Чтение онлайн

— Я слышал, она красива?

— Для нас она как Бхагавати.

— Вот и прекрасно. Поглядим, какова ваша Бхагавати.

Он вышел из каюты следом за Ронгораджем. Едва ступив на палубу, Броджешор увидел, что его команда барахтается в реке. Со страху перед разбойниками гребцы попрыгали в воду и теперь держались на плаву, ухватившись за швартовы.

— Не бойтесь, — крикнул им Броджешор. — Поднимайтесь на баркас да молитесь, чтобы все ваше при вас осталось. Эх вы, удальцы-молодцы!

Те по одному поднялись на судно.

— Вы можете развязать моих телохранителей? — спросил Броджешор у Ронгораджа.

— Да, но при условии, что они будут вести себя смирно. Предупредите их, что, если они вздумают напасть на нас, мы тут же снесем вам голову.

Броджешор передал своей страже эту угрозу и пообещал вознаградить всех за проявленный героизм.

— Оставайтесь на баркасе и ждите меня, — сказал он хиндустанцам. — Я скоро вернусь. Да смотрите же — ничего не предпринимайте без меня.

Он вместе с Ронгораджем спустился в лодку.

— Да здравствует рани! — крикнули гребцы и взялись за весла.

5

— Нам далеко плыть до вашей рани? — поинтересовался Броджешор у Ронгораджа.

— А вон видишь баркас, — показал Ронгорадж. — Это и есть ее резиденция.

— Какой большой корабль! — удивился Броджешор. — Я думал, это англичане идут грабить Рангпур. Зачем ей такая громадина?

— Раз она рани, то и жилье у нее должно быть соответствующее, — наставительно заметил Ронгорадж. — Там целых семь кают.

— Зачем же ей столько?

— Как зачем? Одна отведена для приемов, в другой опочивальня, третьей пользуются прислужницы. Кроме того, есть умывальная и отдельное помещение для стряпни. Да еще имеется темница. Туда вас, наверное, и заключат.

Беседуя так, они подплыли к баркасу Деви-рани, то есть Деви Чоудхурани. Та уже спустилась с крыши. Пока ее люди занимались разбоем, она музицировала, рассеянно перебирая пальцами струны вины, но как только увидела, что они возвращаются, направилась к себе в каюту. На ее двери висел шелковый занавес. Ронгорадж подошел к нему и остановился.

— Да здравствует рани! — произнес он обычное приветствие.

— Какие новости? — поинтересовалась рани.

— Все в порядке, — доложил Ронгорадж.

— Никто из наших не пострадал?

— Нет.

— И вы никого не убили?

— Никого. Следовали вашему повелению.

— У них есть раненые?

— Двое хиндустанцев получили царапины. Так, ерунда.

— Товар захватили?

— Взяли все, что нашли на баркасе. Только ничего особенного там не было.

— А где сам бабу?

— Мы привезли его с собой.

— Веди его сюда.

Ронгорадж дал знак Броджешору, и тот поднялся на баркас.

— Кто вы? — спросила его рани. Голос ее звучал глухо, как будто ей что-то внезапно сдавило горло.

Читатель уже имел возможность познакомиться с характером Броджешора. Страха он не ведал с детства — и теперь, оказавшись перед Деви Чоудхурани, одно имя которой заставляло трепетать от ужаса всю Северную Бенгалию, ничуть не испугался. «Мужчине не пристало бояться женщины, — сказал он себе. — Она всегда останется его рабой».

— Какой вам прок от того, что вы узнаете мое имя? — заметил он. — То, что вас интересует — мое имущество — вы уже захватили. А от моего имени вам ничего не прибудет.

— Как знать! — ответила рани. — Все зависит от того, как высоко вы ценитесь.

Она проговорила эти слова совсем приглушенным голосом.

— Видимо, для того, чтобы выяснить это, меня и привезли сюда? — насмешливо спросил Броджешор.

— Зачем бы вы нам иначе понадобились? — в тон ему ответила рани.

Деви сидела за занавесом, и никто не подозревал, что, произнося эти слова, она вытерла глаза.

— Вы поверите, если я назовусь Дукхирамом Чакраборти? — спросил Броджешор.

— Нет.

— Зачем же тогда спрашиваете?

— Чтобы проверить, откроете вы свое имя или нет.

— Ну хорошо. Меня зовут Кришнаговинда Гхошал.

— Опять неправда, — возразила Деви.

— Ну, тогда Дойарам Бокши.

— Нет.

— А если Броджешор Рай?

— Это возможно.

В это время к рани неслышно подошла какая-то женщина и села возле нее.

— Почему ты говоришь таким голосом? — тихо спросила она.

Деви заморгала, и слезы ручьями потекли по ее щекам. Так во время муссонов выливается из распустившихся цветов скопившаяся в них дождевая вода, если нечаянно задеть стебелек.

— Я не в силах больше играть этот спектакль, — прошептала она на ухо подруге. — Говори ты за меня. Ты ведь все знаешь.

Она поднялась и вышла из комнаты, уступив место возле занавеса своей наперснице. Это была уже знакомая читателям брахманка без брахмана по имени Ниши.

— Вот теперь вы сказали правду, — проговорила Ниши. — Вас действительно зовут Броджешор Рай.

Броджешор сразу заметил, как изменился вдруг голос говорившей, исчезли мягкость и обаяние, только что звучавшие в нем. Занавес в дверном проеме не позволял ему увидеть свою собеседницу, но он не сомневался в том, что теперь он разговаривает с другой женщиной.

— Если вы знаете меня, то вам, вероятно, известно, сколько я стою, — сказал он. — А раз так, то мы можем покончить с нашими расчетами. За какую же сумму вы согласны отпустить меня?

— За ломаный грош. Есть он у вас при себе? Если есть, то давайте, и дело с концом. Можете уходить.