Чтение онлайн

— Не знаю еще.

— Мальчик. Красавчик будет.

— Как Генка? — спросила Лидуша.

— Как Генка. — Ксения думала о своем. Из больничной кухни потянуло запахом жареного мяса. И сразу захотелось плакать. Ну почему же так плохо-то, а?

— Ксюша, что с тобой? Что-то случилось?

— Нет-нет. Случилось, конечно. Но уже давно. Очень-очень давно. Четыре года назад. А может, и раньше…

…Потом она шла по улице и думала о том, что с сегодняшнего дня чувствует себя очень странно. Память упорно отсчитывала время так, что Ксения жила словно бы не вперед, а назад. Начиная с сегодняшнего сна, ее мучили только воспоминания. Она цеплялась за каждый день, который был во время того короткого счастья с бывшим мужем и до него. И каждый этот день хотелось пережить заново. Настолько сильным было желание вернуться в прошлое, что Ксения в итоге добралась и до собственного детства. Как же было хорошо-то! Пусть родители любили ее не так сильно, как старшего брата, пусть у нее не было таких дорогих игрушек, как у Жени, не было отличных оценок, не было теннисной ракетки и не было дачи в сосновом лесу. Но можно было летом на несколько дней поехать к подруге. К своей однокласснице Жене Князевой. Шесть мгновений маленького детского рая, раскладушка на террасе, в открытое окно заглядывают ветки сирени. А запах? Это не майская сирень, а поздняя, та, что цветет в начале июня. Цветки мохнатые, темно-бордовые. Господи, ну почему она решила, что «Саша» — это название одеколона? Ведь того мальчика тоже звали Сашей!

Следователь прав: она давно уже все поняла. Жаль только, что опоздала.

Из больницы Ксения поехала на фирму, где работал бывший муж. Почему-то ей захотелось увидеть ту женщину, из-за которой все так глупо вышло.

— Вы к кому? — спросил ее охранник.

— Насчет работы, — сказала Ксения привычный пароль. Все начальники не устают ждать супергероев, которые за маленькую зарплату будут совершать большие подвиги во имя чужого кармана, поэтому набор сотрудников не прекращают. А Ксения, видимо, выглядела неплохо, потому что охранник ее пропустил. Правда, пришлось посидеть на диване перед секретаршей, но Ксения со вчерашнего дня никуда не спешила. Наоборот. Наконец секретарша кивнула:

— Проходите.

На этот раз дама была в темно-синем брючном костюме, а не в светло-голубом. Но выглядела так же отлично.

— Опять вы? — удивилась она. — Что на этот раз?

— Его вчера убили.

— Как это? Его нет на работе, но… Вы серьезно?

— Скажите, где он был позавчера вечером?

— Подождите, подождите… — Дама кончиками пальцев тронула виски. Ксения внимательно следила за ее лицом. Очень крепкие нервы, но тем не менее ей жаль. У таких людей горе проявляется в сильной рассеянности. Они выглядят совершенно спокойными, но вдруг начинают отвечать невпопад.

— Он был с вами? — спросила Ксения, а в ответ получила:

— В дверь очень долго звонили.

Женщина тяжело встала, подошла к окну. По дороге споткнулась о ковер, но, обретя равновесие, еще сильнее выпрямила спину. Ксения ждала. И услышала повтор предыдущей фразы:

— Да, в дверь звонили.

— Почему же вы не открыли?

— Из-за вас. Ведь я его почти потеряла. Я недавно сказала вам очень глупую фразу: «Я вам его не отдам». Помните? Как-то неудобно отступать перед девчонкой. Я просто очень растерялась в тот момент.

Ксения удивилась. Эта женщина растерялась? Да она даже на мгновение не вышла из себя! Как и сейчас. Всякий может споткнуться о ковер.

