Чтение онлайн

И потому, когда все кончилось... никак не выговаривается: когда умер Александр Петрович, хоть и осталось до этого события всего пустяк времени, два месяца... семья Карпинских не захотела остаться на Пятницкой, покинула роскошный особняк и переселилась опять в Ленинград в старую квартиру на бывшей Николаевской набережной, дом 2.

«Дедуля» не изменял своему распорядку: вставал в пять, садился за письменный стол, придвигал к себе кипу книг и бумаг... но читалось и писалось с большим трудом, глаза видели мутно, операция принесла лишь временное облегчение. Что-то неладное творилось с кишечником. Профессор Лурье и его ассистент доктор Дмитриев — оба они пользовали Александра Петровича в Москве — прописали кучу лекарств и посадили на диету.

Теперь, когда мы обратимся к архиву канцелярии Академии наук и попробуем составить список дел, которыми занимался Александр Петрович в последние полтора года после переезда в Москву, нас поразит не столько их разнообразие и обилие, что вполне понятно в положении президента, сколько то, что они выполнялись почти девяностолетним стариком с сильно пошатнувшимся здоровьем. Стоит привести главнейшие из этого списка.

1935. Начало февраля. В Москве проходит VIII Всесоюзный съезд Советов. Карпинский делегат его, 6 февраля его выбирают членом Центрального Исполнительного Комитета СССР. На следующий день в академии важное совещание, посвященное проблемам развития народного хозяйства Ухта-Печорского края, Югорского Шара и приполярного Урала. Совещание затянулось, окончание его перенесли на следующий день; оба дня Карпинский участвует в нем. На следующий день в академии же открывается конференция по освоению природных богатств Киргизии (а через пять дней, когда закончится эта конференция, откроется аналогичная, но посвященная богатствам Печорского края). Карпинский участник обеих конференций, избирается в президиумы, выступает с речами.

26 марта Геологическая ассоциация академии обсуждает работы Таджикско-Памирской экспедиции; Карпинский произносит вступительное слово на открытии. 9 апреля он едет в Саратов в составе делегации академиков для участия в праздновании 25-летия Саратовского университета имени Чернышевского. Обсуждение проблем, связанных с освоением Севера, в академии продолжается. Решено образовать комплексную Северо-Двинско-Печорскую экспедицию, включив в состав ее геологов, ботаников, зоологов, экономистов. Руководителем экспедиции назначается Карпинский. Между тем уже несколько месяцев лежит в президиуме академии приглашение из Лондона приехать на празднование 100-летия Геологического общества Великобритании, почетным членом которого Александр Петрович состоит уже несколько десятков лет. Врачи ехать не советуют, но он решается и отвечает согласием. 25 июня вместе с дочерью Евгенией Александровной отбывает в Лондон.

10 июля сэр Роберт Хадфильд, известный металлург и один из руководителей общества, дает завтрак в честь Александра Петровича. На завтраке Карпинский выступает с речью, напоминает о плодотворности научных контактов между русскими и английскими учеными в прошлом, ратует за улучшение англо-советских отношений. Возвратившись в Москву, узнает, что готовится чествование (год выдался богатый на празднования и чествования) Н.С.Курнакова. Бывшему ученику исполнилось 75 лет. Карпинский охотно входит в оргкомитет по проведению юбилея.

В начале сентября в академии проводится международная топологическая конференция. В ней в числе прочих принимает участие польская делегация, возглавляемая президентом Польской академии наук. 12 сентября Карпинский устраивает прием в честь этой делегации. 23 ноября в Совнаркоме заседание по поводу нового устава. С речью выступает Председатель Совета Народных Комиссаров; Александр Петрович держит ответное слово.

На этом заканчивается список наиболее важных о ф и ц и а л ь н ы х дел, зафиксированных канцелярией президиума. Насыщенный год? Обычный для президента.

1936. Начинается встречей со школьниками, отличниками учебы; их пригласили в академию. Александр Петрович обратился к ним с приветствием. 6 марта открывается совещание руководителей филиалов и баз академии. Создание в стране сети академических центров — давняя и излюбленная мысль Александра Петровича, и он не может не принять самого деятельного участия в совещании. Теперь у академии есть несколько филиалов: Закавказский, Казахстанский, Дальневосточная база, Уральская — они были созданы в 1932 году, а за три года успели окрепнуть, создать внутри себя институты. Но неполадок, неувязок много; руководители и приехали в Москву, чтобы разрешить их. (Пройдет несколько лет, и из филиалов и баз возникнут самостоятельные республиканские академии наук.)

Не успевает закончиться это совещание, открывается сессия академии. Повестка дня серьезнейшая: отчет за проделанную в прошлом году работу, участие в выполнении пятилетнего плана страны. Карпинский выступает в последний день при закрытии сессии, подводит итоги. 21 — 23 марта участвует в расширенном совещании Геологической группы Академии наук: разбирается вопрос геологической изученности СССР и картирования территории. Этому он отдал много труда в бытность директором Геолкома; без его уникального опыта как в таком деле обойтись? Он выступает с речью.

22 апреля принимает в академии министра иностранных дел Норвегии, 23-го едет на совещание в Ломоносовский институт, через несколько дней в академии открывается II конференция по экспериментальной минералогии и петрографии — едет туда. Несколькими днями раньше заседает в первый раз Всесоюзный пушкинский комитет — в разгаре подготовка к столетию гибели поэта. Александр Петрович с прошлого года член Редакционного совета академического издания сочинений А.С.Пушкина. Теперь едет на заседание комитета. Май 1936-го. Сессия Биологической группы академии. Участвует в ней.

Остановимся на этом. Вполне достаточно, чтобы почувствовать ритм жизни старого президента. Вернемся чуточку назад. 28 февраля «Известия» опубликовали его статью, посвященную памяти скончавшегося академика Павлова. Это последний некролог, написанный Карпинским. По воспоминаниям домашних, смерть Павлова сильно подействовала на Александра Петровича. Иван Петрович остался в Ленинграде; прощались тепло, но спокойно. «До встречи!» И вдруг эта неожиданная смерть. Она страшно ударила по сердцу... Ушел последний ровесник. Иван Петрович был всего на три года моложе. Некому нынче сказать: «А помните, какая вьюга была в шестьдесят девятом году!..»

«На роковой стою очереди...»

«И эта беда постигла нас и весь ученый мир, когда мы подходили почти вплотную к важнейшим вопросам, в разрешении которых участие покойного было бы особенно важно». Сохранилось несколько черновых набросков некролога, написанных крайне неразборчиво. «Ожиданиям Академии не суждено было сбыться... На пути... стала его собственная смерть, тяжело переживаемая Академией и всем ученым миром». Он все время пишет о беде, о несбывшихся ожиданиях: какими тайными замыслами или надеждами поделился с ним Павлов? Этого уже никогда не узнаешь... В опубликованном тексте приведенных слов нет, и тон суше, лаконичнее.