Чтение онлайн

— И что, малина росла прямо на доме?

— Малина обладает поверхностной корневой системой, — принялась объяснять им Леся. — И размножается она главным образом корневыми побегами. Все хозяйки знают, если посадить малину у забора, то вскоре она двинется дальше к солнцу и неизбежно переберется на участок к соседям. Вот и тут получилась примерно такая же картина. За эти годы малинник не только разросся, но и сместился к югу.

— Ну что же, — решил Лисица. — Идем туда.

Однако в подступающих сумерках друзьям не удалось найти в малиннике ничего интересного. Сам фундамент, о котором говорили девушки, они обнаружили. А вот вход в систему подземных тоннелей — нет. Он был полностью засыпан землей. Немного разочарованные, они вернулись назад. Но сытный ужин, состоящий из печеной в золе картошки и жареных на шампурах колбасок, в конце концов всех примирил с этой жизнью.

К батюшке, служащему в церкви Успения Богородицы, друзья отправились на следующий день. Засидевшись допоздна, никто не встал ни в шесть, ни в восемь утра, ни даже в девять. Лисица, похвалявшийся с вечера, что встанет раньше всех, был с огромным трудом растолкан подругами лишь в десять утра. Поэтому поездку к колодцу было решено отложить на будущее. А сперва поехать к батюшке и поговорить с ним.

— Тем более что в тоннеле изрядный обвал. Если начать копать, придется делать это не один день.

Из студентов с друзьями были лишь Ваник и Полина. Остальные заканчивали работу по росписи имения. Было решено, что роспись лиц завершат общими усилиями.

— Уж что получится, то получится. Но ждать дольше нам просто нельзя.

Оказалось, что студенты хорошо знакомы с отцом Андреем, он неоднократно заглядывал к ним в гости. Вероятно, во время одного из таких посещений Израк и выклянчил у священника старинный план подземных ходов, вырытых в усадьбе.

Батюшка оказался колоритный, бородатый, с упитанным круглым лицом. Глядя на него, как-то сразу становилось ясно, что человек он хороший, честный и прямой. Друзья застали батюшку, когда тот вместе со своими домочадцами, числом восемь человек, был в усердных трудах. Все семейство перекапывало морковное поле, выбрасывая на поверхность большие и сочные оранжевые морковки. В работе участвовали абсолютно все дети. Даже самый маленький, которому едва ли исполнилось пять лет, с важным видом подбирал маленькие морковки, не замеченные его братьями, и складывал свои находки в пластиковое ведерко.

— День добрый, — поздоровались друзья.

А Леся еще и добавила:

— Бог в помощь.

Ответил ей самый младший из детей.

— Бог тем помогает, кто в работе не ленится, — наставительно произнес карапуз.

Батюшка тоже распрямил спину и внимательно взглянул на нее. Леся смутилась и покраснела. Остальным же смущаться было нечего, и они просто пялились на священника. Под рясой у него были надеты джинсы. А саму рясу он заткнул за пояс, чтобы не испачкать ее в земле.

— Вы ко мне? — спросил он у друзей.

— Да.

— И по какому делу?

— Мы из усадьбы Копкиных.

— Так-так, — заинтересовался батюшка. — Художники?

— Да… — кивнул Лисица, но тут же осекся: — То есть они двое художники, а мы вот с ней приехали.

— Хорошо, — одобрил батюшка. — Места у нас замечательные, могу сообщить вам много интересных исторических фактов.

— Мы к вам по делу.

— И чем я могу помочь?

— Мы хотели спросить, не обращался ли к вам один из наших друзей в поисках клада Копкиных?

— Был тут парнишка племени Израилева, — согласился священник. — Ной ему имя. Усадьбой интересовался. Я не удивился, что он ко мне пришел. Все, кто историей этого края так или иначе интересуются, ко мне приходят.

— Почему к вам?

— А у меня в церкви самый большой во всей области архив нашего края имеется, — не удержался, похвастался батюшка. — Еще с прежних времен остался. Многие бумаги касаются восемнадцатого и даже семнадцатого века. Частично мы с добровольцами эти бумаги оцифровали и на сайте нашей областной краеведческой организации поместили.

— Зачем?

— А как же иначе? Люди должны знать свою историю. Только зная и понимая, кто мы и откуда, мы можем называться народом. А то ведь частенько так случается, что даже внук не знает о том, кто был его дед, как он жил и чем занимался.

— А наш друг… чем именно он интересовался?

— Хотел, чтобы я отдал ему все бумаги, касающиеся усадьбы Копкиных.

— Это вы дали ему план усадьбы?

— Да. Догадался, что именно поиски клада и не дают юноше покоя. Вот и дал ему план подземных ходов, где, по преданию, последний Копкин и спрятал свой клад.

— Зачем вы это сделали?

— Но я также предупредил его, что уже многие в наших краях искали сокровища, оставленные Копкиными, только ничего хорошего из этого не выходило. Трое пропали без вести, то ли в болоте утопли, то ли в озерах, одного в лесу нашли, замерз насмерть. Хоть я человек и церковный, а только и мне порой мнится, будто заклятье на этом кладе лежит. Поэтому я вашего Ноя предупредил о последствиях. Но сдается, он моим советам не внял.

— Дали ребенку нож в руки, а потом удивились, когда он порезался!

— Извините, ваше сравнение неуместно. Ваш друг далеко не ребенок. И к тому же он очень хорошо знал и без меня, на что идет.

— Вот как?

— У него уже были кое-какие сведения о кладе Копкиных и об усадьбе. А что касается плана с подземными ходами, то этот план он запросто мог скачать и у нас на сайте. План помещен там в широком доступе. Так что для визита ко мне у вашего друга была какая-то другая причина. Но боюсь, я в ней так и не сумел разобраться.

— Он вам не объяснил, зачем именно пришел?

— Он начал что-то говорить, будто бы хочет найти человека, хорошо знакомого со здешними местами, но тут пришла семья моих прихожан, у них были назначены крестины. Вместе с ними прибыли гости числом тридцать пять человек. Сами понимаете, семеро одного не ждут. А тут тридцать пять человек против одного Ноя. Мне было легко сделать свой выбор.

— А вот если бы вы подольше поговорили с Ноем, очень может быть, что спасли бы не только его душу, но и еще две неповинные души! — в сердцах воскликнула Полина.