Кибер-вождь
Шрифт:
— Мое почтение! Рад снова видеть вас!
— Это что — ВЫ будете приводить меня к присяге? — окатила его Эмбер недоверием.
— Ни-ни, упаси боже. Но если вы хотите непременно присягнуть — я вызову вам капеллана.
Эмбер протянула ему повестку требовательным жестом. Гаст выпрямился, стал вполне официален.
После пахнущих казенной скукой коридоров и коробки лифта Эмбер очутилась в комнате, обставленной с предельной скупостью — два стула, стол с канцелярскими принадлежностями и видеокамера, соединенная с компьютером. Какой-то мелкий чин автоматически поднялся, приветствуя даму; в звездочках и нашивках серых армейцев Эмбер ничего не понимала, но выглядел протоколист невзрачно, сразу видно — званием чуть выше йонгера.
— Мисс Лукрис Лоутит? — Эмбер так не любила свое паспортное имя, что отвыкла от него и воспринимала как чужое. — Удостоверьте вашу личность, пожалуйста, — вслух перед камерой. Спасибо… Кэльвин Эппингер? Благодарю… Вы приглашены с целью…
— Нельзя ли поскорей? — Эмбер стискивала сумочку.
— На вашем месте я бы не спешил, — странно сказал Гаст, открывая дверь. — Введите!
Двое здоровенных вояк в форме без знаков отличия втащили какую-то упиравшуюся девку, силой заставили ее стоять не вертясь. Кто это?! Немытая, расхристанная оборванка; бурые лохмы торчат, черты лица искажены…
— Мисс Лоутит, вы узнаете этого киборга?
— Нет! — с испугом выпалила Эмбер. Хоть два здоровяка и держали подзаборную деваху за выкрученные назад руки, Эмбер не чувствовала себя в безопасности. Слово «киборг» пронеслось мимо ее сознания.
— Все слышали?! — разжала девка рот. — Презентация закончена. Все по домам!..
— Посмотрите внимательно, — настаивал протоколист.
— Да это же Лилик, — произнес Кэльвин. — Она остриглась, выкрасилась и переоделась. И ведет себя как манхло.
Эмбер ахнула, выронила сумочку, прижала задрожавшие пальцы к губам, а затем всхлипнула, протягивая руки к любимице:
— Лилик! Звездочка моя, как я без тебя настрадалась!..
— А я без тебя отдохнула, — отрезала Лильен. — Зарыла ты меня своей любовью, мымра. Лилик, пой! Лилик, пляши! Лилик, причеши! Нашла себе девочку на побегушках за бесплатно!.. Я теперь новая, свободная личность, а еще я вышла замуж.
Эмбер качнуло на стуле; Кэльвин поддержал ее за плечи.
— Я… Боже, я глазам своим не верю… Она… она совсем другая! Она была нежная! Даже когда ушла!.. Кэл, ее записка, в сумочке…
Известно, в дамских наплечных кошельках с ладонь величиной свободно помещаются три крокодила — кроме ключей, помады, лака, спрея против пота, обоймы накладных ногтей, кредиток и еще центнера полезных мелочей. Пока Кэльвин искал в этой кладовке, Эмбер допытывалась у протоколиста:
— Что значит — замуж? Куклы не могут. Я не понимаю!
Протоколист смущенно пожимал ушами и разводил плечами, а Лильен твердила:
— У меня есть парень; мы — муж и жена. Мы соединились в храме.
Гасту надоело, что Эмбер его не замечает.
— Мисс Лоутит, ее бойфренд — террорист Фосфор. Видели в новостях?
— Это который стрелял в Хармона? — ужаснулась Эмбер.
— Стрелял?!! — просияв, Лильен рванулась; ее едва удержали. — Попал?!!
— Промахнулся, — бросил Гаст, едва взглянув на Лильен. — Тут его и повязали. Валяется в камере 12, через две стенки от тебя.
Лильен замерла, словно ей отрезали питание; глаза ее остановились, полураскрытые губы застыли. «Вот, еще за сбой отчитываться перед Хилом», — тихо затосковал Гаст. Язык — оружие! Тот же Доран — как помашет язычищем, так кого с инфарктом в госпиталь, кого в тюрьму, кого в отставку. «Гаст, иногда надо помалкивать. Возьми за правило молчать по десять минут в день. А все Эмбер! Как тогда в студии завела меня, чуть под индекс не попал, так и тут!.. Балаболка! Чтоб ты в люк открытый наступила!..»
Но Лильен не ушла в сбой — начала, закрыв глаза, ворочать головой из стороны в сторону:
— Фосфор… о нет…
— Ты же писала нам, — Эмбер расправила многократно и со слезами читанный листочек, — вот! «Мы когда-нибудь встретимся и обнимем друг друга… Я люблю вас! Целую — ваша Лилик».
— Это не я писала, — глядя сквозь Эмбер, шептала Лильен. — Это Уэль Куин из сериала. Лилик больше нет. Это письмо не про меня.
— Значит, мисс Лоутит, можно считать установленным факт, что вы ее опознали? — протоколисту, как и Эмбер, были далеки чувства биотехнического существа, зажатого двумя другими, помощней. — Распишитесь. И вы тоже. Подтвердите опознание устно…
Уяснив-таки для себя, что трогательная сцена не состоится. Эмбер сменила пластинку и деловым тоном насела на Гаста:
— Вы обязаны что-нибудь сделать. Вы можете прочистить ей мозги? Она не будет после этого опасной? Или мне следует обратиться в «Роботех»? Когда я смогу получить Лилик обратно? Она мне нужна. И я хочу знать, что никакие факты моей личной жизни из ее памяти не будут переданы третьим лицам. Мой адвокат…
— Да-а-а!! — во всю мочь закричала Лильен, очнувшись от горестного оцепенения. — Я буду, буду опасна!! Я обворую весь дом! Я расколочу твои призовые диски! Я убью твою собаку! Я насыплю тебе в пудру порошка для чистки унитазов, а в духи налью тараканью отраву! Я себе горло вырву, чтоб для тебя не петь!..
— Тебя починят, и ты опять станешь милашкой, — проронила Эмбер, подмахнув протокол, и взяла у Гаста вежливо предложенные документы. — Здесь тоже надо?.. Вы не ответили — можете ее исправить или нет?
— Сначала прочитайте. Подпись там уже есть, — Гаст вел себя так чинно, будто боролся за премию «Самому пайному пай-мальчику школы».
— По… постойте. Что это такое? Приказ Министерства обороны 9103-ЕС…
— Ознакомьтесь.
Упоительно сладкое злорадство наполняло Гаста, как медвяный напиток — бокал.
— Это длинно, я не пойму. Объясните мне, о чем это.
— С удовольствием. Согласно приказу, Лилик больше вам не принадлежит. Как киборг, зараженный ЦФ-6, она переходит в ведение проекта «Антикибер».
Вопль Эмбер отразился от стен. За воплем последовали пылкие тирады о законах, судьях, адвокатах — и о Гасте, вместе с Хиллари (оба — в полосатых робах) отбывающем на кериленовый рудник. Гаст кланялся, мысленно благодаря генерала Горта, сумевшего в субботу пробиться с приказом на аудиенцию к министру обороны и под предлогом борьбы с кибер-терроризмом получить визу главного силовика Федерации.