Чтение онлайн

Торопиться некуда — допрос продлится до появления Адуева, если даже придется мучить себя и Деева сутки. Поэтому Бабурин вел беседу неторопливо, позволяя бывшему охраннику разглагольствовать по любому поводу и без повода.

После официальных вопросов-ответов: фамилия, имя, отчество, год и место рождения, семейное положение, следователь минут десять молчал, фиксируя ответы в протоколе. Пришлось самому заняться нелюбимым занятием, не хотелось впутывать помощников, а единственный человек, которому следователь может довериться, Адуев, занят более серьезным делом.

Положил ручку и цепко уставился на толстую физиономию Сашки.

— Надеюсь, ты понимаешь — обвинения, выдвинутые в твой адрес, не беспочвенны. Они основываются на простом факте: в ту ночь, кроме тебя и Машкина, на стройке никого не было…

— Точно. Я и лысый прораб, — охотно подтвердил улыбающийся охранник. — Слыхал, его уже посадили — во всем признался, убивец проклятый. Не пойму, зачем вы мучаете меня? Ведь отравили, подсунули бутылку — спал, как убитый…

— Анализ бутылки показал — снотворного там не было.

Пришла пора открывать карты. Изощряться нет необходимости — виновность Деева, можно считать, доказаной. Дело за малым — за его признанием и появлением Адуева с пистолетом банкира.

На стол легло заключение экспертизы. Сашка непонимающе пробежал поданную ему бумагу, углубился в мучительные раздумья.

— Я — малограмотный, в разных экспертизах не разбираюсь… Спал беспробудно, ничего не видел и не слышал, утром голова раскалывалась. Значит, отравили…

— Что касается твоей малограмотности — лучше помолчи. Общее образование — десять классов, плюс специальное — полиграфический техникум. Вполне достаточно, чтобы оценить заключение экспертизы.

— Полиграфия — не прокурорские фокусы, — нагло смотрал следователя Сашка. — Мало ли что ваши эксперты напридумали, чтобы угодить начальству. Одно знаю — выпил бутылку и будто провалился в темную ямину. Ежели подозреваете меня — выпустите Машкина, считаете, что убил он — не вызывайте меня…

Логика — смертельная, но это логика преступника.

Допрос ковыляет по ухабам и рытвинам вот уже четыре часа. Деев стоит на своем: ничего не видел и не слышал, поскольку отравили злодеи. Зря следователь теряет время — ничего больше ему не узнать.

— Откуда ты знаешь бизнесмена Хвостова?

Глаза допрашиваемого округлились, в них — непритворное удивление. Наверно, Хвостов представился «исполнителю» другим именем. Придется нарисовать приметы «заказчика». Высокий рост, сухопарый, носит золотые очки, на подбородке — глубокая ямочка… Спасибо свояку — нарисовал детальный портрет со всеми приметами и особенностями. Да и Димка Оборин добавил — презентовал отличную фотокарточку.

— Не знаю…

Врешь, парняга, отлично знаешь! Глаза сощурены, в них — явный страх. Господи, поторопи Адуева, помоги ему найти оружие! Пред"яви сейчас Дееву похищенный им пистолет — девяносто процентов успеха обеспеченно. Остальное доделает страх перед грядущим возмездием.

Бог услышал страстную мольбу следователя — в дверь протиснулся радостно улыбающийся Адуев. Протянул завернутый в газету предмет. Гордо кивнул — все сделано, как вы велели, оружие обнаружено и изьято с составлением соответствующего протокола.

Бабурин молча положил на стол пистолет, рядом — акт изьятия.

Деев поник. Теперь не только во взгляде — в позе, в опущенной голове — признание.

— Убил ты! Пора сдаваться, хватит тянуть волынку. Признаешься?

— Да…

Наконец-то, успех! Теперь — не упустить подавленного состояния Деева, забросать его вопросами, не дать опомниться.

— Кто звонил в машину банкира?

— Мне приказали… Не позвонил бы — кранты…

— Что ты сказал Басову?

— Что велено… Любка трахается с прорабом. Пусть поспешит проверить…

— Как Басов прошел в калитку?

— У него был ключ… Не тяни душу, начальник, — рванул Деев душивший его ворот тельняшки. — Признался ведь… Отпусти в камеру…

— Почему водитель ничего не слышал? — не унимался Бабурин.

Деев криво усмехнулся.

— А я оглушил упыря. Перенес его в подвал — тяжелый, боров, и… рубанул ребром ладони по горлу… Потом прикончил перышком…

Казалось бы, все ясно и понятно, можно отправлять убийцу в камеру и готовить дело для передачи в суд. Оставался один-единственный, «непротокольный» вопрос.

— Мне говорили — ты ненавидел хозяина. Не эта ли ненависть привела к убийству? И потом — откуда у нее растут ноги, чем тебя так обидел Басов?

Деев уже пришел в себя. Бросил на Бабурина взгляд, полный презрения. Ну, и следователь же ему попался — настоящий идиотик.

— Хозяин — кровосос, разжирел на таких, как я. Так за что мне любить его?… А то, что порешил — такая работа, за это деньги платят. Невпример больше, нежели за охрану.

После того, как доотказа «выпотрошенного» убийцу увели, Бабурин расслабился, удовлетворенно потянулся. Сильно, до хруста. Все, можно отправляться на отдых. Завтра же продолжить допрос, устроить очную ставку с золотоочкастым банкиром. Потом вызвать толстого его напарника.

Он не знал, что арест Деева снова пробудил активность «цепочки», соединяющей ннкоторые высокие московские телефоны с неприметным селением в горах Кавказа. Панически заверещали аппараты, из них посыпались тревожные вопросы, угрозы и обещающие заверения.

— Вами была обещана полнейшая безопасность транспортировки денег. Что произошло?

— Ничего страшного, небольшой сбой, который сейчас устраняется. Никаких причин для беспокойства нет. Следующую «посылку» получите строго в оговоренное время. В связи с определенными трудностями вам придется увеличить размер комиссионных.

— Увеличение — не принципиально, если — в разумных пределах. Не мы платим — наш общий друг… Откуда сбой? Не нужна ли помощь? Группа опытных боевиков готова к вылету…