Киска
Шрифт:
– Даже не знаю, что с ней такое. Будто взбесилась, - пожал он плечами.
– Неужели нам не о чем поговорить, кроме бешеной кошки? поинтересовалась с многозначительной улыбкой Светлана.
Неистовые вопли были слышны еще некоторое время, а затем стихли. И Игорь со Светой совершенно забыли о запертой кошке... На следующее утро была суббота, поэтому они провалялись в постели подольше и просто смотрели телевизор. Потом Светлана накинула рубашку Игоря и ушла в ванную. Игорь потянулся, чтобы достать сигарету из пачки на столике, и в ту же секунду услышал кошачий визг и крик Светланы. Он вскочил с кровати.
Светлана отбивалась от кошки, которая вспрыгнула ей на затылок и с хриплым торжествующим мявом рвала волосы на ее голове. Игорю кое-как удалось отогнать кошку. Алиса отряхнулась, с ненавистью глядя на людей. Кончик ее хвоста нервно бил по паркету, а шерсть на загривке стояла дыбом.
Светлана рыдала, размазывая по исцарапанному лицу слезы и потекшую тушь. Игорь попытался обнять ее, но она оттолкнула его.
– Не трогай меня, идиот несчастный! Ты нарочно подстроил все это с кошкой... А я, как дура...
Игорь стоял и с ощущением полной беспомощности смотрел, как она в спешке собирается, крича что-то сквозь слезы. Он двинулся с места, только когда Светлана подхватила сумочку и выбежала прочь, со всей силы хлопнув дверью. Он выскочил на лестничную площадку.
– Света, погоди!
– крикнул он, перегнувшись через перила, но она даже не остановилась, сбегая вниз по лестнице.
Игорь вернулся в квартиру. Алиса встретила его у самого порога. Увидав, что чужой женщины больше нет, черная кошка повернулась и с гордым видом направилась в комнату. Там она вспрыгнула в кресло, уютно устроившись на любимом месте Ларисы у окна.
Игорь смотрел на все это с нарастающим страхом. Он оцепенел. Его смутная догадка стала отчетливой, но он не мог заставить себя поверить в нее. Ему казалось, что он сходит с ума. Он сел, почти упал в кресло, неотрывно уставившись на черную кошку, которая вылизывала шерсть на лапках, и сдавленно пробормотал:
– Киска... Киса... Киса-Лариса...
Кошка метнула на него зеленый взгляд. Теперь ему стала ясна жутковатая схожесть этой кошки и бывшей жены, сначала смешившая его, а затем внушавшая страх. Ведь это она, Лариса, вернулась к нему в кошачьем обличьи!
Игорь сжал голову руками. Он смотрел на киску, но вместо нее видел Ларису с холодной жестокой улыбкой на губах и бесцветный голос звучал в его мозгу: "Забыть меня ты не сможешь никогда! Никогда! Никогда!"
Когда настойчивый звонок телефона вывел его из оцепенения, он не имел никакого представления, сколько времени прошло. Игорь вздрогнул, очнувшись от забытья. Телефон продолжал звонить. Игорь протянул руку и механически поднял трубку.
– Привет, старик!
– раздался в трубке веселый голос Рассохина.
– Решил вот позвонить, узнать, как у тебя дела...
– Ты знаешь, КАКОЙ сегодня день?
– хрипло спросил Игорь. Его голос был полон ужаса.
– Сегодня день рождения Ларисы. Она вернулась...
В трубке повисла недоуменная тишина, только бродили где-то вдали отзвуки чьих-то разговоров. После нескольких секунд растерянного молчания Рассохин торопливо произнес:
– Я сейчас еду к тебе, слышишь?
Но Игорь не слушал. Он бросил трубку.
Кошка пристально смотрела на него. Ее глаза пылали зеленым огнем. Из спальни донесся звук работающего телевизора: "Ваша киска купила бы "Вискас"!" Игорь не выдержал, выскочил через распахнутую дверь на лестничную площадку. Его руки тряслись, когда он пытался закурить сигарету.
Несколько глубоких затяжек немного успокоили его. Да, Лариса вернулась. И Игорь знал, зачем.
Он услышал сзади, из квартиры, тихий шорох, почувствовал спиной взгляд и его охватил ужас. Мурашки пробежали меж лопаток, лоб покрылся испариной. Сигарета выскользнула из его пальцев и алым огоньком канула вниз.
Холодея от страха, Игорь обернулся. В глубине черного проема двери горели неподвижным огнем зеленые глаза.
– Лариса, это ты?
Черная кошка с истошным воплем прыгнула на него. Игорь увидел пылающие кошачьи глаза, блестящие когти, нацеленные прямо в лицо... Инстинктивно отшатнувшись, он ударился о перила, потерял равновесие и с отчаянным криком полетел вниз.
... Он лежал со свернутой шеей в растекающейся луже крови. Маска нечеловеческого ужаса застыла на его изуродованном лице. А рядом, тихо мурлыча и умываясь лапкой, сидела черная зеленоглазая киска.