— И я сама не поняла, как у меня это сорвалось с языка. Ведь он давно хотел меня бросить. Звонил Евгении, просил помочь с работой. Я знала. Мы до последнего момента поддерживали связь. И в этой истории с ее мальчиком… Впрочем, о чем это я? Ах да, об Андрее. Он хотел меня бросить. А что делает женщина, когда понимает, что мужчина собрался от нее уйти? Она пытается стать ему близким другом. Смешно, но что делать? В то утро, когда вы пришли, помните?

— Да, конечно.

— Я зашла к нему буквально за несколько минут до этого.

— Но он вышел ко мне в халате!

— Мы же долгое время были любовниками. Ему не было необходимости при моем появлении надевать галстук и пиджак. Если бы вы зашли в комнату…

— Нет! — Ксения испугалась.

— Вы еще очень молоды. Вам кажется, что впереди вечность. Поэтому можно оставить выяснение отношений на потом. И дать шанс другой женщине. Это щедрость, конечно. Но и… глупость. Простите.

— Ничего.

— А потом он просто испугался. Надо было брать на себя заботы о вас, а он так привык за последние годы, чтобы заботились о нем. Красавец, не правда ли? Жаль.

— Так позавчера…

— Да, мы были вместе. Если хотите, я выпросила это прощание. Ну, вы понимаете: свечи, романтическая музыка, мясо в духовке.

Ксению снова затошнило. Дуреха! Какая же дуреха! Она словно провалилась, пропустив несколько предложений.

— …нельзя. У меня дети, муж, няни. А у него квартира свободна. И я приехала заранее, со своими ключами. — Она грустно усмехнулась. — Как раз позавчера должна была их вернуть. Вернула. Перед этим мы поужинали. И, знаете, ничего и не было. Ну, вы меня понимаете. И я сама себе удивилась. Оказывается, и не это совсем было нужно. Не близость с ним. Он ведь, в сущности, был неплохим человеком. Любой бы на его месте поступил бы точно так же. Выбрать тот путь к успеху, который единственно тебе доступен. Ведь природа не дала ему ничего такого, кроме потрясающей внешности. И на него просто приятно было смотреть… Мне жаль, — добавила она.

— Так почему же все-таки вы не открыли?

— Чтобы у вас с ним все было хорошо. Ксения чуть не заплакала:

— Но я бы не пришла! Я бы никогда не пришла!

— Что, надо было в глазок посмотреть? А вам не кажется, что это выглядело бы очень смешно?

Конечно смешно: эти двое на цыпочках у двери. Респектабельная дама в возрасте под сорок и почти герой сериала. Со стаканом бренди в руке. Смешно!

— Сколько же было времени? — упавшим голосом спросила Ксения.

— Девушка, ну кто в такие минуты смотрит на часы?

— Да, конечно. Я понимаю.

— Ничего вы не понимаете! Вам сейчас кажется, что вы жизнь прожили, а у вас впереди еще две, три таких жизни. А я… А мне…

Она отвернулась к окну. Постояла так несколько минут, даже плечи не дрогнули. Ксения почему-то старалась не дышать. Надо было что-то сказать, но что? «Мне очень жаль»? Или: «К сожалению, мы друг друга не поняли», будь прокляты слова соболезнования, которые от долгого употребления стерлись, словно древние монеты! И никакого золота в них не осталось, так, разменная мелочь, которой швыряются не жалея. Ксения, словно в кошельке, порылась в памяти, но настоящего золота так и не нашла. Промолчала.

— Я, пожалуй, поеду сегодня домой пораньше. — Женщина отошла от окна, уже вполне собравшаяся с духом, доброжелательная и корректная, как и прежде. И добавила: — Прямо сейчас. Вас подвезти?

— Ой, да я не знаю даже. Неудобно, — замялась Ксения и подумала: «Я даже имени ее не знаю. Спросить неловко, тем более неловко пользоваться ее услугами».

— Пойдемте к машине. Нечего стесняться.

Они вместе вышли в приемную. Ксения никак не могла очнуться. Оказывается, она потеряла гораздо больше, чем могла предположить. И теперь обижаться надо только на себя и спрашивать с себя. Но толку-то?