Китайская мышь
Шрифт:
Коробка с пакетом так и лежали в подворотне, их никто не тронул. Настя водрузила мышь на прежнее место и поехала на автобусе домой, на улицу Большая Зеленина.
Ей повезло, родителей дома не было. Настя спокойно пронесла коробку в свою комнату и спрятала под шкаф. В коробку сунула кусочек сыра из холодильника, и мышь впилась в него зубами.
Вечером пришли с работы родители. Мама принялась готовить ужин, а папа уселся смотреть новости по телевизору. Потом Настю позвали к столу.
В конце новостей ведущая сделала ответственное лицо и сказала:
– А теперь прослушайте обращение Управления внутренних дел…
Отец прибавил звук. Он любил криминальные сюжеты.
– Разыскивается опасный преступник, подозреваемый в подготовке террористического акта, – продолжала дикторша. – Как нам сообщили, преступник планирует заразить мелких домашних животных атипичной пневмонией, а через них передать инфекцию жителям нашего города…
И на экране показалось лицо бородатого человека, в котором Настасья к своему ужасу узнала одного из мужчин, беседовавших сегодня у заброшенного катера.
– Носителем атипичной пневмонии является китайская амбарная мышь. Отличительный ее признак – розовые ушки и хвост. Размер – около семи сантиметров в длину. По данным милиции, преступник провез ее из Гонконга в самолете. Мышь подлежит немедленному уничтожению и сожжению.
И на экране возникла хорошо знакомая Насте китайская мышь, которая в настоящий момент мирно грызла сыр в коробке под шкафом.
– Ух какая! – сказал отец.
– Не дай Бог встретить, – покачала головой мама.
Знали бы они!
У Насти комок застрял в горле. Что делать? А папа встал из-за стола, направился к шкафчику и достал оттуда бутылку водки. Поставил ее на стол вместе с рюмкой, налил до краев, потом посыпал сверху водку черным молотым перцем.
Мама молча наблюдала за его действиями.
– Проверенное русское средство! – сказал папа и опрокинул рюмку в рот. – А вы чеснок ешьте, – велел он Насте и жене. – Тоже помогает.
«Так вот зачем бородатый говорил про чеснок!» – мелькнуло у Насти в голове.
– Тебе бы только выпить! – неодобрительно заметила мать.
Настя кое-как закончила ужин и ушла в свою комнату. Мышь тихо шуршала в своей коробке – смертельно опасная, подлежащая уничтожению и сожжению. Настя улучила минуту, когда родители уселись смотреть передачу «Аншлаг», и вытащила коробку из-под шкафа.
Мышь сидела там, как показалось Настасье, мрачная и недовольная судьбой. Если бы она была птицей, к ней очень бы подошло слово «нахохлившаяся», но мышь птицей не была, иначе давно улетела бы к себе в Китай из этого враждебного города, где ее хотят уничтожить и сжечь.
Она взглянула на Настю снизу вверх – настороженно и подозрительно – и вдруг смешно чихнула, сморщив свой маленький носик.
Настю это умилило до слез.
– Не бойся, Сяо-Мяо, я не дам тебя во вражьи руки! – сказала Настя.
Имя мыши она придумала на ходу. Имя было нежным и красивым, как цветок вишни.
Настя закрыла коробку и принялась обдумывать план действий. Она, конечно, боялась атипичной пневмонии, о ней все время рассказывали по телевизору и показывали китайцев в марлевых повязках на лице. Но убивать из-за этого уже практически родную мышь? Ни за что!
Ночь Настя и мышь провели тревожно. А утром, проводив родителей на работу, Настя вновь отправилась с коробкой к своему тайному катеру, прихватив из дома кое-что необходимое. Благо, каникулы, в школу ходить не надо.
Она забралась в маленькую каютку, поставила коробку на столик и открыла ее. Мышь Сяо-Мяо вновь подняла голову и взглянула с ожиданием.
– Сейчас все будет! – пообещала Настя.
Она достала из пакета несколько кусочков черного хлеба, две головки чеснока и пластмассовую бутылку из под кока-колы с завинченной крышкой. В бутылке была прозрачная бесцветная жидкость.
Настя отвинтила крышку с бутылки и слегка полила этой жидкостью кусочек хлеба, а потом, вынув из кармана маленький бумажный пакетик с перцем, посыпала им хлеб.
– По русскому обычаю, – сказала Настя. – Вам, китайцам, не понять!
После чего лихо откусила от головки чеснока, скорчила страшную гримасу и принялась поспешно жевать чеснок, выпучив глаза.
– Исключительно ради здоровья, Сяо. Теперь ты.
С этими словами она положила на дно коробки кусочек хлеба, смоченного водкой, рядом с ним дольку чеснока, а хлеб посыпала перцем.
– Ешь! – приказала она.
Мышь подползла к хлебу, понюхала, посмотрела на Настю.
– Не бойся. Так надо, – как заклинание, проговорила Настя.
Сяо-Мяо откусила кусочек, потом еще, затем на удивление проворно принялась поглощать лекарство, не забывая время от времени откусывать и от головки чеснока.
– Молодец! – похвалила Настя.
Она налила еще полрюмочки себе и проглотила, после чего ей сделалось как-то тепло и приятно.
А мышь, наевшись алкогольного хлеба с чесноком, пришла в боевое настроение и принялась бегать по коробке, временами подпрыгивая всеми четырьмя лапами и издавая воинствннные визгливые звуки.
– Иють! Иють!
Затем она встала на задние лапы, а передними оперлась на стенку коробки и посмотрела на Настю косыми черными глазами, в которых были восторг и решимость. И тут же упала на бок и принялась кататься по дну коробки, уже мелко похрюкивая.
– Эх, Сяо… – вздохнула Настя. Она пригорюнилась, оперлась на ладонь лицом и по ее щеке скатилась слеза.
Внезапно снаружи снова послышались мужские голоса. Настасья осторожно выглянула в иллюминатор. Рядом с катером стояли двое вчерашних мужчин – чернобородый террорист, которого показывали по телевизору, и белобрысый, который в магазине подменил мышь.