Чтение онлайн

— Глупый розыгрыш, который может стоить вам карьеры, если об этом узнаем госпожа Хван, — сурово добавил Шэнь. — Вернули одежду в раздевалку.

— Вы расскажете госпоже Хван? — в ужасе пискнула одна из девчонок.

— Нет, — ответил Шэнь, — Только Данби.

На секунду, когда Шэнь сказал «нет», на лицах девчонок мелькнуло облегчение, но после слов о том, что обо всем узнает Данби, они снова печально опустили головы. Ну да, у Данби с такими «шутницами» разговор короткий — усиленная тренировка, чтобы от усталости все мысли о вредительстве из головы вынесло. Полномочия у нее достаточно широкие, все знают, что, если она скажет что-то госпоже Хван, та поверит ей.

— Идите, возвращайте одежду, — напомнил Шэнь.

Сам же достал телефон из кармана. Номера Данби у него не было, но он был у Хару. Написал ему сообщение — как освободится, наверняка ответит.

Девчонки убежали обратно в раздевалку, вышли из нее уже только со своими куртками и печально побрели к выходу. Шэнь и Юнбин шли следом.

Хару не ответил, зато написал Тэюн — попросил купить соевое молоко. Пришлось немного изменить маршрут — сначала супермаркет, потом уже дом.

— Как думаешь, это просто розыгрыш, или они реально пытаются вытеснить Сольги и Наён? — спросил Юнбин.

Шэнь неуверенно пожал плечами:

— Не знаю. Нет дыма без огня. Если четырнадцатилетки решили украсть верхнюю одежду, то старшие тоже проявляют агрессию… скорее всего.

— Но Хару не знает об этом, — печально дополнил Юнбин.

— А ты бы рассказал? — хмыкнул Шэнь, — В смысле — вот если бы тебя внутри коллектива постоянно так «разыгрывали», а твоя старшая сестра училась, предположим, на год старше. Ты бы рассказал?

Юнбин вздохнул:

— Скорее всего — нет. Терпел бы.

— Вот и я так думаю, — хмыкнул Шэнь. — Сольги Хару ничего не расскажет.

— А что Хару бы сделал? Ну, будь он на нашем месте сегодня? — задумчиво спросил Юнбин. — Сказал бы госпоже Хван?

— Скорее всего, — кивнул Шэнь. — Наверное, и нам следовало… Но я пожалел Ланфень. Нужно будет потом ее расспросить — что вообще сейчас у девчонок творится.

— Тэюн говорил, что Наён и Сольги сейчас живут с Данби и еще какой-то девочкой в отдельной комнате, — сказал Юнбин, — Переселили на прошлой неделе.

— Скорее всего, чтобы Наён во сне подушкой не задушили, — хмыкнул Шэнь, уже заходя в супермаркет.

Они не ужинали, а заказывать ничего не хотелось. Поэтому, кроме соевого молока, которое Тэюн и Сухён любят добавлять в кофе, они взяли еще две упаковки доширака.

[*Доширак/досирак в Корее — это не заварная лапша, а что-то вроде комплексного обеда. В упаковке будет вареный рис с кунжутом или водорослями, основное «блюдо» — курица, свинина, рыба или тофу, два-три вида закусок — обычно кимчи и что-нибудь еще, дополнительно почти всегда — яйца и немного зелени. У таких наборов короткий срок годности, если не раскупили, то вечером делают скидку вплоть до пятидесяти процентов.*]

Идти в общежитие с дошираком не хотелось, поэтому они взяли еще пакетик растворимого кофе и расположились в столовой зоне магазина. Юнбин развернул упаковку, аккуратно вытащил лоточки с курицей в кляре и поставил в микроволновку. Шэнь налил горячей воды в бумажные стаканчики и заварил кофе. Сели у окна. Все же есть какая-то особая романтика в ужинах в супермаркетах. Сейчас они стали чаще заказывать еду на дом, все вкусное и свежее, брать доширак по акции — как-то даже странно… но все равно иногда хочется. Причем, именно в супермаркете съесть, глядя через окно на прохожих.

У Шэня пиликнул телефон. Хару выслал контакт Данби и тут же уточнил:

«Что-то случилось? Я иду домой.»

«Ничего срочного. Мы с Юнбином ужинаем в супермаркете.»

«Купи мне доширак с креветками или рыбой, я сейчас подойду. Голодный.»

Шэнь хохотнул и показал экран телефона Юнбину.

— Я возьму, — сразу сказал тот и вскочил со стула, — А ты пока Данби позвони.

Шэнь кивнул: так действительно будет лучше.

Данби была очень удивлена звонку, но внимательно выслушала и устало вздохнула:

— Да когда ж этот серпентарий прореживать начнут?

Шэнь не сдержался — тихо засмеялся. Новенькие начали заниматься чуть больше месяца назад. Все это время к детям присматриваются, чтобы где-то еще через месяц выгнать самых бесполезных. Но до этого момента их действительно слишком много.

— Я поняла, спасибо, — сказала Данби, — Проведу с ними воспитательную беседу. И с Сольги тоже, потому что мне ни она, ни Наён ничего не говорили…

— А ты бы сказала? — иронично уточнил Шэнь.

Данби замолчала. А потом печально вздохнула:

— Порицание за стукачество — худшая традиция нашего общества. Еще раз спасибо. Я пошла.

Она сбросила звонок. Тут Шэнь увидел Хару — и не смог сдержать улыбки. Хару с утра был в джинсах. На улице периодически шел дождь, было грязно, поэтому Хару еще по дороге в студию заправил джинсы в ботинки. Свитер с высоким горлом, поверх — кожаная куртка, купленная на блошином рынке, перчатки, объемные наушники вместо шапки. Но особую изюминку его образу придавала гитара в чехле.

— Почему ты всегда так хорошо выглядишь? — смеясь, возмутился Шэнь. — Напялил на себя все подряд, а вид все равно классный.

Хару задумчиво посмотрел на свои ноги — джинсы-то не узкие, из ботинок торчали «парашютами».

— Завидуй молча, — ответил он, укладывая гитару на стойку. — И я не думаю, что хорошо выгляжу.

Он снял наушники и перчатки, кинул поверх чехла.

— А что за гитара? — с любопытством спросил Шэнь.

Вернулся Юнбин. Хару, немного недовольно, рассказал о том, что Роун его практически вынудил учиться играть на электрогитаре, перевел какую-то русскую песню и вообще… Роун — тот еще тиран.