Чтение онлайн

Почувствовав сонливость, Секлетинья убрала телефон, вытянулась и уснула. Потому и не слышала, как бабуля активно вела переговоры и легла спать глубоко за полночь. А утром девушку разбудила трель будильника – ее ждала очередная консультация в школе.

День выдался особенно жарким. Клеточка вышла к воротам, забавно постукивая тяжелыми мотоботами, и поправила козырек кепки. Бабуля приучала ее носить головной убор и беречь кожу от солнца, но на этот раз девушка просто немного тянула время, чтобы полюбоваться потрясающей картиной – скучающий байкер у своего мотоцикла. Длинные ноги, обтянутые штанами, куртка с рисунком на спине, бандана – красная, в огурцах, и темные очки, с зеркальными стеклами. Просто рекламный постер – плохой парень, благоухающий чем-то пряным и острым!

– Доброе утро! – вежливо поздоровалась девушка.

– Снарягу надевай! – кивнул Соловей и открыл кофр, чтобы подать ей вещи.

Девушка без возражений надела куртку, которую держала в руках, с помощью мужчины упаковалась в перчатки и шлем, а после отдала ему кепку, очки и сумочку, чтобы убрать в кофр.

– Поедем быстро, у меня сегодня дела, – Горецкий был лаконичен, как всегда. – Во сколько освободишься?

– В час, примерно, – пожала плечами Секлетинья, – если отпустят раньше – наберу.

Мужчина молча сел за руль, и разговоры прекратились.

У школы девушка молча сняла экип, сложила в плотный сверток, который Горецкий просто пристегнул ко второму сидению и сразу отдал ей ее вещички из кофра. Потом одернула кевларовые джинсы и поспешила на занятия. Мужчина проводил ее взглядом и быстро выехал за пределы школьного двора. Дела у Антона действительно были – ему не терпелось узнать, кто это так нагло гонял его по всему городу? И только ли дочка Финна тому причиной?

Оставив девчонку в школе, он выехал на центральную улицу и щелкнул языком, выводя телефон на голосовой набор:

– Алехан, день добрый! Что по вчерашнему шлейфу?

– Добрый, добрый, или как посмотреть, – отозвался старый друг, – приезжай, это лучше лично.

– Уже, – отозвался Соловей, круто сворачивая к гаражам, спрятанным в неудобном для застройки холме. – Встречай!

Гаражный кооператив отделяли от дороги солидные ворота с будочкой охранника. Увидев знакомый байк, охранник нажал кнопку, впуская гостя. Сбросив скорость, Горецкий прокатился мимо потрепанных жизнью металлических дверей, кое-как выкрашенных серебрянкой, и остановился у приоткрытой такой же двери, украшенной силуэтом мотоцикла. Поставил своего «коня» на подножку, и снял шлем.

– Привет! – из гаража выглянул плотный приземистый крепыш с короткой пшеничной челкой.

– Привет! Пригласишь?

– Конечно! Ребята в разгоне все.

Алехан приветливо распахнул ворота, позволяя вкатить приметный байк внутрь.

Гараж был просторным. От старой постройки советских времен остались только передние стены со страшными воротами. Внутри же все было переделано. Никаких погребов и кучи хлама – аккуратно забетонированный пол, стеллажи с инструментами и деталями, стойки для мотоциклов и даже специальный отсек для аэрографии.

А еще тут был стол с кофейной машиной, чайником, микроволновкой и приличным запасом еды. Жена Алехана – настоящая восточная красавица, никогда не выпускала его из дома без сумки с мантами, беляшами, лепешками и прочими радостями восточной кухни.

– Чай? – блондин знал вкусы друга.

– Покрепче, – Соловей поежился, – морозит отчего-то.

– Ты не заболел? Жара стоит!

– Устал, наверное. Финн полночи в скайпе висел, договоры сверяли. Так что там по хвосту?

– Мы этих молодчиков вчера запутали слегка, потом прижали. Пришлось Димону звонить, чтобы в обезьяннике подержал. Однако капризные мальчики из той «хонды» и часа в предвариловке не провели!

– Быстро! – Горецкий принял кружку красноватого от крепости чая, и с удовольствием принялся таскать чак-чак, лежащий на расписном фаянсовом блюде.

– О чем и речь. Причем звонил на их счет типчик из администрации… Ты его знаешь, погоняло «Рататуй».

Соловей хмыкнул. Изящно замаскировали слово «крыс», но суть не поменялась. Мелкий чиновник был посредником для тех, кто не хотел светиться на мелких делах, но имел свой интерес.

– Значит слежку отпустили, а тебе не звонили?

– Мне нет, – дернул углом рта Алехан, – а вот Зуле… Дядюшка позвонил, побранил, что мужа плохо дома кормит, раз он на дороге разбоем занимается.

– О, как! – Горецкий аж подпрыгнул на высоком табурете, – а диаспора то тут причем?

– Думаю тут конкретно дядю попросили, – пожал плечами Алехан, – но очень быстро.

– Да, я оценил, – забыв про сладости, Соловей цедил чай и думал. Финн ночью снова напомнил ему про Каменского, про интерес к бизнесу и кое-чему еще. Что если это действительно не только помощник депутата воду мутит, но и мэр пытается отследить… – Так, мне пора! Всех посылай лесом, а дядюшке передай, что похищения невест уже вышли из моды. И если ему предложат поучаствовать… пусть лучше откажется!

С этими словами Горецкий выкатил байк из гаража, натянул шлем, и дал газу.

В школу Секлетинья вошла привычно, не глядя по сторонам. Поздоровалась с охранником, дядей Гришей, и громыхая тяжелыми ботами зашла в раздевалку. Летом тут не было гардеробщицы, но оставались ряды крючков и стойка с ящиками для обуви.

Оставив тяжелые ботинки в пакете, девушка с облегчением натянула балетки и поспешила к лестнице на второй этаж. Возле нее стояли незнакомые девушки в цветастых платьях и в платках на голове. Увидев Клеточку, они посторонились, пропуская, а потом ей в лицо прилетела струя холодного газа, сладко пахнущая чем-то ванильным, и все вокруг потемнело.

Очнулась Секлетинья от мучительной жажды. Голова кружилась и болела, во рту была Сахара, а руки и ноги почему-то ныли, словно она весь день занималась танцами без передышки. А еще беспокоил запах. Совсем не пахло ни бабушкиными духами, ни цветами из сада, ни любимым гелем для стирки. Приоткрыв глаза и тихонечко застонав, девушка долго хлопала глазами, разглядывая висящий на стене ковер. Потом медленно поднялась, не веря своим глазам. Узкая, как пенал комната вся была устлана шерстяными коврами. Даже странное возвышение, на котором она лежала тоже укрывал ковер. Рядом стоял низкий столик, а на нем прозрачный кувшин с водой и стакан.

Конец ознакомительного фрагмента.