Чтение онлайн

Вейнландец вновь пожал плечами и, сунув руку в спорран, [6] висевший у него на поясе, извлек оттуда кожаный бумажник. Вынув визитную карточку, он вручил ее Ноэлю.

— Благодарю вас, сэр. — Отвесив церемонный поклон, Ноэль удалился.

— Боже, что вы наделали! — в голосе Элис слышалось неподдельное волнение. — Ноэль же убьет вас, если только мне не удастся отговорить его от этой дуэли.

Дилан удивленно взглянул на нее, затем лицо его приняло решительное выражение.

— Мне не хотелось бы доставить такой очаровательной леди хотя бы малейшее беспокойство, и потому я вынужден просить вас не вмешиваться. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не причинить вреда вашему брату.

— Да ведь я именно о вас беспокоюсь, — с жаром отвечала она. — Ноэль уже убил одного человека и ранил еще троих, и я не хочу, чтобы на его руках была еще и ваша кровь только потому, что у вас такие странные фантазии.

— Жаль, что мои предостережения кажутся вам столь фантастичными.

— Но, простите, ваше утверждение, будто Военно-Морской флот ничего не сделает, чтобы помешать джогам переправиться через Ледовое море, было же просто абсурдным. Вы должны это признать.

— Видимо, мне следовало объясниться подробнее. Флот не в силах будет ничего предпринять из-за того, что в этом году начинается новый пятидесятилетний цикл.

— А что это за цикл? И что нам сулит его начало?

— Ледовое море полностью замерзнет, — объяснил Дилан. — Это как-то связано с солнечным излучением. Я слышал от друзей из Нордландии, что замерзание уже началось. Скоро море окажется полностью закрытым для плавания и могучие бронированные корабли нашего флота попросту не смогут войти в него. А когда лед станет достаточно крепким, чтобы выдержать конницу, всадникам понадобится лишь несколько часов, чтобы покрыть расстояние от Бэшема до Авалона. Говорят, ждать этого совсем недолго.

— Господи! Я же ничего этого не знала!

— Большинство людей не знает. Правда, правительство и ученые в курсе, но, похоже, они не придают этому особого значения.

— Но вы-то придаете? Вы думаете, что джоги двинутой, как только лед станет достаточно крепким?

— Я точно знаю, что они сделают это, милая леди, — серьезно ответил Дилан. — Потому я и пришел сюда сегодня. Увы, я потерпел неудачу с принцем Грегори, да еще к тому же был вызван на дуэль. Так что, пожалуй, мне пора пойти попытать счастья где-нибудь в другом месте.

— Вы никуда не пойдете, пока я не переговорю с братом, категорически заявила девушка и бросилась прочь так стремительно, что шлейф ее платья взметнулся в воздух.

Дилан повернулся и направился к выходу. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как попал в новую историю.

Одетый в щегольской сюртук долговязый юнец с выступающими вперед зубами встал прямо перед ним, приставил большие пальцы рук к ушам, скосил глаза и высунул язык.

— Берегись меня! Берегись меня! Я — джог! Я — джог! — заорал он, кривляясь.

Мощный удар Дилана отправил шутника прямо в кадку с высокой раскидистой пальмой. Еще одной дуэли, похоже, было не избежать.

Захлопнув за собой парадную дверь, Дилан окунулся в холод ноябрьской ночи. Пройдя вдоль фасада, он миновал длинную вереницу замерших экипажей с затесавшимся среди них единственным автомобилем. Все они ожидали других, более именитых гостей барона Леофрика. Он же пришел сюда пешком, и теперь, чтобы добраться до своего скромного жилища на улице Рыбных Торговцев, ему предстояло тем же способом проделать и обратный путь, если только удача не подбросит яму какой-нибудь запоздавший омнибус.

Свернув с залитого ярким электрическим светом Мэлбинского проспекта на более темную улицу, Дилан почувствовал смутную тревогу. Он находился теперь в старом части города, лишь скупо освещенной тускло мерцающими газовыми фонарями. Он, конечно, понимал, что ночные прогулки по столице не более опасны, чем в любом другом крупном городе, хотя утренние газеты и сообщали регулярно о происшедших минувшей ночью уличных ограблениях и драках, нередко с поножовщиной. Однако вовсе не страх перед заурядными бандитами не давал покоя Дилану. Высокий и сильный, он к тому же носил с собою крепкую трость, и пугали его не грабители. Но этот перехваченный им взгляд профессора Смоттла и хорошо известная Дилану беспощадность Бэшемской Компании — вот чего следовало опасаться. К тому же, беседуя с леди Элис, он краем глаза успел заметить, как профессор поспешно покинул дом барона.

Улицы в этот поздний час были почти безлюдными, и джентльмен в цилиндре и коротком пальто, из-под которого торчал килт, сразу же бросался в глаза. Если только профессор Смоттл послал по его следу людей Компании, им не составит большого труда настичь его прежде, чем он доберется до снимаемой им квартиры.

Пройдя всего лишь несколько кварталов, Дилан обнаружил за собой слежку. Причем, вопреки его ожиданиям, вместо пеших наемников за ним следовала запряженная серой лошадью повозка, которой правил некто, закутанный в плащ с надвинутым на глаза капюшоном.

Юркнув в ближайшую подворотню, Дилан повернулся и, слегка высунув голову, попытался более внимательно рассмотреть экипаж и его возницу. В ту же минуту человек, правивший лошадью, также остановил свою колымагу и спрыгнул на землю, словно для того, чтобы поправить упряжь. Насколько Дилан смог разглядеть при слабом уличном освещении, это был человек лет пятидесяти, с широкими плечами и забавными как у моржа усами. Да, похоже, в схватке он мог оказаться серьезным противником. Но не это обеспокоило Дилана; опасение у него вызвала, в первую очередь, сама повозка. Поверх нее был накинут брезент с закрепленными по бортам краями, при взгляде на который невольно возникала мысль, что он предназначен не для защиты от ночного холода, а для того, чтобы что-то скрывать.

Под этим брезентом вполне могли спрятаться несколько вооруженных головорезов, решил Дилан, так что, чем быстрее он доберется до дому, тем лучше. Претворяя свою мысль в действие, он поспешно двинулся дальше самым скорым шагом, на какой был способен, так что вскоре дыхание его участилось и килт стал хлопать по ногам.

Вновь услышав за собой цоканье копыт серой лошади, Дилан окончательно перестал сомневаться в том, что его преследуют. Но для какой цели все же предназначалась повозка? Может быть, его хотели вовсе не убить, а похитить и увезти спрятанным под брезентом? Уж не собирались ли они попытаться переправить его обратно в Кэшем на судне Компании?