Каре для саксофона
Шрифт:
— А теперь — самое главное, — понижая голос, начал я, — Организаторы дали задание одному из членов Попечительского совета Казино подключить полицию по фактам исчезновения участников турнира.
— Дружище, действительно, это самое главное, — неожиданно весело согласился Алекс, — Мы тебе как-нибудь расскажем — за живот схватишься от смеха, — и, перейдя на тон одного из героев известной комедии, продолжил, — Все идет по ранее намеченному плану, без шума и пыли, Шэу…
И я понял, что опасения за моих товарищей напрасны.
Дойдя до гостиницы и пролетев через уже привычную роскошь, я оказался в своем номере. Чувство безмятежности и защищенности вдруг охватило мое сознание, наверное, подобное испытывает моллюск, закрывая створки своей раковины в случае опасности. «Душ и спать», — другие мысли растворились в ночной разноцветной мгле за стеклянной стеной.
«Главное быть в тренде»
Было около часа ночи, когда после звонка Димке Кратову, почти вся компания отправилась на частную вечеринку монегасков. Столь пристальному вниманию со стороны местной молодёжной тусовки друзья обязаны Еве, — объявил Дима.
— А я в этот закрытый клуб так и не попал, что только не предпринимал. И вот, пожалуйста, одна импровизация на саксофоне этого нежнейшего существа — и все двери открываются сами собой!
— Твоя тяга к монегаскам мне понятна, — хихикнула Юлька.
— Всё, поехали! — позвал Дима.
Гордон пожелал остаться и, конечно, не один. До трапа друзей сопровождало плохо скрываемое разочарование Анны.
— Эх, какой репортажик с места событий упустила! — прокомментировала Юлька.
Проехав по дорожному серпантину минут пятнадцать, их серебристый Мерседес остановился у здания с фасадом в стиле старинного замка с тяжёлыми резными дверьми.
— Сейчас выйдет сенешаль, распорядитель замка, и, осмотрев меня с головы до ног, захлопнет перед носом дверь. А всё ты, Дима: «Какой дресс-код! У них демократично…», — скисла Ева.
— Не комплексуй! Мы же русские! Нас из дверей, а мы в окно. В крайнем случае, твой Альт вставим в дверной проём, — хохотала Юлька.
Димка набрал нужный номер, и из дверей вылетел высоченный темноволосый кудрявый парень в мокрых футболке и шортах.
Мгновенно осмотрев всю компанию, кивнув Джастину, как старому знакомому, и пожав всем руки, он остановил взгляд на Еве и, улыбаясь только уголками губ, по-французски сказал:
— Какая ты маленькая!
— Звёзды на небе тоже кажутся небольшими… — на хорошем фрацузском прозвучал ответ.
— Для меня ночь превратилась в день. Я — Николас, — задержав руку на груди и поклонившись, сказал великан и втянул новых знакомых внутрь.
Димка и Юля тоже представились. А Николас, поцеловав Юле руку, шепнул Джастину, чтобы было слышно всем: «Она прелесть!»
— Не скрою, приятно, — не удержалась подруга.
Хлюпая мокасинами по мраморному полу, француз провёл всех через первый этаж к открытому, сделанному в виде лагуны бассейну и, предложив напитки, ушёл переодеться, оставляя мокрые следы.
— Я Николаса знаю. Мы с ним играли в баскетбол. Кстати, я выиграл, — сказал Джастин.
— Обстановочка далеко не камерная, — заметила Юлька. — А ты боялась! Эх, оторвёмся!
— Красиво! Я на работе!
Искусственная лагуна утопала в экзотической зелени и цветах. Вдоль её были расставлены деревянные шезлонги необычной формы, напоминающие ветки деревьев. Чуть в отдалении стояли столики, а через огромную от пола до потолка открытую стеклянную дверь к приятелям неслись французские мелодии, под которые танцевали десятка два юношей в шортах и девушек в купальниках.
Оставаясь незамеченными, молодые люди рассмотрели всю тусовку. Было где-то человек тридцать. Среди них Изабель, и здесь окружённая молодыми людьми. Чёрные длинные вьющиеся волосы, большие карие глаза, стройная фигура, и чуть надменное выражение лица мешало сразу принять её красоту. На ней было короткое белое платье с открытой спиной и пляжные белые босоножки. Рядом с ней высокий красивый Даниэль. Тёмно-карие глаза, в глубине которых таилась лёгкая насмешка, как будто искали кого-то. Лицо, открытое и честное, почему-то наводило на мысль о благородном происхождении. Он был одет в лёгкие светлые брюки и жёлтую рубашку.
— С Даниэлем Марсе ты знакома, — Димка Кратов заметил, что Ева внимательно рассматривает месье. — Кстати, не смотря на молодость, является членом попечительского совета при Казино. Очень образован. Если не ошибаюсь, это его идея пригласить тебя сюда.
Вернулся Николас: «Твоя игра на саксофоне никого не оставляет равнодушным. Мы признательны, что ты приняла наше приглашение. В течение вечера, когда захочешь, поиграешь для нас?»
— Мой инструмент скучает уже сейчас, — щелкнули замки на футляре с саксофоном.
В просторном помещении акустика была лучше, чем у воды. Ева поднялась на небольшой подиум… И «Мадемуазель поёт блюз», французский шансон, «Под небом Парижа» на зрителей обрушились водопадом звуков. Не делая пауз, Ева импровизировала, не давая никому опомниться. Альт попрощался с публикой минутным tremolo.
По восхищённым возгласам зрителей и балдевшему Кратову Ева поняла, что угадала настроение слушателей.
Димон подхватил её, едва она спустила ногу с подиума:
— Всё, ты в тренде! Ни одного равнодушного взгляда.
И тут посыпалось… Еву расспрашивали, где она получила такое блестящее музыкальное образование, кто были её учителя, перечисляли известные русские фамилии, с представителями которых якобы были знакомы.
— Ну, как оно, ха-ха, на гребне славы?! — Юлька с бой-френдом вышли только что из бассейна. — А мы без фанатизма, ты в курсе…
— И напрасно, ха! Сегодня я в тренде!
Ночная жизнь лагуны протекала в беззаботном весёлом русле. Кто-то терзал босоножками и голыми пятками танцпол, а переполненный напитками бар и фуршетные столы дополняли атмосферу благоденствия. Молодые люди, которым хотелось привлечь к всеобщей радости ещё и лабиринты сознания, в мягких подушках курили кальян с подзаряженными задорной травкой смесями.