Чтение онлайн

— Сигурд, — перебил пламенную речь соплеменника Родгар, — ты забываешься. Не ты вожак племени, и не твои деды и прадеды жили здесь, не они шаг за шагом вели племя к свету и достатку. Ты чужак нам, и должен радоваться, что наши отцы. Приняли твоего отца, как брата, когда он подыхал с голода в болотах, не зная куда идти, когда готов был съесть твою мать, только лишь для того, что бы остаться самому живым. Мы приняли их, дали им кров и пищу. Ты первый, среди них, кто получил имя и стал одним из нас. Ты не можешь судить не то, что бы меня, но даже моего раба.

— Слышите, люди, как он заговорил? Он своего раба ставит выше нас, его соплеменников. Может потому, что твой раб сбежал вместе с твоей дочерью? Или может это она увела его из деревни? А скоро и ты, со всем своим выводком отправишься вслед за ними? Может этот раб рассказал тебе дорогу в страну солнца. И ты теперь желаешь уйти туда один, без нас?

Толпа шумела, слышались возгласы, как в поддержку Сигурда, так и в защиту Родгара, среди толпы сновали сыновья Сигурда, они подначивали народ.

— Люди, опомнитесь, — Родгар занял место Сигурда на камне. — Сколько лет я вёл вас. Сколько лет до этого мои отец, дед и прадеды вели вас. Вспомните, всё, что мы обещали, всегда исполнялось, и на этот раз всё исполнится. Я обещал вам, что уведу вас в страну солнца, и что наш народ будет править там. Я исполню своё обещание. Нужно только лишь немного терпения. Ученик должен стать настоящим мастером, чтобы нанести на клинок недостающий орнамент, и вдохнуть в него силу. Только мастер на это способен, а иначе он может испортить всё.

— Так, где этот мастер? Почему тот раб, которого ты так уверенно выдаёшь за будущего мастера. До сих пор не обучился мастерству? Нет, люди, причина в другом. Просто Родгар не хочет осознавать. Что он уже ни кто, что у него уже не рождаются сыны, для продолжения рода. Именно поэтому, он решился этим летом дать имя тому рабу, он хочет сделать его одним из нас, только лишь для того, что бы выдать за него замуж свою дочь и хоть немного задержаться во главе племени. Но его род уже иссяк, это очевидно каждому. Нам нужно выбирать нового вожака, нового главу племени, такого, чей род ещё только в самом рассвете.

— Не тебя ли Сигурд!? — Родгар в ярости посмотрел на соперника.

— Может и меня, у меня в отличие от тебя рождаются только сыновья, это первый признак молодости рода.

— Не было во главе нашего племени ещё чужаков, и никогда не будет! — Воскликнул Родгар.

— Люди! — Закричал вновь Сигурд, — наш вождь, вновь хочет обмануть нас, он называет меня чужаком, меня, родившегося в этой деревне, меня, взявшего в жёны одну из ваших сестёр, а сам хочет выдать свою Сингу, за раба, и поставить его во главе племени, после себя!

— Родгар, это правда!? — Послышались возгласы из толпы.

— Родгар, где мальчишка и твоя дочь!? — Спрашивали другие.

— Люди, я не знаю, где они, но я знаю одно, никогда не станет во главе нашего племени чужак, не было такого и не будет.

— Это не ответ Родгар, на все вопросы, — Сигурд подбежал вновь к камню. — Где тот клинок, за которым мы ходили в лесную деревню? Может ты уже продал его?

— Да, Родгар, покажи его! — Закричали из толпы.

— Люди, это священный клинок. И он действительно сделает наше племя самым могущественным, среди всех племён поднебесья. С этим клинком мы завоюем страну солнца, и больше никогда не будем мёрзнуть в этих снегах, и гнить в этих болотах. Мы будем жить счастливо, и наслаждаться солнцем, так как жили наши далёкие предки. Только нужно закончить работу над ним, и вдохнуть в него силу.

— Так, покажи нам его, Родгар, — не унимался Сигурд.

— Хорошо, я сейчас покажу вам его, — согласился вождь, — Вильга, — обратился он к жене, — принеси сюда клинок.

Женщина кивнула головой и ушла, а через некоторое время вернулась с бережно завёрнутым в соболью шкуру мечом, передала его мужу, тот принял ношу, развязал тесёмки и достал клинок. Меч заиграл серебром в лучах висевшего над самым горизонтом солнца.

— Вот он, смотрите. — Родгар поднял клинок над головой.

— И что тут ещё не доделано? — Заискивающе спросил Сигурд, — дай-ка я поближе посмотрю.

— Возьми, посмотри, если ты что-то в этом понимаешь, — вождь протянул бунтовщику меч.

— Может, я и не понимаю, в технике нанесения узоров на клинок, но зато я хорошо понимаю, как с этим клинком нужно управляться! — Воскликнул Сигурд и, выхватив из рук Родгара меч, вонзил его по самую рукоятку в живот противника. — Вот так!

— Что ты наделал глупец? — Только и смог простонать Родгар, — ты пролил кровь соплеменника, значит, ты пролил собственную кровь. Я проклинаю тебя и весь твой род! — Выкрикнул он с последним вздохом, и, обмякнув, упал возле камня. Толпа замерла, а крик Родгара пронёсся над хижинами, всколыхнул воздух, невероятной силы порыв ветра, поднял столб снега, закрутил его, столб пронёсся по всей деревне, срывая крыши с хижин, поднимая и бросая на землю людей и унося вдаль мелкие вещи.

Лицо Сигурда исказила гримаса ненависти и злобы, он выдернул меч из тела, осмотрелся по сторонам, люди в ужасе разбегались с площади, смерч выхватывал из толпы детей и женщин, поднимал их высоко над землёй, и бросал назад. Мало кто оставался живым после такого полёта, над хижинами, с которых были сорваны крыши, поднимался огонь пожара. Занялись хижины Родгара и Сигурда. Рядом с бунтовщиком упало тело ребёнка, он подошёл к нему, хотел пнуть ногой, но остановился, в теле было, что-то знакомое. Мужчина склонился над ним, перевернул лицом вверх. На него смотрели широко открытые глаза его мёртвого младшего сына.