Чтение онлайн

Теу рекомендовал ему пообедать в тамошнем рыбном ресторане.

С трудом Флетч опустился на колени. Болело все тело, но он заставил его сгибаться до тех пор, пока голова не оказалась в нескольких сантиметрах от пола. Он заглянул под кровать. Маленькая каменная лягушка исчезла.

– Что вы тут делаете?

Джоан Коллинз Стэнуик, в шортах, которые были ей велики, и тенниске с надписью на португальском, подошла к столу Флетча.

– Ем.

– Но как вы сюда попали?

– Проголодался, – Флетч продолжал есть.

– Нет, правда, как вы меня нашли?

Ее глаза округлились от изумления.

– Бразильская полиция не так беспечна, как может показаться на первый взгляд.

Из ресторана открывался прекрасный вид на океан.

– Не желаете присоединиться ко мне? – предложил Флетч. – Или обслуживающему персоналу запрещено садиться за столик к посетителю?

– Я могу угостить вас чашечкой кофе, – ответила Джоан и направилась к кофеварке.

С хорошим настроением ехал Флетч вдоль океанского побережья. Полной грудью вдыхал чистый, свежий воздух. Нравилось ему и то, что он видел вокруг: скалы и деревья, коровы, козы. Чем дальше он отъезжал от Рио-де-Жанейро, тем меньше становилось машин на отличном шоссе.

Осмотр достопримечательностей Ботелью не занял у него много времени. Короткий причал. Рыбный склад, более напоминающий сарай. Распятие в крохотной церкви. Дюжина хижин рыбаков, прячущихся в тени деревьев.

Войдя в ресторан, он сразу заметил Джоан. Стоя к нему спиной, на кухне, Джоан Коллинз Стэнуик опускала тарелки и стаканы в чан с горячей водой.

В зале лишь пять рыбаков что-то оживленно обсуждали, размахивая банками с пивом. Молоденький официант принес Флетчу меню. Тот заказал чауде <Густая похлебка из рыбы или моллюсков со свининой, сухарями, овощами, специями и т. д.> и жареную рыбу.

Положив на скамью бумажный пакет, Флетч любовался океаном. Рано или поздно Джоан Коллинз Стэнуик должна была повернуться и увидеть его. Он оставлял ей право заметить его или оставить без внимания его приезд. Выбери она второй вариант, он бы удалился, не заговорив с ней.

Более вкусной рыбной похлебки есть ему еще не доводилось.

Он уже наполовину разделался с жареной рыбой, когда Джоан пересекла зал и подошла к нему.

Теперь она сидела перед ним. На столе дымились две чашечки кофе.

– Я рад, что у вас все в порядке, – Флетч продолжал есть.

– А вы попали в аварию?

– К счастью, нет. Побывал на Карнавальном параде.

Они нервно рассмеялись.

– Такое впечатление, что вам крепко досталось, – ее взгляд задержался на маленьком шраме на шее Флетча.

– Я нарвался на разъяренного козла.

Она чуть улыбнулась.

Джоан выглядела лучше, чем в субботнее утро. Лицо загорело, глаза прояснились. Никаких следов косметики. Да и волосы за последние четыре дня не получали должного внимания.

– Как мило с вашей стороны найти меня. Я доставила вам много хлопот?

– Я волновался из-за вас. Меня накалывали с обедом, но с завтраком – никогда.

– Я, конечно, подвела вас.

– Ничего, я все равно позавтракал.

– Хорошо, – Джоан смотрела в свою чашку.

– Здесь отличная еда.

– Правда? Мне тоже нравится.

– Готовят тут превосходно. Вы моете посуду в этом заведении?

– Да.

– Мне казалось, вы понятия не имеете, как это делается.

– Большого умения тут не нужно, – она показала ему свои руки. – Красивы, не так ли? – руки были красные, со сморщенной кожей.

– Они выглядят честными.

Джоан положила руки себе на колени.

– Я чувствую себя школьницей, которую поймали играющей в хоккей.

– Я рад тому, что вижу вас живой.

– Те вопросы, которые я могла бы задать вам относительно смерти Алана, – она взглянула в лицо Флетчу, затем – на его шрам на шее, наконец – на свои колени. – У меня их больше нет. Деньги...

– Я готов все объяснить.

На самом деле в голову Флетча закралась мысль о том, что Джоан пытается заключить с ним какую-то сделку.

– Нет нужды. Мне известно все, что я хочу знать. Я бросилась за вами в Бразилию из чувства долга, – она помолчала, потом добавила. – Да, чувства долга.

Флетч отодвинул пустую тарелку. Подумал о том, что мыть ее будет Джоан.

И сидел молча, глядя на океан. Ждал, пока Джоан поймет, что он не намерен задавать ей вопросы.

– В то утро, субботнее утро, расставшись с вами, я пошла пешком к своему отелю. Вы сказали мне такое, чего я никогда не слышала раньше. И я разозлилась, как никогда.

Внезапно до меня дошло, что вот я, взрослая женщина, иду одна, солнечным утром, вся в слезах, только потому, что кто-то украл мои заколки. Мои кольца с розовым жемчугом! Маленькие пластмассовые карточки с моим именем на них!

– А также бесценные фотографии вашего мужа Алана и вашей дочери Джулии, – добавил Флетч.

– Да, мысль эта глубоко взволновала меня. Но я поняла, какая же я эгоистка. Была. Есть. Вокруг меня вертелись маленькие худые оборвыши, протягивали руки, что-то шептали. Я отмахивалась от них и сквозь зубы цедила: «О, отстаньте от меня!» Разве они не понимали, что я осталась без нескольких алмазов, кредитных карточек, ничтожной для меня суммы денег? Как они смели приставать ко мне в семь утра, просить денег на еду?