Кейл
Шрифт:
– Райли, – кричит моя мама с первого этажа. – Тайлер здесь. Ты готова?
Вздохнув, я беру сумочку и надеваю лямку на плечо, прежде чем спуститься вниз. Я смотрю вниз на маму и пожимаю плечами.
– Да, наверно. Просто хочу поскорее покончить с этим ужином.
Мама смотрит на меня с беспокойством, пока я медленно спускаюсь вниз и прохожу мимо нее, не проронив больше ни слова. Просто столько всего сейчас происходит в моем мозгу, что я не могу здраво мыслить.
Я иду на свидание с Тайлером, пока Кейл в Аллее Позора раздевается для толпы похотливых женщин. Он мог бы иметь любую из них. Зачем ему ждать меня... снова?
– Ты в порядке? – спрашивает папа, вырывая меня из размышлений.
Я смотрю на него и улыбаюсь.
– В порядке. Все хорошо. Просто устала. – Не совсем так, но... – Скоро буду. Не хочу задерживаться допоздна.
– Хорошо, дорогая, – говорит мама мне вслед, когда я выхожу за дверь. – Я подожду тебя. Кажется, нам много о чем будет поговорить, когда ты вернешься.
Я бросаю на нее взгляд через плечо.
– Посмотрим.
Когда я открываю дверь-сетку, я вижу Тайлера, облокотившегося на арендованную машину. Он слишком занят своим телефоном, чтобы заметить меня. Наверное, это и к лучшему, так как сейчас мне очень сложно скрыть разочарование от того, что мне приходится делать сегодня. Хватит одного взгляда на мое лицо, чтобы понять это.
Я задерживаюсь на секунду, собираясь с мыслями, прежде чем подойти к нему и прочистить горло.
Тайлер поднимает взгляд от телефона и быстро прячет его в карман, предоставляя мне все свое внимание.
– Ты выглядишь очень хорошо, – говорит он, улыбаясь. Он протягивает руку к краю моей любимой рубашки и ощупывает ее. – Я соскучился по виду этой старой вещи.
Я улыбаюсь немного, благодарная за его комплимент, прежде чем немного отстраниться.
– Спасибо.
Мы оба стоим в неловком молчании, пока Тайлер не достает ключи и звенит ними.
– Думаю, нам стоит ехать. Обсудим ресторан по пути. Согласна?
Я киваю и тянусь к ручке дверцы.
– Звучит, как план.
Как только за мной закрывается дверь, сердце начинает бешеной колотиться от понимания, что это не пикап Кейла. Это машина другого мужчины. Моего бывшего, если быть точной; мужчины, рядом с которым я спала два года. Кажется таким неправильным быть с ним здесь, и каждая клеточка моего тела говорит мне об этом.
Я сижу в напряженной позе, потерянная в мыслях, когда Тайлер запрыгивает внутрь и захлопывает дверцу. Без какого-либо предупреждения, он берет меня за руку, перетягивая ее к себе на колени, как всегда делал это раньше.
Мой первый рефлекс – убрать ее от него. Это неправильно. Не так, как было.
– Нет, – говорю я мягко. – Мы больше не пара, Тайлер. Пожалуйста, без прикосновений.
На его лице отображается боль, но он лишь кивает, соглашаясь.
– Разумеется. Прости. Просто с тобой так естественно. Не хочу сделать что-либо, что вызовет у тебя дискомфорт. Больше никаких прикосновений, если только ты не попросишь.
Чувство облегчения пронзает меня от понимания, что он осознает границы этого ужина. Мысли о нём, касающемся меня или пытающемся поцеловать, поедали меня с того самого момента, как я согласилась на этот ужин с ним. Мне больше не нужно ничего, что заставило бы меня чувствовать себя ещё более виноватой и запутанной, чем я уже есть.
– Знаю, где мы можем поесть. – Я выпрямляюсь и указываю налево чуть дальше по дороге. – Я не была там с детства.
Тайлер смотрит на то место, на которое я указываю, и перестраивается влево.
– Согласен.
Единственная причина, по которой я не приходила сюда с детства, это потому что Кейл ненавидит это место. Произошел неприятный опыт с одним придурком, сильно обидевшим меня, и Кейл решил, что никогда больше не хочет возвращаться сюда. Это место напоминает ему о том инциденте и вызывает желание ударить что-то.
Лучше я приведу Тайлера сюда, чем в место, куда мы с удовольствием ходим с Кейлом. Это немного улучшает мое самочувствие по поводу всего происходящего.
Мы больше ничего не говорим, пока заходим внутрь и ищем пустую кабинку, куда можно было бы сесть. Официантка кивает нам, увидев, что мы заняли место, так что мы просто берем меню со стола и просматриваем варианты, ожидая ее.
Спустя несколько минут Тайлер опускает меню и пронзительно смотрит на меня. Я чувствую на себе его взгляд, отвлекающий от перечня блюд.
– Просто скажи это, Тайлер... Ты знаешь, как я не люблю, когда ты просто пялишься на меня так.
Я кладу меню на стол и поднимаю взгляд на него. Он, молча, изучает мое лицо, а потом произносит:
– Как ты могла так поступить?
Мы оба отвлекаемся на подошедшую официантку, готовую принять наш заказ. Мы быстро делаем его, она записывает и исчезает, оставляя нас наедине, что ведет к неловкой беседе.
– Что? – переспрашиваю я, чувствуя себя некомфортно. – Ты о чем?
Выражение его лица меняется и внезапно он злится.
– Заняться сексом с этим Кейлом.
Я резко хватаю воздух и прикусываю язык. Мне не нравится такой вопрос от него, а выражение его лица вызывает желание дать ему пощечину.
– Почему ты меня спрашиваешь об этом? – Я замолкаю и улыбаюсь официантке, принесшей напитки, затем жду пока она уйдет, прежде чем продолжить. – Не думаю, что это подходящая для нас тема разговора, Тайлер.
Он берет свою чашку и делает большой, отчаянный глоток.
– Ох... это определенно то, о чем нам стоит поговорить, а твой ответ только подтверждает мои подозрения. Почему ты спала с ним? Мы были вместе два года; два года, Райли, но ты не позволяла мне заняться с тобой любовью. Здесь же ты была меньше трех недель и уже решила пустить этого неудачника в свою кровать.
Я ударяю по столу и наклоняюсь ближе к его лицу, позволяя ему увидеть злость в моих глазах.
– Никогда снова не хочу слышать, что ты называешь Кейла неудачником. – Я сжимаю челюсть, пытаясь удержаться от крика. – Кейл был в моей жизни намного дольше, чем ты, и он всегда был рядом. Ты его даже не знаешь, так что не смей судить его.
Беседа снова прервалась, когда перед нами поставили тарелки. Я сейчас такая злая, что почти продолжила высказывать, несмотря на то, что кто-то посторонний слушает нашу беседу. Никому не позволено говорить гадости о Кейле, не получив при этом выговор от меня. Этот мужчина был всем для меня, сколько я себя помню.