Казтабан
Шрифт:
Вскоре самолёт приземлился. Из окна такси, везущего меня из аэропорта, я любовался детально сработанными миниатюрами природных достопримечательностей Мангышлака, расположенными по обе стороны от дороги.
Актау меня поразил. Я, конечно, знал, что город стоит на берегу Каспия, но даже представить себе не мог, насколько радостно и удивительно постоянно видеть море на горизонте. Был выходной, стояла настоящая летняя жара, и некоторые горожане купались, сделав перерыв в и без того приятных развлечениях: катании на велосипедах, пробежке по набережной, спортивных играх и посиделках в кафе. Я по-доброму позавидовал такому ритму жизни. Мне рассказывали, что самый хороший пляж находится в южной части побережья, но на купание уже не оставалось времени.
В назначенный час я встретился с командой экспедиции, получил машину, и мы отправились в путь. Город быстро закончился, и раззадоренный возросшей на трассе скоростью ветер весело забил по окнам. Первой точкой на маршруте была отмечена впадина Карагие, одна из самых глубоких во всём СНГ. Хорошая асфальтированная дорога приобрела ощутимый уклон, и впереди показалась большая сухая глинистая чаша, наполненная разве что мутной воздушной взвесью. Сидящий рядом со мной на пассажирском сиденье пожилой фотограф рассказал, что, по мнению метеорологов, в жару над впадиной собираются испарения, которые превращаются в большие дождевые облака. С чинка32, на который мы поднялись через некоторое время, открылось ещё более обширное пустынное пространство. Подстраиваясь под общий ритм, я сделал несколько кадров, стараясь, чтобы в объектив не попадали девушки, участвующие в экспедиции и позирующие теперь своим смартфонам на фоне обрыва.
На ночёвку мы остановились у Карынжарыка – другой впадины, совсем не похожей на предыдущую. Внизу лежал белый сор33 Кендерли, представляющий собой природное зеркало из солевой корки и дождевой воды. Покрытая ломаными трещинами поверхность рассеивала и отражала мягкое вечернее солнце, вызывая эффект свечения. Прямо посередине сора возвышались три приземистые горы, походящие на маленькие вулканы. Ещё несколько небольших выступов были разбросаны ближе к его краям.
Одна машина собиралась на следующий день вернуться в Актау: особенности совместной поездки с малознакомыми людьми, необходимость распределения обязанностей по лагерю и другие дорожные мелочи не всем оказались по зубам. Я, если честно, подумывал отправиться с ними. Ребята в этой экспедиции собрались неплохие – по большей части весёлые и стойкие молодые люди, преимущественно из западных регионов Казахстана. Но мне совсем иначе представлялась экспедиция в дикий край. Навеянный детскими книжками образ суровых исследователей, днём упорно выполняющих свою работу и только по вечерам ведущих неспешные беседы у костра, рухнул в первый же день. Я не привык к постоянному общению, уставал от необходимости реагировать на разговоры и обсуждать бесконечные, возникающие одна за другой, дорожные темы. Мне почти не удавалось побыть наедине с природой, и я просто-напросто не успевал рассмотреть всё, что мне было интересно: машины двигались по строго утверждённому маршруту.
Конец ознакомительного фрагмента.