Чтение онлайн

Он поднял взгляд. Я увидела боль и сожаление в его глазах, а потом появилась жестокость, когда он добавил:

— Я почувствовал облегчение, потому что не пришлось останавливать его…

Киан отвел взгляд и снова опустил голову. Я потянулась к нему, обхватила его лицо ладонями и заставила посмотреть на меня. Наши взгляды встретились, и я увидела острую потребность в чем-то, что сидело глубоко внутри него. Я не понимала этого, но где-то в глубине сознания мелькнула мысль: если я смогу исцелить его, то это исцелит и меня.

— Закончи.

Пожалуйста.

— Он обидел мою сестру, и я не смог отплатить ему за это. Если бы он обидел и тебя, я бы не смог жить с этим. Любую другую девушку… — Он снова отвернулся.

Я не позволила ему. Заставила снова посмотреть на меня, пальцами вцепившись в его кожу.

— В тебе что-то есть, — сказал он, округляя глаза и удивленно глядя на меня. — Не знаю, что это. Я чувствовал это тогда. Мне было все равно на других девушек, даже моих знакомых. Они все одинаковые. Люди ранят людей. Мне без разницы. Но когда он начал с тобой, это имело значение. Большое значение. Я не мог позволить ему обидеть тебя, но это значило пойти против отца и своей семьи. Я мог потерять их. Если бы я сказал или сделал что-нибудь, меня бы изгнали.

Киан пришел ко мне домой в тот день, зная, что может случиться.

— Они бы отвернулись от тебя?

Он кивнул.

— Я не должен был, черт возьми, но ты порвала с ним, и я был так чертовски рад, что мне не придется сражаться с отцом. Но потом Джастин начал хвастаться. Он говорил, что собирается отвести тебя на ужин с вином, потом взять с собой на вечеринку в те выходные. Он собирался закончить то, что начал. Это его слова.

Я вздрогнула, но это было похоже на мудака-бывшего. Моего потенциального насильника.

— Как я и сказал до этого, он собирался к тебе домой, чтобы пригласить тебя. Я хотел предупредить тебя, чтобы ты не ходила. Я даже не знал, приходил ли он уже или нет. Я не знал, на что иду, но мне нужно было остановить его. Ты не должна была пострадать. — Киан покачал головой и сказал будто сам себе: — Только не ты.

Я не знала, что чувствовала. Меня переполняло столько разных эмоций — облегчение, благодарность, гнев, боль. Но были и другие, которые я не хотела называть. И не стала.

Придвинувшись ближе, я прижала свои губы к его.

Это был мягкий поцелуй, почти как наш первый, но все равно другой. В нем было что-то новое, что-то нежное. Тепло пронеслось сквозь меня, заполняя каждую частичку тела, выталкивая остальные эмоции. Остались только мы и наши прикосновения. И это единственное, что имело значение.

И, Боже мой, я хотела большего.

Я придвинулась еще ближе и приоткрыла губы. Остальное он взял на себя. Все еще удерживая меня в объятиях, он опустил голову, наклоняясь ко мне. Он тоже хотел большего. Его губы коснулись моих, и я хотела этого. Мое тело жаждало этого.

Киан

Джордан думала, что все дело в сексе. Но это не так.

Когда я ответил на поцелуй и начал доминировать в нем, меняя положения наших тел, я знал, что это намного больше.

Я не лгал, рассказывая ей о Джастине. Он животное, и заслуживает, чтобы его усыпили. Но я не мог этого сделать. Я ничего не мог. Люди страдали. Они страдали, а те, кто причинил им эту боль, оставались безнаказанными. Я видел это снова и снова. Услышав Джастина, зная о том, что он собирается сделать, я не смог больше молчать.

И сейчас, чувствуя Джордан подо мной, ее поцелуи, это стоило того. Все произошедшее стоило этого момента.

Я чувствовал к ней больше, чем она готова услышать.

Испытывая сейчас водоворот эмоций и потребность в ней во многих отношениях, я задрожал. Мне хотелось раздеть ее, отнести в постель и заставить забыть прикосновения другого человека. Я хотел пометить ее, чтобы никто больше ее не трогал. Я был бы всегда там, в ее голове. И когда другие руки дотрагивались бы до нее, она бы чувствовала мои прикосновения. Когда кто-нибудь прижимал бы ее к постели, она бы чувствовала меня.

Я хотел ее.

Так долго.

Если бы Джастин был там и причинял ей боль, я бы поступил с ним так же, как и с Эдмундом. Ничто и никто не обидит Джордан. Она пока не понимает этого, но она больше никогда не будет страдать. Я не позволю — независимо от того, буду вместе с ней или нет.

Но прямо сейчас, держа ее в своих руках, я не хотел, чтобы это заканчивалось. Хотел брать ее снова и снова. Я хотел заставлять ее кончать, пока она позволяет мне это делать.

Размышляя об этом и чувствуя жгучую потребность, я прижал ее к стене.

Сначала ее голова ударилась о стену, затем все тело впечаталось в стену, пока между нами не осталось ни единого миллиметра. Отсюда не сбежать. Она моя. Подняв руки, она обвила мою шею. Я наклонился, обхватил ее за попку, и Джордан подняла ноги и обхватила ими мою талию.

Я мог касаться ее. Мог бы пробраться пальцами между нами, расстегнуть ее джинсы и скользнуть внутрь. Но я сдерживал себя. Я хотел насладиться этим мгновением и хотел, чтобы и она наслаждалась.

Ее тело дрожало от желания, губы не отрывались от моих, тогда я скользнул пальцами под ее рубашку. Одну руку оставил на бедре Джордан, хотя мне и не нужно было удерживать ее на месте. Она никуда не денется от меня. Я провел ладонью по ее спине, и ее тело задрожало, изо рта вырвался стон, а ноги сильнее стиснули мою талию.

Она пыталась подняться по мне выше, двигаясь напротив моего тела.

Я немного отстранился, прислонившись лбом к ее голове. Мы оба тяжело дышали. Наше сердцебиение зашкаливало.

Удерживая ее взгляд, я просто сказал:

— Я хочу быть с тобой.

Ее глаза потемнели.

Эти контактные линзы — я хотел снять их. Хотел увидеть ее прекрасные глаза, которые она прятала от всего мира. Они околдовали Эдмунда. И я не мог его в этом винить. Она никогда не осознавала силу, которой обладала.