Чтение онлайн

— Да, правда, но это не для меня, это ради отца. — Клайв снова выпрямился, на глазах его заблестели слезы. — Ради отца. Лес был его любовью на протяжении всей его жизни. Мы ходили с ним на прогулки, и отец называл мне каждое дерево, каждую птицу. Мне это было не очень интересно, но я понимал, что значит для него лес. «Держись за него, — говорил он мне. — Сохрани его целым для следующих поколений. Обещай мне это». — По щекам Клайва скатились две слезы. — Прошу тебя, Дэн, сделай это для меня.

— Это очень трудно… — начал было Дэн.

— Он и для тебя был отцом, Дэн.

— Я знаю, Клайв.

У Салли привычно заколотилось сердце, и она подумала, что, может, мгновенная смерть от сердечного приступа станет для нее выходом.

— Прошу тебя, Дэн, ради отца!

После короткого молчания Дэн ответил:

— Хорошо, Клайв. Я поговорю с Йеном. Не могу ничего обещать, но сделаю все, что в моих силах.

— Значит, вы опять вернулись на исходные позиции, — сказала в ту ночь Салли. — Клайв не должен был просить тебя об этом. Прошедший год был ужасным, тебе досталось сполна.

— Европейская группа приедет в следующем месяце. Подготовка завершена. Йена удар хватит, когда я скажу, что передумал.

— Тогда не делай этого.

— Салли, мне придется. Ты же слышала Клайва. Он имеет на это право. Это самое меньшее, что мы… я… могу сделать в память об Оливере.

«Господи, — подумала она, — Господи Боже! Вся моя жизнь теперь — это сплошное притворство. Я притворяюсь здоровой, веселой и энергичной, изображаю радость даже во время занятий любовью. Потому что все, что я вижу, лежа в объятиях Дэна, — это лицо того человека, и слышу его слова: «Попробуй, и я обвиню Дэна в развратных действиях… с собственной дочерью…»

— Вот твои экземпляры материалов, которые сегодня утром прибыли из Швеции, — сказал Йен, входя в кабинет Дэна. — Лучше просмотри их заранее, может, захочешь внести какие-то изменения или просто обдумать до встречи.

Дэн не жаждал этого объяснения, но когда-то это нужно было сделать, поэтому он резко проговорил:

— Йен, я собираюсь изменить все. Дело в том, что я передумал.

— Ты… что?

— Я больше не хочу участвовать в этой сделке. Я вернулся к своей изначальной позиции. Я ничего не хочу продавать.

Йен хлопнул по столу пачкой бумаг, отчего в разные стороны полетели карандаши и скрепки.

— Черт побери! — заорал он. — Вот на этом самом месте ты сказал мне: «Поступай, как считаешь нужным», разве нет, Дэн? Разве нет?

— Да, и мне неприятно брать свое слово назад. Но то, как это представил Клайв… я ничего не могу с собой поделать. Когда он заговорил о твоем отце и о том, что значил для него лес Греев, он меня убедил. Кроме того, невыносимо видеть Клайва в таком состоянии.

— Разумеется, — нетерпеливо сказал Йен, — я видел его. Он умирает. Он умрет еще до заключения сделки.

— Не согласен. Где жизнь, там надежда, и это не расхожая фраза.

— Вот-вот, ты несгибаемый оптимист. Спустись с небес на землю! Ты говоришь о смерти, которую видно невооруженным глазом, а также о двадцати восьми миллионах долларов.

— Мне они не нужны, тебе тоже. Мы вполне преуспеваем. Как жаль, что я не могу заставить тебя прозреть и отказаться от этой сделки.

— Ну вот, опять! — застонал Йен. — Послушай, моему терпению приходит конец. Выбрось этот бред из головы и займись делом. Я хочу еще раз услышать твое обещание, что ты не выкинешь никакого фортеля на встрече в следующем месяце.

— Я не могу дать такого обещания. Это дело принципа, и мне следовало держаться своего слова. Я допустил ошибку, когда отступился. Не знаю, как еще доказать тебе, что я принял окончательное решение.

Они испепеляли друг друга гневными взглядами. Затем Йен подошел к окну и встал там, задумчиво потирая подбородок.

— Предположим, — медленно проговорил он, не поворачиваясь, — предположим, я скажу тебе кое-что, что заставит тебя изменить свое решение.

— Никто меня не заставит, — коротко отозвался Дэн.

— Я не имею в виду в буквальном смысле. Я только хочу сказать, что я кое-что для тебя сделал, может, ты в ответ тоже захочешь мне помочь.

— И что же ты для меня сделал?

— Дело обстоит так, — начал Йен. — Предположим, я скажу тебе, что это твоя жена убила моего отца.

— Что ты сказал?

— Я уверен, что Оливера убила Салли.

У Дэна все помутилось перед глазами. Голос Йена звучал не резко, не злобно, он сказал это ровно, как мог бы сообщить, что завтра пойдет дождь.

— Я сказал, что Оливера застрелила Салли. В тот вечер я встретил ее машину на дороге, как раз перед поворотом на Ред-Хилл.

Дэн вскочил, сжав кулаки, готовый бить, уничтожать. Он обезумел. Йен перехватил его кулаки, прежде чем они обрушились на его лицо. Началась борьба. Они были примерно одного веса, и ни один из них не мог одержать верх; тяжело дыша, они продолжали бороться. Треснул стул, они запутались в телефонном проводе и упали, разбив Йену колено и поранив щеку Дэну. Ругаясь и цепляясь друг за друга, они катались по полу.

Потом силы вдруг оставили Дэна. Он встал и повалился в свое кресло. Заговорил, хватая воздух:

— Ты дурак! Я всегда знал, что ты слишком любишь деньги и женщин. Нет, я никогда об этом не говорил, меня это не касалось. Но я не ожидал, что ты окажешься настолько подлым, что сможешь измыслить такую грязную ложь…

Йен тоже восстанавливал дыхание. Выпил воды из графина, поправил галстук и уже спокойно сказал:

— Поезжай домой и спроси ее. Она тебе скажет. Думаю, Салли не из тех, кто лжет, а особенно тебе.