Чтение онлайн

Радиостанция «Свобода/Свободная Европа» из врага стала другом.

Но я не об этом. Сегодня Запад наводнен вашими людьми. Нет, не агентами КГБ, а эмигрантами, многие из которых не так чисты, как хотелось бы. Много проходимцев, жуликов, вороватых коммерсантов. Все сильнее влияние русской мафии. Открывший границы Горбачев оказал Западу медвежью услугу. Сюда рванули все кому не лень. Но если при коммунистах сюда направляли людей проверенных и честных (насколько я знаю, людей с судимостью на Запад раньше не пускали), сейчас здесь много всякого сброда. Сброда с черными мыслями.

Короче, я попал с корабля на бал. Покинув РС/СЕ, я познакомился с людьми, мягко говоря, не очень чистыми. Это новые русские, которые прибыли в Германию для организации своего дела. Увы, местных особенностей они не знают, но желание легких денег невероятно велико.

Волей судьбы я оказался среди таких. Список их на дискете, условия получения которой будут оговорены в конце письма. Мозговым трестом является некто Кувалда, проживающий в Турции. Не буду останавливаться на нем подробно, потом поймете почему. Я его не видел, но влияние ощущал очень хорошо.

Их задача — проникнуть сначала в коммерческие российские структуры, затем государственные, подмять их под себя, после чего осуществлять через эти структуры самые различные незаконные сделки. В первую очередь, в области оборонных технологий, контрабандного экспорта природных ресурсов, редкоземельных элементов и пр. Я сам себе задавал вопрос: почему бы им не открыть собственные фирмы, ведь сейчас это вполне реально? Почему не использовать своих людей? Ответ, кажется, один: нужны фирмы, имеющие репутацию, лидеры которых вхожи в указанные сферы, правительство, органы власти. Своих людей внедрять долго, да и риск велик, не говоря о тратах. Куда проще найти готовый вариант.

Мои хозяева такой вариант нашли. Некоторое время назад в Германии был подписан крупный контракт между российской фирмой «Рецитал» и немецкой фирмой «Шварбах». Мои хозяева давно изучали возможность «приобщиться» к этому проекту. Причин несколько. 1. В фирме «Шварбах» уже имеются наши люди. 2. «Рецитал» — фирма, созданная представителями ВПК, так или иначе имеющими и сегодня доступ к технологиям, информации о продаже оружия и прочим вещам. которые всегда ценились во всем мире. Войти туда — значит обеспечить себе неплохой доход. Насколько мне известно, фирма имеет солидную репутацию, а ее руководитель вхож во многие сферы и способен решать вопросы лицензирования и квотирования различных материалов. Известно мне и то, что уже имеется один крупный запрос на получение из России какого-то нового химического вещества, которое там не нужно, а здесь имеет и цену и спрос.

Хозяева долго думали над тем, как это сделать. Помог случай. В день вылета шефа «Рецитала» — Мицкевича — и его любовницы-секретарши из Москвы неизвестными был убит его сотрудник по фамилии Энгельсгард. Смерть Энгельсгарда решили разыграть в качестве козырной карты с целью запугивания и шантажа. Это было не опасно, потому что к этой смерти мы никакого отношения не имели. Для большей важности было решено похитить секретаршу Мицкевича, а потом увязать наши условия с ее безопасностью.

Признаюсь, что все прошло исключительно хорошо. Я был в качестве парламентера и ставил условия. Остается, правда, некоторая загадка с похищением секретарши, но мне так и не удалось разгадать ее. Лично у меня была очень маленькая, но ответственная роль. Я сыграл ее с блеском. Теперь, как Вы понимаете, мне уже все равно, и поэтому я хочу Вас предупредить, что все, что произошло в Мюнхене, может иметь самые серьезные последствия. Займитесь этим делом.

Не уверен, что после всего, что стало мне известно, моя судьба останется без изменений. И потому пишу это письмо. Как человек опытный, я не посылаю Вам в конверте иных материалов. Но дополнительно Вы получите дискету с фамилиями всех, кого я знаю, а также магнитную пленку с записью моей беседы с Мицкевичем. Такая же пленка есть у моих хозяев — они записывали беседу на магнитофон. Думаю, она им нужна для последующего шантажа, если что-то не будет складываться или Мицкевич проявит упрямство. Я же писал на свой собственный диктофон… как Вы учили. Может, эти материалы помогут Вам.

Для того чтобы их получить, Вы должны позвонить по телефону, прибавив или отняв от Вашего городского номера следующие цифры: +1, +1, -3, 0, +5, 0, +6.

Женщине, которая снимет трубку, скажете, что Вы ждете посылку от… — назовете мой оперативный псевдоним. Вам скажут место получения дискеты и кассеты.

Прощайте!

Иван Федорович».

Офицер приемной перечитал письмо еще раз. Чуть подумав, он поставил в углу штамп с номером, занес номер в журнал и, приколов к письму бланк с надписью «Особый контроль», положил в папку для срочного доклада.

То, что осталось от машины Горюнова, восстановлению не подлежало. Сам он был почти восстановлен. И хотя Дед утверждал, что голова болеть не может, потому что это кость, и нельзя сотрясти то, чего нет, сотрясение мозга он получил. Лежащий поперек комнаты костыль свидетельствовал, что у него плохо не только с головой, но и с ногами. Во всяком случае, левая покоилась в минометной трубе гипса и была увенчана огромной резиновой галошей. От госпитализации Дед напрочь отказался и теперь донимал сослуживцев просьбами довезти до конторы. Зеленый добровольно избрал роль верного оруженосца, готового таскать колосса на гипсовых ногах на собственном горбу. Пока помощник сдавал «хвосты» в академии, Дед коротал время у Адмирала. Два заплывших от кровоизлияния глаза грустно смотрели на мир.

Адмирал, насколько мог, пытался воспроизвести арию безногого инвалида, собирающего милостыню в поездах.

— Слушай, Дед, самое время. Чего здесь зря сидеть? Давай до поезда подбросим и… Петь умеешь?

Дед улыбнулся.

— То, что в этой конторе жалеть не умеют, я знал, но чтобы настолько… — он покачал своей сотрясенной головой. — Где Соколов?

— На совещании в центре, — Адмирал запустил компьютер. — Наша папочка оказалась, как дело Корейко, — золотой!

— Из РУОПа не звонили?

— Им сейчас не до нас. Сплошные реализации.

— Что с Чифановым?

— А? Дуршлаг. И четверо его тоже. Двое в реанимации. А ты чего сюда каждый день хромаешь? Лежал бы себе дома. А еще лучше в госпитале… Вон Рысь — дырку заклеили, так он медсестрам прохода не дает. Который раз уже звонили, просили унять.

— Молодой-зеленый!

Вялотекущую беседу прервал вернувшийся Олег.