Чтение онлайн

Ни отец семейства, ни его сыновья не оставили мемуарных жизнеописаний, но сохранились отрывки из их воспоминаний в сборниках, посвященных памяти членов семьи {13} . Небезынтересные сведения о детских годах сыновей, об их личной жизни, о взаимоотношениях в семье встречаются в рассказах матери братьев Кеннеди Розы, записанных в дни ее старости, когда троих сыновей и одной дочери уже не было в живых {14} .

Сам Джон Кеннеди не оставил подробных воспоминаний (сохранились лишь их фрагменты). И только недавно вышла в свет книга его супруги Жаклин, представляющая собой запись ее семи бесед с упомянутым А. Шлезингером со 2 марта по 3 июня 1964 года, то есть через несколько месяцев после гибели ее супруга 22 ноября 1963 года {15} .

Жаклин рассматривала свои рассказы как сугубо личные, содержащие подчас интимные сведения, которыми она делилась с близким человеком. Она была откровенна со своим собеседником, в том числе в некоторых нелицеприятных характеристиках живших и действовавших на тот момент известных политиков и популярных общественных фигур.

Более того, пожалуй, единственным человеком, для характеристики которого она не жалела самых лестных слов, являлся ее покойный супруг. Все же остальные действующие лица преподносились ею в основном с негативной стороны. О французском президенте Шарле де Голле она говорила, что он человек «злобный», обращавшийся с людьми как с собственными слугами. О Линдоне Джонсоне — вице-президенте в правительстве Кеннеди, ставшем потом президентом США, были произнесены еще более едкие слова. Он, мол, с одинаковой помпезностью мог объявить репортерам, что собирается баллотироваться на президентский пост и что занимается сексом один раз в неделю. Жаклин приписала своему покойному супругу (правда, сразу отказавшись от этого слова), что тот якобы называл президента Франклина Рузвельта «шарлатаном» {16} .

Поэтому записи, согласно существовавшей тогда традиции, были засекречены на 50 лет, хотя, как оказалось, прямого распоряжения Жаклин Кеннеди на этот счет не было. По совместному решению Кэролайн Кеннеди, дочери Джона и Жаклин, и других членов семьи, по совету историков и юристов магнитофонные записи были рассекречены несколько ранее пятидесятилетнего срока и опубликованы в 2011 году.

Они дают ценную информацию о жизненном и политическом пути Джона Кеннеди, о его президентстве, о жизни и быте в Белом доме, о взаимоотношениях между супругами, о родных, близких и т. д.

Воспоминания о Джоне Кеннеди и его окружении оставили несколько сотрудников президента, которые затем, после его гибели, работали с его братьями. А один из этих сотрудников — всё тот же видный историк Артур Шлезингер — написал биографии Джона и Роберта Кеннеди. В них значительную часть информации составляют повседневные записи, которые автор, отлично понимавший, какую ценность для истории представляет первичная документация, вел изо дня в день на протяжении всей своей деятельности {17} .

Среди мемуарных источников особое место занимают воспоминания первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета министров СССР Н.С. Хрущева, где весьма интересны описания встреч с Кеннеди и оценки международных событий, в которых оба они принимали участие {18} . Не столь важна, но всё же представляет определенный интерес книга зятя Хрущева журналиста А.И. Аджубея, который был единственным представителем советской прессы, получившим интервью у Джона Кеннеди {19} .

Важные данные о ликвидации Кубинского кризиса осенью 1962 года и роли президента Джона Кеннеди и советского руководителя Н.С. Хрущева в предотвращении непосредственной опасности термоядерной катастрофы можно обнаружить в мемуарах А. Феклисова, являвшегося резидентом разведки КГБ (Первого главного управления КГБ) в Вашингтоне в то время {20} .

На основании всех этих источников, с учетом имеющейся литературы авторы попытались разобраться в том клубке политических и личных намерений, конфликтов, решений и действий, которые принимали и осуществляли Джозеф Кеннеди, его сыновья: президент Джон и братья президента Роберт и Эдвард.

Мы стремились представить их жизнь и деятельность разносторонне, отказавшись от существующих стереотипов, обратив внимание как на общественно-политическую и прочую публичную деятельность, так и на личные, в том числе интимные жизненные сферы.

Несколько слов следует сказать о структуре книги. Состоит она из четырех частей, каждая из которых посвящена одному главному персонажу. Однако участниками действий во всех частях являются и другие главные (а также второстепенные) герои — в той степени, в какой они логически связаны с основной линией изложения соответствующего раздела. В частности, детские и юношеские годы братьев Джозефа-младшего и Джона рассматриваются не в той части, которая посвящена именно им, а в первой части, рассказывающей о Джозефе Кеннеди-старшем — их отце. В следующих частях работы братья предстают уже в процессе общественного становления или как зрелые личности.

Мы сердечно благодарны руководству и коллективам архивов и библиотек, которые не только предоставили в наше распоряжение свои богатые фонды, но и оказывали дружескую помощь в розыске важных для нас документов. Мы глубоко признательны нашим коллегам и друзьям, которые в разных формах помогали нам в работе над этой книгой.

Фамилия Кеннеди в Соединенных Штатах очень распространена. Не столь широко, как, скажем, Смиты (почему-то кузнечная профессия — ведь smith —это кузнец — особенно зафиксировалась в фамилиях), но встречается часто. Связано это, вероятно, с тем, что существуют три крупные ветви этого рода, существенно отличающиеся своим происхождением и развитием, — английская, шотландская и ирландская.

Ирландская ветвь (основные значения слова — быстрый, живой, горячий) оказалась наиболее распространенной и удачливой, несмотря на то, что ее представители в подавляющем большинстве придерживались католической религии, которая до второй половины XX века не пользовалась в стране (особенно в центральных штатах и на западе) особым почетом. Дело доходило до того, что католиков не считали патриотами, упрекали в том, что они более привержены римскому папе, чем американскому народу. Эта псевдопатриотическая антиирландская истерия достигла особого накала в 1928 году, когда на президентский пост был выдвинут губернатор штата Нью-Йорк — ирландец и католик Эл Смит, которого обвиняли в том, что он служит якобы не своей стране, а «Антихристу в Риме».