противоположным свойством. Они блокируют доступ к сознанию владельца. Поэтому сами «серые» и таскают их с собой.

– Да, может быть и так, – задумчиво проронил Муха. – Я вдруг подумал… чего они тут мечутся? Мы пока шли, я трех видел. Они, словно заполошные, мелькали по кустам. Так, может, это их пакали заряжены в установку? И Претендент внушает им, чтобы не подходили близко. А им хочется вернуть имущество. Вот их и колбасит от этого… несовпадения желаний и возможностей.

– Версия разумная, – Андрей кивнул. – Предлагаю провентилировать этот вопрос с местными учеными и квестерами. Это будет тоже самым разумным вариантом. А в зону мы пойдем, когда и все. Утром. Даже если она вдруг трансформируется, как ты опасаешься, что мы потеряем?

– Крупное подразделение твоей любимой армии, – Муха кивком указал в сторону центра зоны. – Кто знает, что тут случится? А если жахнет не по-детски? Вспышка прямо – и всем привет.

– Это верно, – Андрей нахмурился. – Но все, что я могу, – поговорить с командованием. Без шума, пыли и драки снять пакали с установки нереально, а иначе ее не вырубить.

– Даже для тебя?

– Разве я какой-то особенный?

– Ты многое умеешь.

– Ничего сверхчеловеческого. Иногда, может быть, кажется, что это не так, но… все на самом деле в рамках возможностей человека. Поэтому остается лишь диалог.

– Не послушает тебя начальство, – вмешался Бибик. – Я уже попытался. Вот только что. Тут старые линии проводной связи имеются, от аэродрома тянутся в Светлый. Так вот, командует оцеплением мой бывший сослуживец, Леша Голиков. Целый генерал теперь. Мы с ним еще с училища дружим, и здесь молодыми лейтенантами начинали. Тогда в Светлом еще не ВДВ базировались, а общевойсковая учебка была, генерал Кормильцев командовал. Короче, объяснил я все своему товарищу, предупредил его, что дело пахнет керосином.

– И как реакция?

– Все они знают и понимают. Осознают, значит, риск. Но приказ у них аж от верховного. Он лично руку на пульсе держит. Сюда, правда, не прилетел, из Казани руководит. Так что наши слова им никуда не уперлись. Идем, лучше с квестерами потолкуем…

…До поздней ночи Бибик и Лунёв беседовали с квестерами и учеными, а Муха и Каспер бродили по краю зоны, пытаясь высмотреть что-нибудь интересное. Кроме нескольких десятков военных патрулей, им удалось разглядеть еще двух «серых». Следовал ли из этого наблюдения какой-то вывод? Наверное, да. Только сформулировать его не сумел даже Лунёв. Да, «серые» вели себя чересчур активно. Но активность их была какой-то хаотичной и потому непонятной. То есть единственным объяснением ей служила версия Мухи.

С рассветом активность «серых» возросла на порядок, но ничего не изменилось. Военные по-прежнему плотно перекрывали границу, подготовка к эксперименту шла по плану, а в центре зоны наверняка уже был запущен обратный отсчет. И никакие «серые» этому не мешали. Что их останавливало? Да и было ли у них желание вмешиваться в ход эксперимента? Этого квестеры не понимали, и причин нервозной суетливости «серых» – тоже.

Но главной загадкой стала реакция «серых» на катастрофу. Когда от центра зоны к периферии пошел «пылающий вал», они не попытались убежать с помощью пакалей или просто выйти из зоны. Они снова заметались, будто бы в отчаянии, а затем позволили гигантской «огненной волне» накрыть их и превратить в бесформенные комки. Наблюдатели засекли три точки, где волна аномального преображения настигла «серых».