Каятан
Шрифт:
Уже спустившись к дороге, обнаружил в пыли небольшой нож. Сунув его за пояс, прощальным взглядом окинул место, где раньше стоял мой дом, и, подстегиваемый все более и более сильным ощущением чужого недоброго взгляда, кинулся в чащу.
И вот, наконец, долгожданный отдых. Не такой комфортный, как хотелось бы, но сейчас не это главное. Главное — что я буду делать дальше? Хотелось бы верить, что «черные» полностью уверились, будто демон и их горячо любимый родственник просто прикончили друг друга — так и было на самом деле, — а никаких свидетелей случившегося не осталось… Хорошо, если так. В любом случае, судя по ощущениям, они ушли. Поэтому самое время подумать о насущном.
Возвращаться в деревню не имеет смысла, там уже не осталось… ничего. Значит, у меня только один выход: податься в город и, может быть, все-таки осуществить свою мечту — стать… ну, кем именно можно и потом придумать.
Глава 2
1114 г. Термилион. Лес у подножья Чайных гор.
30 день 4-го месяца.
Раннее утро
Город городом, но пока я чего-нибудь не съем, точно никуда не пойду. Я с трудом поднялся и с грустью посмотрел на волчий труп. Это, конечно, было мясо, но воняло оно, как… как что-то очень вонючее. Поэтому, прихрамывая, я побрел к речке. По крайней мере, я мог попить.
Быстро стемнело. Двигаться по лесу ночью я не рискнул. То, что на меня напал волк, не было большой случайностью: хищники в нашем лесу не редкость.
Открыл свой ночной глаз Маас. Я никогда не обращал значительного внимания ни на суеверия, ни на религию, познания в которой ограничивались именами семи термилионских богов, но Клот, бог Ночи, и Маас, точнее, его ночное лицо, — были, наверное, все же чуть ближе остальных. Про них сумасшедший храмовник Чайной ни одной молитвы не знал. Хотя, скорее просто считал их менее достойными, чем Маас Солнечный и Инвигин Родитель, например. Зато, мы с ним оба не любили Леда. Он же: Хозяин Бездны, черт и Главный Демон. Правда, храмовник его не любил, потому что положено было, а я, потому что уже в ушах от имени резало: Ирвин его через слово поминал. И ахаллов тоже — демонов Главного Демона.
Еще, мне, пожалуй, нравилась темнота. Я любил смотреть, как колышется мрак: перетекает, сливается, шепчет… Наверное, я был даже излишне впечатлительным.
На ночь я забрался под широко разросшийся кустарник. Это стоило мне немало новых царапин, но иголки обещали хорошо защитить от зверья. У нас в деревне были в ходу истории про оборотней, но я им, разумеется, не верил. Оборотней не бывает. Уснуть удалось легко.
Проснулся я оттого, что кто-то… щекотал у меня в носу. Разлепив веки, я понял, что это не кто-то, а самая настоящая самка полынника, которая, кажется, нашла место, где сможет отложить яйца… Следующую пару минут я провел, суматошно хлопая себя по одежде, то и дело подпрыгивая… Если честно, поначалу я еще и визжал… К счастью, больше никаких насекомых обнаружено не было.
Наверное, мне, как жителю деревни, стоит стыдиться такой паники при встрече с чем-то настолько маленьким, но ничего с собой поделать я не мог. Лет до десяти — пока не стал всем подряд давать сдачи, — меня по этому поводу постоянно дразнили. Но страха я так и не смог побороть. Нет, конечно, я мог бы взять в руку жука или червяка, но только когда был готов к этому. Хотя от чего-нибудь увесистого в качестве страховки все равно бы не отказался.
Кое-как успокоившись, я мысленно пожелал всем полынникам передохнуть, после чего пошел к реке. Наскоро «позавтракав» — как есть хотелось! — я продолжил путь. Нужно было выйти на дорогу. Я все еще шел под уклон, и пока выбирать направление было не трудно, но скоро гора должна была кончиться, и я рисковал пропустить выход на Колок.
Время пути я потратил на поиск «даров леса» у себя под ногами. Преуспел, к сожалению, не очень. То ли места здесь были небогатые, то ли я подслеповат, но, как ни вглядывался, ничего, кроме жалкого десятка сморщенных ягодок — таких сморщенных, что я не смог определить, каких именно, — так и не нашел.
Поскольку есть все равно было нечего, я решил предаться тяжким раздумьям. Прежде всего меня волновал вопрос: «как мне удалось спастись от волка?» Был еще один: «что произошло накануне в деревне?», но на эту тему я предпочитал не думать.
Итак, на меня, израненного, уставшего и голодного, нападает злобный лесной хищник, превышающий меня размерами раза в два с половиной как минимум. Закономерным исходом нашего свидания любой здравомыслящий человек посчитал бы мою безвременную кончину и последовавший за нею сытный волчий пир, но… К счастью, не всегда все происходит так, как ожидается.
Что именно спасло меня?.. Если начать мыслить с конца, то моим благодетелем является горелый отпечаток на шее волка, очертаниями напоминающий мужскую пятерню, размерами сходный… в общем, как у меня. Но сам по себе отпечаток, конечно, никакой роли в моем спасении не сыграл. А вот насчет того, как он там появился, у меня только одна версия. И из этой версии можно сделать всего один разумный вывод. Из которого тут же вырастал вопрос: а могу ли я вообще быть магом? Чисто теоретически?
Ответ прост: понятия не имею. О магии я знал совсем немного. Только то, что рассказывал Ирвин. В основном это были красивые — и не очень — военные истории:
«…Тут нас крепко прижало. Рыцарей было меньше, чем нас. Зато железнозадые были все на лошадях и с пяток по макушку запечатаны в свои ледовы консервные банки. В общем, когда нас зажали сразу с трех сторон, стало не до шуток. Нас бы тогда перебили всех в этом ущелье, если бы не его ледово Могущество Хасат Огненный. О нем всегда много чего болтали. И что он с демонами якшается, и что душонку он свою давно заложил тому, кто предложил больше, но то, что он нас в тот момент выручил, — это любой признает.
Так вот, отбиваться мне пришлось сразу от двоих. К тому времени нас уже не было больше. И, сказать честно, я уже стал готовиться к скорой встрече с Ледом, ну, и заодно с его ахалами, у которых на меня наверняка слюнки текли, но сам Хасат со мной туда явно не собирался. Тут ка-а-а-к бахнет, и под теми железнозадыми, что нам в правый фланг зашли, тут же скала провалилась. Вся тысяча, вместе с лошадьми, должно быть, до самого Леда долетела. Наших, конечно, тоже прилично попадало, но все же меньше, намного. Тогда нас опять стало вдвое больше, а рыцари-то уже были потрепанные, так что, с грехом пополам, перековыряли мы их скорлупки в итоге. Правда, в следующем бою уже они нас тонким слоем на щит намазывали…»
О самих магах Ирвин отзывался далеко не так лестно, как об их способностях.
«Инары — это твари, с одной стороны — чрезвычайно полезные, а с другой — до крайности эгоистичные и лживые. Если рядом с тобой на поле боя есть толковый маг, то твои шансы на выживание автоматически повышаются. Инар может прикрыть тебя от стрел, проделать брешь во вражеской линии, защитить от магов противника, а если ты достаточно важная фигура, то и от ран исцелить, пусть даже Лед уже будет держать тебя за руку. Но все это только до тех пор, пока сам инар в безопасности. Когда начинает припекать, они бегут первыми, причем нередко по трупам своих же солдат…