Чтение онлайн

Запел телефон. Не взглянув на экран, Кира нащупала его на сиденье и приложила к уху, ожидая услышать бабушкины наставления и уточнения. Но это оказалась не бабушка.

«Это оказался серый волк», - усмехнулась Красная Шапочка, внимая голосу гендира и минигарха Рената Шагеева.

– Да. Нет. В дороге. Нет, не сержусь… Да… Тебя можно понять… Конечно… Не должна была себя так вести… Угу. Всё нормально. Нет, я не вернусь в офис. Нет, не хочу. Встретиться сегодня? Обсудить? Да мы уж вроде… Нет, не смогу. И завтра не смогу. Нет, я не ломаюсь… И не кочевряжусь… И не набиваю цену… Слушай, я за рулём, не могу говорить.

Кира нажала отбой и, опустив стекло, швырнула дорогущий гаджет со всеми нужными контактами и драгоценными связями за перила моста, в реку. В открытое окно ворвался и забился в салоне упругий горячий ветер. Он взлохматил ей волосы и одарил частицей своей буйной радости. Странное облегчение и ощущение невероятной, почти праздничной свободы словно приподняло набирающий скорость автомобиль над полотном дороги и подарило его хозяйке смутное воспоминание о крыльях. Как же легко! Невероятно! Как же просто и весело принимать освобождающие решения! Почему раньше ей казалось, что это неприемлемо и глупо? Почему раньше казалось, что возводить вокруг себя рамки ограничений и условностей – это правильно и разумно, а позволить себе полёт – удел фриков? А теперь? Теперь можно! Теперь она сама, как фрик!

Кира рассмеялась, глянув на свои босые ноги на педалях, старомодное гороховое платье, растрёпанные ветром волосы и давно утратившее лощёную гламурность лицо в зеркале заднего вида. Лицо это улыбнулось ей и подмигнуло, а в следующую секунду озабоченно нахмурилось и прикусило ненакрашенную губу – у знакомого поста ДПС взмахнули волшебной полосатой палицей.

Чёрт! Как я могла снова забыть! Вот растыка!

Растыка сердито нажала на тормоз. Взвизгнув покрышками, «ярик» объехал дэпээсника и остановился на полосе разгона.

Пока автолюбительница досадливо рылась в бардачке в поисках документов на машину, водительское окно ожидаемо зазеленело форменным светоотражающим жилетом дорожной охраны. Полицейский представился, как положено, утопив словозвучия своего имени и звания в гуле прогрохотавшей мимо фуры, и принял протянутые в окно права.

– Вы снова превысили скорость, Кира Андреевна, - заметил он ровным голосом. – Придётся составить протокол.

Кира Андреевна застыла: внутри что-то оборвалось, вспыхнуло в животе и отдало возвратной волной жара по самые уши. Она медленно подняла взгляд от зеленовато-аморфного олицетворения грозы дорожных нарушителей и посмотрела в лицо мужчины, остановившего её машину.

На неё строго и неодобрительно смотрели знакомые синие глаза.

Девушка беззвучно открыла и закрыла рот. Потрясённая этим неожиданным явлением, она таращилась на полицейского, пытаясь отыскать в любимом образе что-то чужеродное, то, что убедило бы её в жестоком самообмане…

– Попрошу пройти со мной, - он нахмурился. – Вам нехорошо? Вы словно призрака увидели.

– Нет! – помотала она головой. – То есть да… Почти… Мне и в самом деле что-то не по себе, - она с трудом отстегнула ремень и, путаясь в нём, долго и неуклюже выбиралась из машины. – Хорошо, что вы меня остановили…

Полицейский озабоченно придержал нетвёрдо стоящую на ногах девушку под локоть.

– Я провожу вас на пост. Может, воды?

– Может, - послушно согласились с ним. – Как вы говорите вас зовут?

Провожатый усмехнулся:

– Да мы уж неоднократно знакомились с вами, гражданка Волошкина. Инспектор дорожно-патрульной службы, капитан Медведь.

– Ну конечно, - прошептала нарушительница и шагнула в прохладу канцелярско-казённой обстановки поста ДПС. – Как же ещё…

– Присядьте здесь…

Он принялся хлопать ящиками шкафа, разыскивая аптечку.

– Мне показалось, вы меня испугались? Или того, что вас остановили для досмотра? Надеюсь, вы не прячете в багажнике труп?

Выудив из аптечки пузырёк тёмного стекла, он нацедил из кулера воды в пластиковый стаканчик.

– Знаешь, капитан, - Кира взволнованно огладила шёлк платья на коленях и, вспомнив о растрёпанных ветром волосах, торопливо заправила их за уши, поджала под стул босые ноги, - я и в самом деле боялась. Боялась, что больше не увижу тебя никогда…

Ей совсем не казалось странным то, что она говорила. Она не боялась удивить или обескуражить его своим внезапным признанием. В воздухе неуловимо звенел камертон волшебства – того самого волшебства мгновения, когда всё происходит само собой.

Он подошёл, держа в одной руке пластиковый стаканчик, в другой пузырёк с нашатырным спиртом.

– Что было бы, если бы ты меня не остановил?

Он присел перед ней на корточки. Их глаза оказались на одном уровне.

– Я всегда останавливал тебя. Ты забыла?

– Да, - прошептала Кира. – Я дура.

Коснувшись его пальцев, она взяла у него из рук стакан и сделала глоток воды, чтобы притушить бурлящий в сердце и рвущийся наружу буйный восторг наступающего счастья.

– Неправда, - сказал он и улыбнулся. – Ты не дура, ты умница… Куда торопишься сейчас?

– На свадьбу к бабушке.

– А далеко ли празднует твоя бабушка?

– На турбазе «Три поросёнка». Как съезжаешь с моста, сразу направо, за лесом…

– У меня дежурство заканчивается через пару часов…

– Ты подъедешь? Я проспорила свою машину одной вредной ведьме, придётся добираться обратно уже безлошадной…

– Обязательно подъеду. И отвезу, куда скажешь.

– И… Медведь… Надеюсь, в этой реальности у тебя нет никакой Пепелюшки на сердце?

Медведь забрал у Киры стакан и недоумённо вздёрнул бровь:

– Пепелюшка? Смешное прозвище. Ты придумала?

За открытым окном одобрительно зашумела, подмигивая солнечными всплесками в зелёных листьях, знакомая яблоня.

– Так, - улыбнулась Кира, - во сне приснилось…