Чтение онлайн

Вторично за сегодняшний день я разинул рот, едва Перес включил свет. Первое, что меня поразило, — шелк и кожа. Шелк, по большей части красный, но кое-где и бледно-желтый, украшал стены, потолок и был натянут на кушетки. Кожей же были обтянуты девушки и женщины на фотографиях и картинах, занимавших треть поверхности стен. Куда ни глянь, везде обнаженная кожа. Бледно-желтый ковер, от стены до стены, тоже был шелковый. Комната поражала размерами. Двадцать пять футов в ширину, а в длину — весь дом. Окон не было. Изголовьем к правой стене, ближе к центру, стояла квадратная кровать со стороной в 8 футов, покрытая бледно-желтым материалом. Поскольку это был любимый цвет Вульфа, я пожалел, что он не пришел сюда со мной. Я принюхался. Воздух был свежий и ароматный.

Поверхностей, на которых могли остаться отпечатки, было немного: два стола, телевизор на консоли, полочка с телефоном. Я повернулся к миссис Перес.

— Вы убирали тут после воскресного вечера?

— Да, вчера утром.

— Где дверь на лестницу?

— Здесь нет лестницы.

— Лифт — единственный способ подняться сюда?

— Да.

— Как долго здесь все это?

— Четыре года. С тех пор, как он купил дом. Мы здесь два года.

— Как часто он сюда приходил?

— Мы не знаем.

— Знаете, коль каждый день убираете тут. Как часто?

— Раз в неделю. Может, чаще.

Я повернулся к Пересу.

— Зачем вы его убили?

— Я? Нет… — он полуприкрыл один глаз.

— Кто это сделал?

— Не знаем, — сказала его жена. Я не обратил на нее внимания.

— Послушайте, — сказал я Пересу. — Я не хочу выдавать вас без крайней необходимости. Мы с мистером Вульфом предпочли бы оставить вас себе. Но если вы не станете нам помогать, у нас не будет другого выхода, а времени нет. Полиция может снять отпечатки с брезента, которым было прикрыто тело. Я знаю, что Еджер был убит в этом доме. Если хоть один из тех отпечатков совпадет с вашими, пиши пропало. А поскольку он был убит тут, кое-что вам известно. Что же именно?

— Фелита? — обратился он к жене. Она посмотрела на меня, ее колючие черные глаза пронизывали меня насквозь.

— Вы частный детектив, — сказала она. — Вы говорили мужу, что зарабатываете этим на жизнь. Мы вам заплатим. У нас есть немного денег, сто долларов.

— За что вы мне заплатите?

— За то, что вы станете нашим детективом.

— И что я должен расследовать?

— Мы вам расскажем. Деньги у нас внизу.

— Дайте мне сперва заработать их. Хорошо, я ваш детектив, но могу уйти в любое время, если, например, решу, что это вы или ваш муж убили Еджера. Что же мне расследовать?

— Помогите нам. Вы говорили об отпечатках. Я ему сказала, чтобы надел перчатки, но он не послушался. Мы не знаем, откуда вам так много известно, но представляем, что случится, если вы расскажете об этом деле полиции. Мы не убивали Еджера, мы не знаем, кто это сделал. Мой муж положил его тело в котлован потому, что мы были вынуждены так поступить. Когда он пришел в воскресенье вечером, то велел мужу сходить в магазин Мондорса и купить кое-чего: икры, жареного фазана и другой еды, и когда муж вернулся, Еджер был уже мертв. Его тело лежало здесь, на полу. Что нам оставалось делать? То, что он посещал этот дом, было тайной. А если б мы позвали полицейского? Ясно, что случилось бы тогда. Поэтому мы хотим, чтобы вы нам помогли, и заплатим. Может, больше, чем сто долларов…

Она резко обернулась. От лифта донесся шум: лязг и легкое, едва слышное шуршание.

— Лифт опускается, — сказал Перес — Кто-то там, внизу.

— Ага, — согласился я, — А кто?

— Не знаем, — проговорила миссис Перес.

— Тогда поглядим. Оставайтесь на месте, оба, — я вытащил «морли».

— Это полисмен, — сказал Перес.

— Нет, — ответила его жена. — У него не может быть ключа. Мы взяли ключи мистера Еджера себе.

— Замолчите, — велел я им. — Если уж я ваш детектив, делайте, что я говорю. Не двигаться и не болтать.

Мы стояли лицом к лифту. Я отодвинулся к стене и прижался к ней спиной на расстоянии вытянутой руки от железной дверцы. Поскольку посетителю пришлось вызывать лифт сверху, он должен был знать, что тут кто-то есть, и мог выйти из лифта с пальцем на спусковом крючке. Снова раздался мягкий шум, потом щелчок. Дверь открылась, и появилась женщина. Она стояла спиной ко мне, лицом к миссис Перес.

— Слава Богу, это вы, — сказала она. — Я так и думала.

— Мы вас не знаем, — ответила миссис Перес.

Но я-то ее знал. Я сделал шаг и увидел ее профиль. Это была Мэг Дункан, которую я видел на прошлой неделе со своего места в пятом ряду, когда она играла главную роль в пьесе «Черный ход в рай».

Мэг Дункан бросилась на меня, словно пещерная женщина на своего или чужого мужчину десять тысяч лет назад, растопырив когти и разинув рот, чтобы укусить. У меня было два варианта действий: либо отбежать подальше, либо сблизиться вплотную. Я выбрал второй, увернулся от когтей, прижал ее к себе, развернул и ухватил сзади за руки. Она тяжело дышала. Видимо, я причинил ей боль, потому что в правой руке у меня был пистолет и рукоятка сильно вдавилась в ее кисть. Когда я отпустил ее, чтобы сунуть «морли» в карман, женщина не двинулась, и я сделал шаг назад.

— Мне известно, кто вы, — сказал я. — На прошлой неделе я видел ваше шоу, и вы были великолепны. Я не полицейский, а частный детектив. Работаю на Ниро Вульфа. Когда переведете дух, расскажете, зачем пришли сюда.

Она медленно обернулась.

— Вы сделали мне больно.

— Не извиняюсь. Встряска и синяк на руке — пустяки по сравнению с тем, что было у вас на уме.

— Так вы и есть Вульфов Арчи Гудвин?

— Нет, я свой собственный Арчи Гудвин, доверенный помощник Ниро Вульфа.

— Я о вас слышала и знаю, что вы джентльмен, — она протянула руку, чтобы коснуться моего рукава. — Я пришла сюда забрать принадлежащую мне вещь. Я ее возьму и уйду, хорошо?

— Что это за вещь?

— Портсигар с моими инициалами.

— Как он сюда попал?

Она попробовала улыбнуться так, как леди улыбается джентльмену, но это была жалкая потуга. Актрисе полагается держаться лучше, даже в таких обстоятельствах.

— Разве это важно, мистер Гудвин? Портсигар мой, я могу даже описать его. Чистое золото с изумрудом в одном углу и моими инициалами в другом.