Чтение онлайн

— Момент! — Официантка подскочила к стойке, и через секунду на столе стояла пепельница с изображением фасада кафе.

Девушка чиркнула спичкой, над столом затеплилось робкое пламя свечи. А еще через минуту перед Мицкевичем благоухал ароматный кофе. В отличие от других заведений Мюнхена кофе здесь был невероятно вкусен.

Однако Василию Васильевичу было не до кофе. Он ждал встречи с неизвестным, и потому все его мысли крутились вокруг предстоящей беседы.

Над дверью звякнул колокольчик: пришел новый посетитель.

Взглянув на него, Мицкевич узнал того благообразного господина, который жил в их отеле. Он был так же свеж и подтянут. На шее тонкий шелковый шарф, в зубах нераскуренная трубка. Мужчина оглядел кафе и, подойдя к стойке, о чем-то поговорил с кельнером. Купив упаковку табака и уже двинувшись к выходу, он неожиданно остановил свой взгляд на Мицкевиче.

— Доброе утро, — обратился он по-немецки. — У вас свободно?

Не дожидаясь ответа, сел и бросил фрейлейн:

— Кофе, пожалуйста.

Такая ситуация не входила в планы Мицкевича. Он задергался, не зная, как себя вести. Джентльмен как ни в чем не бывало вскрыл упаковку табака и стал набивать трубку в форме головы Мефистофеля.

— Простите, но… — Мицкевич перебирал в уме немецкие выражения.

— Не трудитесь. Я прекрасно говорю по-русски! — не поднимая от трубки глаз, бросил джентльмен.

Удивлению Мицкевича не было предела.

— Не ожидали? — господин был невероятно счастлив произведенным эффектом. Он затянулся ароматным дымом табака и удовлетворенно констатировал: — Не ожидали.

— Если говорить честно, то да!

— С нами надо говорить только честно. — Собеседник выпустил кольцо дыма.

— Интересно было бы знать, с кем «с нами»? — Мицкевич потихоньку приходил в себя.

— Ну… с нами, — господин обвел взглядом кафе. — С нормальными людьми.

— Вы считаете то, что вы сделали, нормальным?

— Пусть это останется нашей маленькой тайной… Тем более что именно об этом нам хотелось бы поговорить.

— А мне хотелось бы знать, с кем я имею дело. Ненавижу анонимных собеседников.

— Можете звать меня Федор Иванович… Как Шаляпина. Или Иван Федорович. Или просто Федор. Здесь отчества не в чести.

— Вы русский?

— Здесь все русские. Даже евреи, прибывающие из СССР, или как там у вас… СНГ, — тоже русские. Я же русский без каких-либо оговорок.

— Да, честно говоря, я не ожидал такого поворота… — Мицкевич пригубил кофе.

— Какого именно?

— Монстр в обличье…

— Не люблю ярлыков, — поморщившись, перебил Мицкевича Федор Иванович. — Они мне напоминают об уходящей коммунистической эре… И не способствуют взаимопониманию.

— Я не думаю, что в данном случае…

— В данном, подчеркиваю, в данном случае оно необходимо как никогда.

— Вы, надеюсь, пригласили меня не для светской беседы? Помимо имени, мне хотелось бы знать, кого вы представляете? Ну, и конечно, что вы хотите. — Мицкевич решил перевести разговор в конструктивное русло. — В конце концов, я имею право знать, что происходит.

— Видите ли, мне нравится ваше стремление сразу решить все вопросы, но у нас будет для этого время. — Шаляпин выбил трубку о пепельницу.

— Идиот! Если он еще раз стукнет по микрофону, я разобью его белогвардейскую харю. — Крепкий парень в автобусе «Фольксваген», припаркованном напротив кафе, сорвал наушники.

— Для начала, дабы снизить вашу агрессивность, сообщу, что Екатерина Васильевна чувствует себя отменно. Никаких оснований беспокоиться о ее безопасности и здоровье у вас нет.

— Спасибо на добром слове, — съехидничал Мицкевич.

— Пожалуйста. Во-вторых, отвечая на ваш вопрос, кого я представляю, хотел бы заметить, что я представляю некие деловые круги, заинтересованные в сотрудничестве с Россией.

— Круто! — опять съехидничал Мицкевич.

— Не ерничайте. Это вполне серьезно, а потому мне не хотелось бы, чтобы наша беседа шла в таком тоне. Вы умный человек и быстро поймете взаимную выгоду…

— От чего?

— Извините, но мне кажется, с вами очень хорошо было бы есть дерьмо: вы постоянно забегаете вперед…

— А мне кажется, что я уже два дня это делаю. Сегодня особенно успешно, — Мицкевич передернулся.

— Так вот, о взаимной выгоде. В настоящее время круги, которые я представляю, крайне заинтересованы в сотрудничестве с вашей фирмой «Рецитал»… Кстати, почему она так называется, ведь это по-латыни — что-то вроде чтения вслух?

— Так хочется. Поехали дальше.

— Поехали…

Федор Иванович показал хорошую осведомленность о деятельности фирмы, ее направлениях, перспективах. В деталях изложил позиции подписанного договора с Шварбахом. Но самым поразительным было то, что круги, которые представлял Шаляпин, довольно подробно знали о разработках «Рецитала», основанных на технологиях ВПК. Знали в тонкостях!

— Сегодня мы понимаем, что дальнейшее развитие вашей фирмы может быть сопряжено с серьезными осложнениями.

— Какого же характера? — уточнил Мицкевич.

— Разного… Не сегодня-завтра к вам явятся крутые мальчики и обложат вашу фирму данью. Не сегодня-завтра такие же мальчики обложат данью ваш филиал в Германии, что в конечном итоге приведет к краху.

— Зачем вы убили моего коллегу и моего водителя? Неужели вы думаете, что подобные действия будут способствовать нашему взаимопониманию? А что если сейчас я, не обращая внимания на ваш возраст и седины, скручу вас в бараний рог и передам полиции? Насколько я понимаю, шантаж, похищение людей караются и по законам Германии?