Шрифт:
Глава 1. До встречи на Кибере
4-9 октября 2312 г.
– Дамы и господа, «Смерть от кринжа»!
Портал в барной стойке исторг подносик с бокалом внушительных размеров и россыпью душистых долек псевдолайма, уложенных по кругу. Мутная жидкость наполняла бокал до краёв и излучала голубоватое неоновое свечение.
– Подтвердите заказ и отказ от претензий молекулярной подписью, – услужливо подсказал голо-бармен и проследил, чтобы все гости приложили к сенсорной панели необходимые конечности, после чего мгновенно исчез. Дальнейшую их судьбу решит Кринж.
Стоял пропитанный наноалкогольными парами вечер пятницы: какой-то мажор из клана Шильдов распылил на всё «Чистилище» концентрированный «Асбест» за свой счёт, отчего глаза у всех начинали блестеть уже на входе. Из колонок под потолком лился новый сингл «Межгалактических скитальцев», записанный в открытом космосе: полнейшая, но ни с чем не сравнимая тишина, в которую группа вложила весь свой задор и жажду жизни, что загорается всякий раз, когда пытаешься петь в вакууме без скафандра. Это был посмертный сингл старого состава группы – и самый лучший.
Серьёзно, не пытайтесь слушать другие песни Скитальцев.
Это была идеальная атмосфера, чтобы вкусить Кринжа и не привлечь лишнего внимания к своей персоне. Персон, как водится, было трое, не считая девчонки. Хотя, с такой девчонкой было трудно не считаться: от неё бросало в жар и меня и парня, сидящего напротив. Нас разделяло пустое место – и бокал заманчиво мерцающего напитка. Третий бессменный член нашей кампашки стоял рядом, скрестив руки на груди. Он пристально смотрел на нас и хранил молчание – очевидно, дожидаясь, пока его Печень-300L растворит весь поступающий из воздуха алкоголь. Сегодня он выступал в качестве судьи, и, дабы быть беспристрастным, облепил нанопластырями всю шею, отчего казалось, что на парня надето светящееся ожерелье. Знакомьтесь, Шин – самый рассудительный и хладнокровный (пока трезвый) член Клуба Клятых Неудачников (раньше мы именовались Клубом Клятых Кринжей, но тройное К вызывало странные ассоциации у окружающих), собирающихся в этом баре почти каждую пятницу со дня основания. А точнее – не помню уже с каких пор. В первый раз нам всем было лет по шестнадцать, у Шина были ещё свои волосы, а бар носил название «Хоспис». Как сейчас помню эти кремово-бледные столы и халатики официанток. Мы заказали «Горючку» на всех, а Шин был уже синий и чихнул, не донеся шот до рта. Вспыхнули волосы и его модный костюмчик. Затем он стал кататься по барной стойке, чтобы сбить пламя, но перевернул остальные рюмки с «Горючкой». Через минуту полыхало всё вокруг – но не сильнее, чем наши жопы на следующее утро. С тех пор Шин не расстаётся с ферментными пластырями и на всякий случай вставил в нос фильтр, чтобы не чихнуть, так сказать, сгоряча. «Хоспис», где тихо опохмелялись трудяги Нижнего города, окрасился в чёрные тона, пережил несколько чисток, но прежним не стал, и был переименован в «Чистилище». Антураж стал мрачнее, напитки – крепче, а запах гари стал даже в тему.
– Итак, господа, правила вам известны, – произнёс наконец Шин. – Вырубайте защиту.
– Моя уже давно в отключке, – заявил мой оппонент.
– Да ну? А экзоштаны?
– Не гони! Чем тебе мои портки не угодили? Они от Кринжа не защищают. К тому же, в отличие от вас, сосунков, с ними я могу дойти до дома на своих двоих.
Я прыснул со смеху:
– О, да! Особенно в тот раз, когда ты заблевал навигатор, и тебя потом искали по всему даунтауну.
– Или когда их заклинило в моей тачке. В моей бывшей тачке, Тэд!
После того, что крошка Тэдди в ней исполнил, колымагу пришлось расщеплять в углеродной печи.
– Да ладно, ладно, – Тэд неохотно потянулся к поясу, набрал замысловатую комбинацию, отчего его стильные брюки вдруг резко обмякли и потеряли форму. – Доволен?
