Чтение онлайн

Не понимая, чего ему нужно, я остановилась. Гном, отодвинув полы моего плаща, похлопал руками по бокам, спустился на бедра.

— Э-э-э, — оторопело выдала, отступив назад. — Ты что творишь?! Лапы убери!

— Я же сказал: не дергайся! — рявкнул он.

— А ты граблями за меня не хватайся! Жену свою щупать будешь! — взвилась я. Сквозь доспехи прикосновения не ощущались, но сам факт обыска, без хотя бы формального разрешения с моей стороны, вызывал раздражение и агрессию. Гномы и так уже многое себе позволили, к примеру, те же кандалы. И если я дальше продолжу изображать из себя безропотную жертву, то оглянуться не успею, как за меня уже все решат и на местные рудники сошлют.

— Сдалась ты мне больно, страхолюдка! — с неподдельным презрением скривился чернявый. — Стал бы я добровольно об тебя руки марать!

Не выдержав, я уже замахнулась, сцепив скованные руки в замок, как мастер Норри сделал пару шагов и встал между нами.

— А ну, спокойно! — громыхнул он. — Ты, клиричка, стой смирно, а не брыкайся, как норовистая лошадь, ничего неприличного тебе не сделают. А ты, Орин, перестань губы кривить, лучше заканчивай дело.

Глубоко вздохнув, с трудом подавила раздражение и желание сцепиться с чернявым. Надменно вздернув подбородок, я замерла неподвижно. Гном быстро закончил обыск, выудив из-за голенища сапога нож, и, похлопывая лезвием по руке, отошел подальше.

— Больше ничего не нашел, — сообщил он мастеру. — Правда, она могла чего за бригантину спрятать.

«Ах ты гад!» — хотелось мне воскликнуть, но я сдержалась, лишь негромко зашипела.

Норри кивнул черноволосому, затем поднял другую цепь, лежавшую у стены, перекинул через оковы и, ухватив за свободные концы, сделал из нее поводок.

— Вот что, клиричка, — жестко проговорил мастер, глядя мне в глаза, — хватит характер показывать — не у себя в храме. Здесь твое брыканье сошло с рук. А когда пойдем к советнику, один лишний шаг в сторону или одно неверное движение, и стража тебя мгновенно на фарш топорами изрубит. После того, что люди здесь устроили, отношение к вам, мягко говоря, плохое. Тебе вообще не стоило у нас появляться, но, раз уж так получилось, веди себя тихо. Вдобавок я поручился за тебя, и, если что-нибудь выкинешь, от меня же первого и получишь. Это ясно?

Я кивнула; куда уж яснее.

— Твою дальнейшую судьбу решит советник. И какой она будет — во многом зависит от твоих ответов, поведения и моего к тебе отношения. Это, надеюсь, тоже ясно?

Я вновь кивнула.

— Хорошо. А теперь пошли.

Гном поудобнее перехватил концы цепи, дернул, заставляя меня встать рядом с собой, и двинулся по тоннелю. Дарин с факелом пошел позади.

Шли мы долго, тоннели не менялись, иногда какие-то отнорки уводили в сторону. Но в основном это был ровный коридор, направление которого знали лишь сами гномы. Шли молча, и поэтому времени для размышления над ситуацией было предостаточно.

Думы были безрадостные и весьма противоречивые. Больше всего пугала неизвестность, я не знала, что меня ждало у советника. Впрочем, судя по словам мастера, ничего хорошего не светило. Похоже, в этом мире люди успели повоевать с гномами. И меня как человека приплетут сюда, заодно. Я — человек, а значит — виновна. Пытаться объяснять, что я здесь ни при чем — бесполезно. Хотя если встать на место гномов, у которых пострадали ближние, то их можно понять. Тогда действительно они со мной мягко обошлись. К тому же, судя по их оговоркам, стража здесь из разряда «сначала бьет, а потом спрашивает, кто такой», если не сказать — сначала убьет и уже потом спрашивает.

Теперь мне становились понятны враждебные взгляды гномов, хотя и я особую любовь к ним после камеры и кандалов не испытывала. А вот отношение самого мастера Норри непонятно, хотя за некоторую доброту следовало быть признательной. Только что-то благодарности, несмотря на понимание, во мне до сих пор не наблюдалось. Да и откуда ей взяться, ведь отношение ко мне здесь уже предвзятое, а моя судьба зависит только от прихоти таинственного советника. Пока я беспомощна, как котенок, и от опрометчивых действий, которые могу совершить по незнанию, не спасут ни сильное тело, ни знания, запертые в голове.

Через какое-то время однообразный тоннель сменился широким освещенным коридором, стены которого украшала резьба, барельефы с изображениями каких-то батальных сцен и чего-то еще. На пути встречались группы гномов, спешащих по своим делам. Они окидывали меня напряженными взглядами.

Выйдя из коридора, мы оказались в просторной пещере, где потолок опирался на многочисленные колонны, терявшиеся в темноте. Пока шли, я крутила головой по сторонам и поражалась грандиозному творению гномов. Рассматривала все, что попадало в поле зрения: резные постаменты колонн, стоящие вдали статуи, стелы и даже фонтан.

Миновав пещеру, вновь свернули в коридор, у входа в который стояли стражи — серьезные мужчины в чешуйчатых панцирях, в шлемах, закрывающих лицо маской, руки и ноги, естественно, тоже в железе. Даже латные перчатки усилены небольшими шипами. На поясах у них висели боевые молоты [12] , с пикообразным навершием и двусторонним бойком — серьезное оружие. Раз получишь таким, даже вскользь — и вот тебе перелом со смещением. Вдобавок в руках они сжимали укороченные алебарды [13] .

Пройдя мимо, я ощутила на себе цепкие взгляды стражников. Да… Мне действительно повезло, а то попадись к таким — и конец котятам. У входа чуть замешкалась, и мастер Норри так дернул за цепь, что браслеты кандалов врезались в запястья. Я едва не взвыла от боли. Проскочив разделяющие нас полтора шага, мгновенно оказалась рядом с ним.

— Еще раз отстанешь, руки вырву, — пообещал он тихо. — Не на прогулке.

Ничего не ответив, украдкой стала потирать кисти.

Пройдя еще несколько залов, мы остановились перед дверями, возле которых стояли еще четверо стражников. Эти, в отличие от других гномов, были высокими, едва ли не с меня ростом, с квадратными плечами. С таким в бою сцепишься — на могильной плите напишут: «Попал под танк». Интересно, как же с ними люди-то поцапаться умудрились? Глянешь на таких — и сразу желание воевать пропадает, чувствуешь покой и умиротворение.

Мастер Норри остановился, огладил бороду, кинул внимательный взгляд на Дарина, державшегося всю дорогу у меня за спиной.

— Подожди здесь, — бросил ему и, повернувшись ко мне, сказал: — Зайдем в зал, сразу же становись на колени и склоняй голову. И не вздумай подниматься на ноги, иначе стражи одним махом тебя укоротят. Отвечай, когда спросят, а в остальное время даже пикнуть не смей. Поняла?

Я в упор посмотрела на гнома. Я бы и дома в подобной ситуации уперлась, а теперь бунтарская жилка ощущалась во мне все сильней. Никак не хотелось смиряться с приказами. От моего взгляда Норри перекосило, и он прошипел сквозь зубы: