Шрифт:
Новость из космоса
Меня зовут Нелли Путц, мне девять лет и я – исполнительница особых поручений в космическом зоопарке на планете Буммердинг. И Юлиус тоже.
В смысле, мой лучший друг Юлиус – тоже исполнитель особых поручений в космическом зоопарке.
Наверное, вы не знаете, кто такие исполнители особых поручений и вообще не в курсе, что в космосе бывают зоопарки. Ничего страшного, раньше я тоже понятия об этом не имела!
Я могу запросто объяснить, кто такие исполнители особых поручений, это несложно. В общем-то, значение прячется в самом слове. Исполнителям особых поручений поручают всякие особые дела. А в космическом зоопарке только такие и бывают!
Там живут животные изо всех уголков Вселенной! Зачастую о зверятах мало что известно: идёт ли от них излучение, охотятся ли за ними межгалактические хищники, а может, у них встречается какая-нибудь редкая аллергия?
Известно ли вам, к примеру, почему антенна у шлумбо иногда мигает красным огоньком? Что делать, если кромотокель внезапно дематериализуется, то есть неожиданно исчезает у вас на глазах? Подобные вещи должны выяснять исполнители особых поручений.
Как мы стали исполнителями, я уже рассказывала в прошлый раз, а теперь расскажу о нашем первом поручении!
Две недели назад во вторник ничего особенного не происходило. Мы находились на Земле, я и Юлиус, сидели за одной партой на занятии у фрау Румянсен. На уроке проходили тему «Электричество».
Я точно помню, потому что фрау Румянсен спросила:
– Что можно сделать при помощи электричества?
Доминик поднял руку:
– Свет!
В этот момент в классе – честное слово! – стало гораздо светлее! Получилось так смешно, что даже фрау Румянсен рассмеялась, и её строгое лицо тоже осветилось. Обычно наша учительница кажется немного хмурой из-за слегка обвисших щёк, но иногда уголки её рта поднимаются вверх, а глаза вспыхивают весельем. Тогда у неё становится совсем другое, радостное, лицо, которое мне очень нравится.
Фрау Румянсен с радостным лицом подошла к окну:
– Интересно, что там так светится?
За окном летали какие-то разноцветные штуковины, а ведь наш кабинет располагался на третьем этаже! Они больше всего походили на летающие фонарики. Очень странно, правда?
– Смотри скорее! – прошептала я, толкая Юлиуса локтем.
– Ммм, – промычал он в ответ с улыбкой. И всё. Не подумайте, что Юлиус повёл себя странно. Наоборот, такое поведение для него вполне типично: мой друг мало говорит и много улыбается. То есть нет, не совсем так! Вообще-то он вовсе не улыбается, просто у него такое лицо – уголки рта чуть-чуть загнуты вверх.
У меня всё наоборот.
В смысле, не с улыбкой, а с разговорами. Я очень много болтаю. Из-за поправок. Когда я начинаю что-нибудь рассказывать, мне постоянно приходят в голову более точные слова, поэтому я сразу уточняю свой рассказ. А потом уточняю уточнение. В итоге получается, что я говорю слишком много и слишком долго.
Вот и теперь я всего лишь хотела сказать, что за окном третьего этажа летали светящиеся разноцветные штуковины.
(Поправка: не просто летали, а летали и толкались, словно дети у бассейна).
– Ух ты! Красота! Это же лазерное шоу! – закричал Тимо и уставился на фрау Румянсен. – Ты специально его заказала для урока про электричество?
Тимо до сих пор звал фрау Румянсен на «ты», словно новичок-первоклашка, хотя в четвёртом классе давно уже полагалось обращаться к учителям на «вы».
Фрау Румянсен снова улыбнулась:
– Нет, к сожалению, специально такой красоты я не заказывала. Даже не знаю, что это за штуки. Воздушные шары?
Она распахнула окно, и целая куча светящихся фонариков влетела в класс. Учительница перегнулась через подоконник, чтобы посмотреть, откуда они летят, а мы смотрели ей в спину. Штуковины по-прежнему залетали в кабинет: кружок, дуга, уголок…
Нет! Вовсе это никакой не уголок, а буква «л»!
Теперь я сообразила: это не шарики, не фонарики и не украшения для праздничной вечеринки! Нам пришло послание от директора зоопарка профессора Адамара Тюлля!
Конечно же!
На планете Буммердинг светящиеся буквы летают повсюду! Там нет ни мобильных телефонов, ни компьютеров. Они и не нужны, потому что все новости отправляются по воздуху цепочкой из летающих букв!
– Фрау Румянсен! – Я вскочила с места. – Нам прилетело сообщение из космоса!
Учительница обернулась. Увы, со строгим лицом.
– Нелли, не говори ерунды, пожалуйста! – сказала она.
Фрау Румянсен очень недоверчива, что мне в ней совсем не нравится. Она никогда не верит, если сказать, что не слышал звонок на урок или забыл дома тетрадку с домашкой. Даже когда это правда!
Нашу учительницу не переубедить. «Ну-ну!» – отвечает она неприятным голосом. Можно сколько угодно топать ногами и спорить: «Правда! Честное слово!» Ничего не поможет.
Так вышло и на этот раз, только в обратном порядке. Я выкрикнула:
– Это правда!
Фрау Румянсен сказала:
– Ну-ну! – и покачала головой, словно я несла полную чушь.
Светящиеся буквы кружили по классу. Фрау Румянсен задумчиво поскребла затылок и спросила:
– Откуда взялись эти шарики? Праздник лета, кажется, только завтра.
– Давайте я сбегаю во двор и посмотрю? – предложила Адриана, одна из моих двух почти самых лучших подруг.
– Я могу с ней сходить! – выкрикнула Мари, моя вторая почти самая лучшая подруга.
– И я! – подскочил Тимо, отчего Мари сразу скуксилась.