Чтение онлайн

«Скоро, очень скоро, ты сможешь сжать меня в своих ледяных объятиях», с тоской пронеслось у него в голове.

Гомон голосов и подозрительный шум с трудом вырвал Ребекку из кошмара. Она, пошатываясь, поднялась с постели, не осознавая, где находится и что происходит. Ее лицо было мокрое от слез. Волосы всклокочены, и среди длинных золотых локонов, тонкой лентой, серебрилась белоснежная прядь - Прикосновение Смерти.

Воспоминания лениво складывались в общую картину. Последнее, что ей удалось выудить из череды сновидений, был образ скалистого берега и силуэт Дероды. Златовласка осторожно дотронулась до ключицы. Там, где капля крови с клинка обожгла ей кожу, образовалось темное родимое пятно. Метка Темноликой. Собирательница душ дважды клеймила ее.

Гул голосов становился все явственней. Казалось, все обитатели Дубков высыпали на улицу, громко обсуждая какой-то инцидент. Пока девчушка спала, что-то случилось! Неровной походкой Ребекка подошла к окну и выглянула наружу.

На фоне сгустившихся сумерек, в конце села, рубиновыми отблесками возносились к небу безжалостные и острые языки пожара. Горел дом Беллы! Травница еще ночью покинула деревню, отправившись на восток в сторону леса Серых лисиц. Ее жизнь была вне опасности. Но то, что пылала ее хижина, было недобрым знаком. Вряд ли старушка в спешке забыла потушить лучину, и она стала причиной возгорания. Кто-то, намерено поджег дом!

Народ кричал, перешептывался, бежал, стоял, но нигде не было видно сельчан с ведрами. Никто не стремился к Зарнице, дабы набрать воды и потушить огонь. Неужели пожар так разошелся, что попытки погасить его, были тщетны?

Шум усиливался, а в доме Лангренов поселилась тишина. Девочка напрягла слух. Отец и братья, либо еще не вернулись, либо побежали поглядеть, что стряслось. Но будь последнее правдой, они бы наверняка разбудили Ребекку. Златовласка ощутила, как в ее сердце гремучей змеей заползает зловещее предчувствие.

Она тяжело вздохнула, поправила, помявшееся от сна платье, и вышла за порог спальни. Ребекка должна была отыскать Артура и близнецов, а заодно разузнать, что произошло с хижиной Беллы.

Темная Дубрава словно обезумила. Шквалистый ветер рвал багряные листья с колышущихся крон, ломал сучья деревьев и поднимал вихри сухой травы да пыли. Плотная вечерняя мгла ухудшала видимость. Казалось буря, пронесшаяся месяц назад по лесу, вновь решила навестить старого знакомого. К проискам стихии присоединились лоскутки черного дыма и запах гари.

– Чудесная погодка, - проворчал мрачный эльф, торопливо следуя за Таборой, которая, не обращая внимания, ни на разбушевавшуюся природу, ни на признаки близкого пожара, целеустремленно шла по дебрям, опираясь на посох.

Напарники были облачены в длинные накидки с надвинутыми на лоб капюшонами. Маскировка от мендарвцев невесть какая, но все же лучше, чем предстать во всей красе перед толпой безумных людишек, охваченных жаждой растерзать первого попавшегося нелюдя.

– Идеальная погода, как раз для того, что бы проникнуть в дом Лангренов, - не сбавляя шаг, промолвила демонесса, принюхиваясь. Она надеялась, что запах свежего пепла пришел издалека, а не кто-то поблизости удумал развести костер. Встреча с незнакомцами в Дубраве, в данный момент, была бы крайне нежелательной.

– Ты уверена, что мы управимся до того, как мужичок с парнишками вернется?
– в голосе коротышки послышалось сомнение.

Табора коварно улыбнулась, но шаг не сбавила.

– В такое ненастье, они еще долго будут плутать по лесу. У нас будет достаточно времени, чтобы перевернуть бывшую обитель Тары, вверх дном.

– А девчонка? Если она окажется в хижине? Что тогда делать будем?

На этот раз демоница остановилась и, оскалившись, глянула на толстяка.

– Ты думаешь, мы вдвоем не справимся с маленькой и пугливой деревенщиной? Даже, если пигалица дочь дриады, она нам не помеха.

– Надеюсь, ты не намерена ее убить?
– поинтересовался осторожно эльф. Споткнувшись, он чуть не налетел на коллегу, которую крайне трудно было разглядеть в творящемся хаосе.

– Зачем мне руки марать о выродка сестры леса? Придет время, и храмовники сами с ней разберутся, - девица вновь зашагала, куда-то в темноту, ловко перескакивая валежник и обходя корни деревьев. Зрение демонов незаменимая штука, если Тень накрывает окрестности.

Науро спешно засеменил за ней. Когда они окажутся в Дубках, ему придется изловчиться и как-то отвлечь демонессу от златовласки. Девочку нужно спрятать, увести, закрыть в соседском доме, а лучше, вовсе переправить на другой континент.

Мрачный эльф выругался под нос. Надо было раньше поговорить с Таборой, сейчас она его и слушать не станет. Он шестнадцать лет путал следы, дабы никто не мог обнаружить златовласку. А теперь, настала пора расплачиваться за беспечность.

«Ничего, Науро, ты, как и прежде справишься. И не из таких передряг выбирался. Рассчитывать на помощь кого-либо не приходится. Значит, нужно действовать по старинке», эльф засунул руку в карман, где находился небольшой плоский камень.

Этой штукой он может воспользоваться лишь один раз. Выполнив свое предназначение, кусок породы превратится в бесполезный булыжник. Следовало взять в Мендарв несколько таких вещиц. Но в Броке - Офир оставалось немного. Что бы создать один такой камень, Мрачным эльфам приходилось тратить не один год жизни и использовать уйму магической энергии, которая и так была скудна в тех краях. Столько времени и сил ради одноразового использования! Зато, эту невзрачную на вид безделушку, не мог учуять не один мендарвский храмовник. Иное волшебство Мрачных эльфов было кустарным, примитивным и разительно отличалось от магии чародеев, Светлоликих, демонов и прочих одаренных колдовскими способностями существ.

«Только один раз и, лишь в крайне необходимом случае», напомнил себе Науро, стремясь не потерять из виду, расплывающийся в потемках силуэт Таборы.

Ужин, устроенный в честь капеллана в замке барона Данкоса протекал весьма уныло. Его Преосвященство был немногословен. А баронская чета и остальная знать, тихо перешептываясь меж собой, щебетали о пустом.

Годфри неспешно ворошил вилкой форель, запеченную на углях. Аппетита совершенно не было, но уходить из-за стола он не посмел. Покинуть трапезную раньше Верховного жреца, пока тот ест, было верхом неприличия.

Юноше оставалось лишь внимательно прислушиваться к болтовне дворян и не спускать глаз с беловолосого старца. Однажды Псилон перехватил взгляд паренька и улыбнулся в бороду. Вот только, улыбка не была не добродушной, а какой-то пугающей. Возможно, Годфри только показалась, что он заметил зловещий оскал. Тени, неровный свет свечей, могли сыграть нелепую шутку с воображением.

Оживление в зале случилось лишь к концу банкета. К Верховному жрецу и Бальтору Данкосу торопливо подбежал секретарь барона, и что-то тихо стал тараторить. Несмотря на то, что Годфри сидел по левую руку отца, он смог расслышать внятно лишь два слова: Дубки и пожар. Как только гонец закончил свой доклад, капеллан и хозяин феода принесли извинения присутствующим и покинули в спешке столовую.