Чтение онлайн

Крики гнева раздались со всех сторон.

Майлс протянул свою руку, и сопровождавший его оруженосец вернул ему шлем. Посол, не обращая внимания на возмущённых чиновников, поместил шлем на свою согнутую в локте левую руку. Оруженосец, тут же поправил его длинный отороченный мехом плащ.

– Я покидаю Корцирус, - гордо объявил он.
– Когда я возвращусь, за моей спиной будет стоять армия.

– Вы оскорбили нашу Татрикс, - прорычал Лигуриус.

– Ваша Татрикс, - криво усмехнулся Майлс, - пусть сидит в клетке. В золотой клетке.

Снова вокруг меня раздались крики гнева и угрозы в его адрес. Честно говоря, я до конца не поняла природу этого оскорбления, и значение упоминания золотой клетки.

– Сейчас, - сказал Майлс, сунув пальцы в кошель на своём поясе, - раз уж Вы граждане Корцируса столь стремитесь к серебру Аргентума, - то я дам Вам немного.

Он достал монету из кошеля и продемонстрировал окружающим, держу её двумя пальцами.

– Это - серебряный тарск Аргентума, - объяснил он, и швырнул его подножию возвышения.
– Я даю его Вам. Такова цена Вашей Татрикс, во столько я оценил её. Уверен, что она смогла бы принести бы именно эту цену, будучи проданной на невольничьем рынке как рабыня.

Сверкнули клинки, вылетевшие из ножен. Я заметила, как Дразус Рэнциус придержал одного мужчину уже бросившегося на Майлса из Аргентума. Небольшая свита посла, также, изготовилась к бою, и с обнажёнными мечами окружила своего генерала.

– Разденьте его, и прикуйте цепью к рабскому кольцу Татрикс, -крикнул один из мужчин.

Я даже вздрогнула от подобной перспективы. Я была бы просто в ужасе, если бы такой мужчина оказался прикован цепью к моей кровати. О чём они думают, это же всё равно, что держать рядом с собой льва.

Я также не могла не отметить, что конечно, будет более подобающем женщинам, с их мягкостью и красотой, с их предрасположенностью к тому чтобы подчиняться и любить, не сдерживаясь, полностью, не забирая ничего, и отдавая всё, не требуя ничего взамен у властвующего над ними мужчины, их Господина, оказаться прикованными цепью к рабскому кольцу. По-своему, это будет прекрасный символ её природы и потребностей. А с другой стороны, отбросив в сторону все соображения символизма, нужно отметить, что цепь довольно реальна. Они действительно приковывают женщин цепью к кольцам у своих кроватей.

Майлс развернулся и, сопровождаемый свитой, покинул тронный зал.

Люди, толпившиеся вокруг трона, по крайней мере, большинство из них, начали расходиться, стараясь сделать это как можно незаметнее.

– Как Вы думаете, нас ждут неприятности? – взволнованно, спросила я Лигуриуса.

– Нет, - отмахнулся он. – В Аргентуме, хорошенько поразмышляв, наверняка решат, что лучше удержаться от опрометчивого решения. Клавдий далеко не идиот, и он знает, что за нашей спиной стоит мощь и авторитет Коса.

– Посол, Майлс, генерал Аргентума, - заметила я, - показался мне очень уверенным в себе.

– Он ещё молодой - горячая голова, - отмахнулся Лигуриус. – Можете не волноваться, со временем, когда факты будут оценены более объективно, возобладает холодная мудрость и трезвый расчёт.

– Я бы не хотела, чтобы у нас возникли проблемы, - призналась я.

– Не волнуйтесь об этом, оно не стоит Вашего внимания, - постарался успокоить меня Лигуриус.
– Выкиньте подобные вопросы из своей головы. Уверяю Вас, что не будет никакой проблемы вообще. Даю Вам своё слово.

– Вы успокоили меня, - улыбнулась я.
– Я обнадёжена Вашем словом.

– Что Вы думаете о Майлсе из Аргентума? – неожиданно спросил меня Лигуриус.

– Он показался очень сильным, и привлекательным, - подумав, признала я.

– Понятно, - улыбнулся Лигуриус, и, встрепенувшись, добавил, -Кстати, не хотели бы Вы, чтобы я для Вас наказал Сьюзан плетью?

– За что? – удивилась я.

Из-за трона послышалось негромкое звяканье цепи. Сьюзан, отпрянула, и сжалась около трона, кажется ещё сильнее, чем под взглядом Майлса.

– Конечно же, Вы видели, - засмеялся Лигуриус. – То что произошло с ней, когда она почувствовала, что находился под пристальным взглядом этого слина из Аргентума. Кажется, она даже закапала пол под собой от его взгляда! Простите меня, Леди. Я не хотел оскорбить Вашу чувствительность.

– Она – всего лишь рабыня, - сказал я, пренебрежительно.

Я же не могла признаться Лигуриусу, что, также как и Сьюзан, почувствовала дикое возбуждение в присутствии посла из Аргентума.

– Верно, - рассмеялся Лигуриус. – Однако сейчас я должен Вас оставить, дела. Дразус Рэнциус проводит Вас до Ваших покоев.

Я кивнула, разрешая Лигуриусу уйти.

– Спасибо, Госпожа, - сказала мне Сьюзан, стоявшая на коленях слева от трона, - Спасибо, за то, что не стали наказывать меня.

– Это правда, - обратилась я к ней, - что Ты, испытала чувства сексуального характера перед Майлсом из Аргентума?

– Я ничего не могу поделать с собой, Госпожа, - прошептала она.
– Перед таким мужчиной у меня начинают выделяться масла покорности.

– Масла покорности? – удивлённо переспросила я.

– Да, Госпожа, - кивнула Сьюзан, густо покраснев.

– Никогда не слышала, чтобы это, так назвали, - заметила я.

– Это – наиболее точное определение, по крайней мере, для рабыни, -ответила девушка.

– О-о-о, - протянула я.

– Не желает ли Леди Шейла, вернуться в свои апартаменты? – напомнил о своём присутствии Дразус Рэнциус.

– А что будет с богатствами, разбросанными здесь?
– поинтересовалась я, - как насчёт Сьюзан и других рабынь, прикованных цепями в зале?

– Вскоре здесь появятся писцы из казначейства, - пояснил он, - они соберут и пересчитают монеты и ткани. Дворцовый надсмотрщик придёт позже, чтобы расковать и приставить этих девок к исполнению их более привычных обязанностей.