Чтение онлайн

— С драконом, которого вы так боялись, мне удалось достичь договорённостей. И по этим договорённостям я должен выступать на его стороне в любой схватке с местными, если они нападут первыми. И драться я буду, не сдерживаясь. То же самое должен делать и дракон, в чём вы уже успели убедиться. Вы просто помешали дракону разобраться с теми людьми из «Капли». Хотя в итоге именно дракон, поставил точку в этом сражении.

— Парень, ты не знаешь, кто такая Уроборос. Боюсь, что она ещё обязательно вернётся. На моей памяти её уничтожали уже несколько раз. Буквально превращали тело в ничто, расщепляли на атомы, но всё равно этой твари удавалось возвращаться из мёртвых. И она становилась только сильнее, — произнёс Алексей Александрович.

Я не сомневался, что он говорил правду. Вот только на этот раз всё совершенно иначе. Души, заключённые в теле Уробороса, покинули Землю. Теперь она точно не сможет возродиться. Говорить об этом ранкеру я не стал. Пускай думает что хочет. Это его дело.

— Значит, мы будем убивать её столько раз, сколько потребуется. И вас это совершенно не касается. Ассоциация ещё обязательно ответит перед корпусом за ваше самоуправство.

Я говорил про Зайцева и его пленение Мерлином. Тихушника так и бросили одного в эпицентре. Сидеть в клетке, созданной общими усилиями Мерлина и Морганы. Когда я его освобождал, то услышал много всего интересного и Четвёрке Авалона. Досталось даже Денисову, который решил научить Антона Евгеньевича своим тайнам. Но это вполне нормально, когда ученики недовольны учителями.

А вот то, что он всерьёз собрался бросить вызов своим обидчикам, было глупо. По крайней мере, сейчас. С нынешним уровнем силы он им не противник. Мне даже пришлось пригрозить тихушнику, чтобы он и не думал мстить. Пускай этим теперь занимается Петька, или Батя, когда вернётся из своего Австралийского турне.

С ранкерами мы разговаривали недолго. Смысла в этих разговорах я не видел. Всё равно они не изменят своего мнения. И не признают, что поступали правильно. Единственное, чего мне удалось добиться — это официального признания Лерны, одним из моих компаньонов. Со всеми вытекающими отсюда привилегиями.

Ни с кем, кроме меня, дракониха не общалась, считая это выше своего достоинства. Они сперва должны были заслужить это право. Как я уже говорил, все драконы невероятно тщеславные личности. Об их гордости можно слагать легенды. И здесь они были в своём праве. Праве сильного. Особенно Лерна.

Я никогда не встречал дракона сильнее её. Уверен, что никто в ордене не встречал дракона такого уровня.

Так вот, разговаривала дракониха только со мной. И как я понял, никто не понимал, о чём мы говорим. Лерна обучила своему языку только меня. Хотя и прекрасно понимала наш.

Оказавшись в Форпосте, мы сразу же направились к Данилычу. Необходимо было до конца исцелить Мала. А ещё скинуть у него немного трофеев. Всё же я считал себя должником кладовщика и хотел отблагодарить его. Даже несмотря на то, что по его словам, уже давно расплатился за чекан. Что ему предложить у меня было. Спасибо Боре.

На обратной дороге в форпост он выдал ещё одну партию переработанных материалов, добытых во дворце Йондо. А ещё выдавил из себя разноцветное духовное ядро. Как я понял, оно стало процессом переработки артефакта сожранного в магазине «У дядюшки Бориса».

Правда, сперва испугался, что хомяк всё же не сдержался и пустил в ход артефакт джиннов. Но после непродолжительной беседы, в которой говорил только я, смог понять, что артефакт находится в целости и сохранности. Сгоряча хомяк, даже плюнул в меня очередной фигурой. Вроде пешкой.

Было весьма больно, получить фигурой в лоб, но это сразу же сняло с него все подозрения.

А это духовное ядро оказалось намного лучше красного. Даже я впервые видел такое, чего говорить о местных. Даже не представляю, за сколько можно будет продать его. Но думаю, что сумма будет минимум с девятью нулями.

К тому времени, как мы добрались до Форпоста Кай полностью восстановился и я выпустил его из хранилища. Парень даже не понял, что его так приложило в эпицентре. Ну раз не понял, то и я не буду говорить, что это дело рук или лап драконихи. Понятия не имею, как это правильно сказать.

Придумывать, чем заняться Каю не было никакой необходимости. Он сам отлично справился с этой задачей, отправившись на поиски Варны.

Чёрный продолжал поглощать духа красного ядра. Я лишь мельком глянул на него, когда убирал произведённое Борей добро. А заодно проверил, как себя чувствуют джинны в пространственном кольце. Даже посмотрел, как работает их бутылка. Всё было в точности, как в сказках.

Потёр бутылку и из неё в ореоле голубоватой дымки, появились Ифрит и Марид. Немного поговорил с ними и узнал, что чувствуют они себя отлично. В пространственном кольце с ними ничего не случилось. И это было отлично. Как выяснилось, в бутылке они могли находиться вдали от подземелий гораздо дольше, чем за её пределами. Это значительно облегчало их рабство.

Теперь мне не придётся думать, где оставлять джиннов, пока я сам нахожусь в местах с минимальным количеством магической энергии. А это, практически любое место на земле, за исключением эпицентров и небольшого пространства рядом с открытыми подземельями.

Хотя вполне возможно, что они отлично будут чувствовать себя в Австралии. Раз этот континент захвачен монстрами, то магический фон на нём должен быть значительно выше, чем везде. Но туда я точно не собирался отправляться.

Когда возвращались в форпост, Денисов обмолвился о том, что на спасение Сахарова были брошены сильнейшие одарённые. Это могли быть только доминаторы. Все ранкеры и элитные игроки были задействованы в сдерживании эпицентров.

Поэтому можно не переживать и заниматься своими делами, пока не вернётся Иван Васильевич. А уже потом пообщаться с ним. Нужно узнать, что он задумал по поводу меня. Не зря же отдал приказ Петьке содействовать мне во всём. Но в любом случае всё это будет не раньше, чем вернётся Батя. А пока можно заняться своими делами.

Из-за посещения Шестого Форпоста у меня появилось сразу столько новой головной боли, что даже думать не хочется. Сперва Варна, которая оставалась в центре подготовки и усиленными темпами вникала в земные реалии. Вникала она под руководством Никаноровны, и это меня очень настораживало.

Варна и без того не отличалась терпимостью и тем более, какой-нибудь сдержанностью. Всегда говорила прямо, что она думает. А после общения с напарницей Данилыча она ещё и нахваталась крепких земных выражений, которые начала использовать совершенно беспорядочно. Пришлось мне сразу же прерывать её занятия с Никаноровной и думать, как решать возникшую проблему.