– Вполне, – Шин вздрогнул. Один из пластырей выдохся и почернел. Парень отодрал его и тут же заменил новым. – Мда, ненадолго хватает трёхсталитровки. Поэтому давайте сделаем это по-быстрому.
– Это мы завсегда! Ну что, готов ли ты, мой юный друг? – Тэд перевёл взгляд на меня.
Я тряхнул головой и игриво посмотрел на томящийся в ожидании бокал. «Смерть от Кринжа» был живым воплощением одноимённой эпидемии, захлестнувшей Чайну-прайм двенадцать лет назад. Какой-то дурак – не иначе как на спор – сожрал неизвестную науке гусеницу и запустил неконтролируемый процесс, выкосивший всё население планеты. Теперь вся Чайна-прайм – сплошное клановое кладбище. Остаётся только гадать, кого Кринж вдохновил на создание напитка, но выдайте этому парню премию Конфедерации! Ведь, кроме побочных эффектов в виде неконтролируемых извержений из всех возможных мест и гарантированной алкогольной комы на ближайшие шесть часов, «Смерть от Кринжа» дарит всем отважным испытателям непередаваемый экстаз. И от него никогда не бывает похмелья! А если не упадёшь со стула в первую же секунду и успеешь съесть дольку-другую свежего псевдолайма, то положительный эффект продлится дольше. Негативный, впрочем, тоже. И во много раз. Отчаянных испытателей – вроде нас с Шином и Тэдом – это никогда не останавливало.
– Майк, не висни! Мы начинаем, или нет? Или нам попросить твою подружку, чтобы тебя подбодрила?
Я глянул через плечо, на свою спутницу и ответил со вздохом:
– О да, она в два счёта укрепила бы мою веру в успех… А ты, Тэд, – смерил друга взглядом, – неважно выглядишь. Не отошёл от прошлого раза или намерен удерживать пальму первенства и дальше?
– Да. И да. Меня всё ещё мутит. Чёртов псевдолайм. Сколько их тогда было?
– Пятнадцать, – ответил Шин.
– Меня не отпускало десять часов! – восхищённо выдохнул Тэд. – И потом ещё, до вторника. Отцу пришлось менять всех горничных, прикиньте! Я даже не знал, что у киборгов есть свой профсоюз. Короче, пришлось распрощаться со стипендией. Иииии, я пока живу у старшего брата.
– Пф, – я пожал плечами. – Маловато для Кринжа.
– Согласен, – кивнул Шин и добавил менторским тоном:
– Кринж как таковой – и его последствия – не может быть использован как прецедент. Или ты позабыл кодекс нашего клуба?
– Вот никогда вы, парни, не даёте досказать, – Тэд заёрзал на стуле. Потяжелевшие штаны тянули его вниз. – Я пришёл в себя во вторник, так? А вечером в тот же день, у меня планировалась приватная, так сказать, встреча. С Делайлой.
– С кем? – я пока не въезжал о ком он, но эти двое, походу, были в теме.
– С «Давайлой», из клана Висельников, – подсказал Шин.
– Ничего она и не Давайла, – нахмурился Тэд, – Эти слухи распускают те, кому она как раз-таки и не дала.
– И тут появляешься ты и Недавайла даёт зелёный свет? – с сомнением протянул я.
– Что ж, перед моим шармом мало кто устоит.
Тэд наклонился вбок, заглядывая за мою спину, я почти синхронно с ним тоже обернулся, успев увидеть, как он завлекающе лыбится моей спутнице. Та зарделась и прикрыла ладошкой пухлые губки.
О, если бы он только знал!
– Ну и где тут состав преступления? – спросил Шин.
– Терпение, приятель. Итак, я после Кринжа, а отчасти ещё и под ним, вылезаю из своей берлоги, облачаюсь в лучший свой костюм, подрубаю гидравлику, чтобы не облажаться в ответственный момент… Если вы понимаете, о чём я, – Тэд подмигнул. – И мчу к Делайле.
– Официально? – уточнил я. – Наших к Висельникам не пускают.
– Разумеется, тайно. Наши родители пересекались на каком-то саммите по внедрению новых технологий чего-то там про лапшу, а потом гоняли вместе в гольф на поясе Ориона. Налаживание связи кланов, и всё такое… Короче, там я и зацепил Делайлу. Мы обменялись контактами, потом её брат угрожал надрать мне задницу, потом ещё кто-то из их семьи повесил мне петлю на дверь. Ну, все вот эти тупые намёки, поняли да?