Чтение онлайн

Взревел двигатель мотоцикла. На подножку «Панча» из кабины выбралась Аюта.

– Твое ружье не стреляет! – крикнула она.

В револьвере остался один патрон. Туран побежал вокруг грузовика, перескочил через тело Шакала. Мотоцикл быстро катил мимо холма, коляска подпрыгивала на кочках, Чеченя в седле низко пригнулся. Вскинув револьвер, Туран выстрелил, но мотоцикл сильно качнулся, и он попал в плечо, а не под левую лопатку, как хотел.

– Великое небо! – прошептала девушка сзади.

Бандита швырнуло на руль, мотоцикл вильнул и исчез за холмом. Еще несколько секунд Туран глядел ему вслед, не опуская разряженное оружие, потом обернулся. Аюта Чиорана, прижимая штуцер к груди, смотрела на мертвого Шакала.

– Я его убила, – сказала она. – Убила одним выстрелом.

– Ну да. – Туран шагнул к ней. – Ты же ему в грудь попала, да еще таким калибром. Конечно, убила.

Девушка перевела на него растерянный взгляд. Ружье, выскользнув из рук, упало.

– Осторожно, оно дорогое!

– Я никогда раньше не убивала, – пробормотала Аюта, не слушая. – Ни разу. Только видела, как другие… Карабан! – воскликнула она и побежала к авиетке. – Дядя, как ты?

Стараясь не глядеть на мертвого Шакала, Туран подобрал штуцер, повесил на плечо и побрел за девушкой. Руки дрожали, мысли путались, в голове еще гуляло эхо выстрелов.

Под авиеткой, привалившись к колесу, сидел небоход. Пуля попала ему в левую руку немного выше локтя, кровь бежала по запястью.

– Ничего, крошка! – бодрым басом пророкотал Карабан. – Подранило, но не смертельно, не хнычь.

Голову летуна украшала такая же, как у девушки, кожаная шапка, очки были сдвинуты на лоб. Морщинистое лицо, решительно выступающий подбородок, длинные седые усы – очень лихие, с закрученными кончиками.

– Я не хнычу, – сказала Аюта. – Я только…

– А чего ж бледная, как мочалка?

Завидев Турана, летун потянулся к автомату, лежавшему на земле рядом.

– Дядя, это друг.

– Чей друг? – прищурился Карабан. – Твой? Когда успели подружиться?

– Он не бандит, просто ползун, проезжал мимо, я его остановила, и он нам помог.

– А откуда знаешь, что не бандит? – спросил пилот, разглядывая Турана.

Авиетка показалась фермерскому сыну настоящим чудом техники: лакированные деревянные и хромированные металлические детали, туго натянутые тросики, стеклянный фонарь, винт… Погладив продырявленную дробью обшивку, Туран пояснил:

– Я фермер, ехал по своим делам. Ты сильно ранен? Могу отвезти к Знахарке или на ферму отца. Но лучше к Знахарке, у нее есть разные снадобья, она поможет.

Карабан покачал головой и медленно встал, опираясь на стойку шасси. Аюта взяла его за локоть, но летун отстранил племянницу:

– Карабан Чиора пока что может обойтись без помощи девчонки!

– Ты, дядя, все-таки такой… такой… – не договорив, девушка полезла в кабину. – Подожди, я достану бинт.

Придерживая пострадавшую руку, Карабан обошел авиетку, с озабоченным видом разглядывая фюзеляж. Аюта Чиорана вытащила из-под сиденья черную сумку и спустилась обратно.

– Ну хорошо, ползун, – сказал Карабан, остановившись перед Тураном. – Как, говоришь, тебя звать?

– Я не ползун, – буркнул Туран. – Вы, летуны, совсем неученые.

Карабан приподнял седую бровь.

– Разговорчики! – хмыкнул он. – Впрочем, понимаю, такое слово может быть обидным…

– Оно и вправду обидное. Ползуны – это такие твари, сразу и звери, и насекомые. Похожи на больших гусениц и живут в холмовейниках по всей Пустоши. Вы что, не знаете этого?

Небоходы переглянулись.

– Пикасы, – сказала Аюта. – Наверное, он про пикасов.

Открыв сумку, девушка достала бинт с лекарствами и велела дяде снять куртку.

– Пулю достанем в Крепости, – решила она. – Я пока только сделаю дезинфекцию раны и забинтую. Сядь.

Аюта свинтила крышку с плоской серебристой фляжки, которую вместе с бинтом вытащила из сумки. Карабан уселся прямо на землю и потянул носом воздух.

– Э, погоди, племяха! Мне и самому надо сделать дезинфекцию, изнутри. Дай-ка лекарство. – Скинув куртку, он закатал рукав свитера и отобрал у Аюты флягу.

– Дядя! – возмутилась девушка. – Ты же ведешь авиетку!

Карабан важно кивнул:

– Правильно, и она быстрее полетит, если пилот хорошенько заправится.

Аюта попыталась выхватить флягу, но дядя не отдал. Стащив с головы очки, он повесил их на сгиб локтя, сделал большой глоток и крякнул. Щеки его порозовели, седые усы встопорщились. Плеснув из фляжки на рану, летун стиснул зубы.

– Вот так! – Он вновь приложился к горлышку, вытер губы ладонью и протянул флягу Турану. – Хлебнешь, малец?

Тот покачал головой:

– Мне надо идти. То есть ехать. Меня ждут.

– Выпей, выпей, – настаивал летун. – Ты же с фермы, да? Фермерский сынок? Вряд ли тебе каждый день приходится стрелять в людей.

– Нет, он молодец, – возразила Аюта, бинтуя раненую руку дяди. – Если бы не он, тебя убили бы. И меня, наверное, тоже…

– Может, и так, – согласился Карабан, все еще протягивая фляжку. – Ладно, не робей, хлебни.

Из вежливости Туран взял флягу и, сделав маленький глоток, поперхнулся. Да уж, это не самогон и не вино, которое делают на виноградниках Ордена. Напиток для настоящих мужчин – крепкий, но без сивушного духа. Горло обожгло, он закашлялся. В голове зашумело, на глазах выступили слезы.

– Ага! – усмехнулся Карабан, наблюдая за ним. – Проняло с непривычки?

– Крепкое, – согласился Туран, разглядывая необычную флягу.

– Натуральный спирт.

– У нас такого не делают.

– Точно. Этими напитками балуются только в Московии да механики в нашей Крепости.