Чтение онлайн

– Все равно, - сказала Мейлин, - показывать и обнародовать нашу секретную договоренность нельзя, так как это может вызвать неподчинение многих губернаторов провинций, помешанных на антикоммунизме.

– Все ясно.

Джоу Эньлай поднялся.

– Я рад, что начало положено и надеюсь на дальнейшее развитие наших отношений. До свидания господа.

Когда он ушел, Чан Кайши сказал.

– Конечно, эта бумажка пока успокоит их, но мы им еще... врежем.

Май 1938г. г. Чунцин

Пал город Сюйчжоу. Японцы углубились с территории Северного Китая вглубь центрального. Меня вместе с Минь пригласил к себе посол Германии Траутман. Он долго мял ручку Минь и мне казалось , что он уже забыл о моем существовании. Однако он уже мысленно одел ее и обратился к нам.

– Госпожа Минь, я украду вашего повелителя на пять минут. Моя жена находиться в этой комнате, она ждет видеть вас и очень хотела бы познакомиться.

Траутман отводит Минь за дверь и через две минуты появляется.

– Я пригласил вас, - начал он, - для того, что бы попрощаться. Гитлер не хочет быть посмешищем перед миром в результате подлой политики Америки и Англии в Тихоокеанском регионе. Меня отзывают и бог знает увидимся ли мы теперь. Но прежде чем уйти, мне бы хотелось передать поклон от наших друзей.

– У меня их много.

– Да, я это заметил. Я хочу передать привет вам от принца Конде.

– Я с ним не знаком, хотя я знаю, что принц стал главой правительства Японии.

– Это неважно. Зато он с вами хорошо знаком. Ваше мнение очень высоко цениться в Японии. Принц Конде считает, что вы самый проницательный политик Китая.

– Спасибо. Тогда передайте ему тоже привет.

Траутман хмыкнул.

– Но Конде просил у вас помощи и поддержки.

– Что в моих силах, я постараюсь помочь принцу.

– Конде просил вас быть посредником в переговорах между Японией и Китаем.

– Но, простите, разве это нельзя было сделать по другим каналам. Почему обязательно я?

– Потому, что переговоры должны быть секретными и не обязательно расширять круг посторонних людей. Вы вхоже к Чан Кайши и, являясь другом Японии, спокойно можете быть посредником.

– Кто же будет моим связным, ведь не мотаться же мне в Японию? Вас- то уже не будет.

– Об этом мы позаботились.

Траутман подошел к другой двери и приоткрыв ее кого-то позвал. В комнату вошел уже знакомый мне китаец, шофер посольства.

– Знакомьтесь, полковник Шимота.

– Мы уже знакомы.

– Господин полковник, - продолжил Траутман, - господин Мейвил любезно согласился быть посредником на переговорах.

– Я очень рад. Еще я рад сообщить господину Мейвилу о первом взносе в банк Сингапура, нашего долга перед вами. Господин Хирота, командующий войсками в Китае генерал Хэ-Умедзу и наконец принц Конде согласны с вашими выводами и заключениями по поводу будущего Японии. Но пока мы не заключим мира с Китаем, никакие дальнейшие разговоры о могуществе Японии невозможны. Поэтому, господин Мейвил, вот предложения нашего главы правительства и мы с нетерпением ждем ответа президента Китая.

– Хорошо, как мне увидеть вас?

– Ваша милая жена, может навещать салон мадам Гартман?

– Наверно это неразумно, дайлисты сразу усекут ее переходы из дворца к какой- то иностранке.

– Хорошо, тогда посольство Америки вас устроит?

– ???

– Я устраиваюсь туда шофером, господин Траутман помог с рекомендациями мне туда.

– Посольство подойдет.

– Тогда до встречи, господин Мейвил.

Мейлин внимательно изучила все бумаги, переданные принцем Конде.

– К сожалению нам подходит только последний пункт, где Япония берет на себя обязательства уничтожить 8-ю и 4-ю армии коммунистов.

– Да, в наглости Япония перещеголяла всех.

– Мой дурак, как бы не наделал глупостей только из- за одного этого пункта.

– А ты заметь, как написан первый пункт, это же специально для семьи Сун. "В Северном Китае организуется автономное правительство, предоставляющее Японии права в индустриализации Севера".

– Значит Японии нужна передышка. А мы как раз начали усиливаться и в вооружении и в качестве. О количестве войск я уж и не говорю. Так что же будем делать, Эдди?

– Приняв все пункты, это подписать смертный приговор Китаю и ты права в одном, Китай это не то, что было год назад. Даже если мы сейчас проиграем битву под Уханем, Япония в следующем году сократит активность и мы получим затяжную позиционную войну.

– Как только я вышла за муж, так Китай просто не вылезает из войн. Может это рок?

– Судьба.

– Ты говоришь, что Минь принимали как госпожу в посольстве? Это интересно, значит птичка очень созрела и ее стали ценить. Что же, посмотрим, что будет дальше. Сегодня ночью я буду у тебя.

Пастор долго копался в документах принца Конде, потом воскликнул.

– Ну что я тебе говорил, Японии Китай не нужен. Сейчас Чан Кайши надо спешно заключать мир и получить передышку, а Японии надо раздавить китайских коммунистов и развернуться против русских. Слава тебе боже. Ты внял нашим молитвам. Вот что, Мейвил, я сниму копию с этих документов, постарайся по возможности держать меня в курсе дела. Америка тебя не забудет.

Чан Кайши не согласился с требованиями принца Конде и Китай продолжил войну я Японией.

Октябрь 1938г. г. Чунцин

Битва под Уханем, отличающаяся невидимым упорством воюющих сторон, закончилась поражением Китая. Здесь участвовали десятки интернационалистов с разных стран мира. Особенно много было из России. Военные советники этой страны появились во всех частях китайской армии. После отхода китайских войск, Японцы захватили Гуанджоу и война опять затихла.

Меня стала усиленно обхаживать разведка Чен Лифу. Об этом предупредил Дай Ди.

– Я поражен, как расцвела госпожа Минь, - говорил мне контрразведчик на вечере посвященном дню рождения Айлин.
– Кода вам ее дарили, это была девочка подросток, а сейчас любая красавица Китая не годится ей в подметки. Браво, Мейвил, и как вам удается сразу ублажать столько женщин.