Чтение онлайн

ДЕНЬГИ НА ВЫБОРЫ.

Все важные файлы были надежно сложены здесь.

Прикоснувшись к своим бриллиантовым серьгам, я дважды постучала по ним, включив скрытую в них камеру, и записала информацию о файле, переворачивая страницу за страницей.

Мои руки вспотели и дрожали, поскольку страх быть пойманной заставил мое тело дрожать. Я почувствовала, как пот стекал по моей шее и лбу.

Еще через пять минут я закончила записывать последний файл и сразу же разложила стопку в том порядке, в котором они были раньше, и закрыла ящик, снова щелкнув по календарю.

Я выключила камеру одним касанием и встала, чтобы как можно скорее покинуть офис, пока меня кто-нибудь не увидел.

Но когда я была уже у двери, то услышала приближающиеся внизу тяжелые шаги.

Мгновенный страх и напряжение схватили меня за горло, отчего мне стало трудно дышать.

Черт.

Оглядевшись по сторонам, я тут же бросилась на кухню и схватила ближайший стакан, наполняя его водой.

Как только я обернулась, то вскрикнула от удивления, когда в дверном проеме появилась чья-то тень.

Люцифер вышел из тени, залитый лунным светом, который заглядывал в окна. Он одет в спортивные штаны и черную футболку, руки засунуты в карманы, выражение его лица оставалось нейтральным.

Я сделала все, что в моих силах, чтобы не показать ему своих беспорядочных эмоций, пока между нами затянулась тишина.

Он видел меня?

Заметил ли он, что меня долго не было?

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, приближаясь ко мне.

— Я просто зашла за водой, — прошептала я, держась одной рукой за мраморный столик и чувствуя, как мои ноги превратились в желе.

— На твоем прикроватном столике есть вода. — Блядь. Блядь. Блядь. — Зачем ты на самом деле здесь? — я уже почувствовала раздражение в его тоне, когда он возвысился надо мной.

Я отвернулась от него, придумывая все возможные предлоги, чтобы выпутаться из этой передряги.

Если он узнал бы, всему будет конец.

— Мне просто нужно было немного побыть наедине с собой после прошлой ночи.

— Я думал, ты этого хочешь. Ты была единственной, кто так сильно умолял об этом, — пробормотал он, когда я почувствовала, как его грудь прижалась к моей спине, а руки собственнически обвились вокруг моей талии.

— Просто… Я знаю, что должна тебя ненавидеть. Я действительно ненавижу тебя, но когда я с тобой, ты заставляешь меня сомневаться в своем решении. Ты заставляешь меня сомневаться в том, что у нас есть, хотя ты предавал меня снова и снова, — едва слышно прошептала я, закусывая губу.

Предполагалось, что я должна придумывать оправдания, а не изливать свои эмоции, которые были похоронены глубоко в моем сердце давным-давно.

Схватив за плечи, он развернул меня, чуть не заставляя выронить стакан, который я крепко сжимала, когда его злобный взгляд встретился с моим. Но было и что-то еще… что-то грубое и редкое.

Боль.

— И ты никогда не предавала меня? — закипел он.

От его хриплого голоса у меня по спине пробежали мурашки.

Я нахмурилась в замешательстве.

— Когда это я тебя предавала? Я не была той, кто лгал, напивался и обкуривался. Я не была той, кто обещал фальшивые мечты. Я не была той, кто изменял нашим отношениям, которые я боготворила. В этом был весь ты! — громко закричала я, выплескивая всю сдерживаемую ярость.

Мои глаза заблестели при мысли об этих лживых воспоминаниях.

Все это были душераздирающие кошмары, замаскированные под прекрасные сны.

— Ты разорвал мое сердце, мою душу, и все же я все еще любила тебя. Я была рядом, черт возьми, ради тебя. И что ты сделал, кроме того, что был эгоистичным мудаком?

Линия его подбородка дрогнула, а ноздри раздулись, когда я задела за живое.

Я хотела, чтобы ему было больно.

Я хотела причинить ему боль.

Возможно, он и не мог чувствовать мои страдания, но я хотела, чтобы он почувствовал хоть немного этого.

Я хотела, чтобы он почувствовал то, что чувствовала я с того дня, как он бросил меня.

Чувствуя себя храброй и наслаждаясь тем, что он страдал изнутри, я выпалила слова, которые хотела бы взять обратно.

— О да, я помню. Ты был слабым мальчиком, который трахался со всеми подряд после смерти своей матери. Мальчик, которого избил его отец, чего, я уверена, ты заслужил за то, что был таким гребаным мудаком. Хорошо, что твоя мать умерла, иначе она не смогла бы вынести разочарования, которым оказался ее сын.

Я тяжело дышала, мои зубы стучали от ярости, бурлящей в моей крови.

Но когда я заметила, что все его тело стало неподвижным, как статуя, я поняла свою ошибку.

Он замер, и выражение его лица не выдавало никаких эмоций.

Нет.

Я была настолько отравлена яростью, что не смогла контролировать свои слова, настолько ослеплена местью, что не смогла узнать человека, который выплевывал эти слова, как ядовитая змея.

Черт. Что я наделала?

Мы оба на мгновение замерли, когда я заметила проблеск ярости в его темнеющем взгляде.

Мои руки задрожали, когда я поставила стакан на стойку, и когда встретилась с ним взглядом, я увидела, что он смотрел на меня сверху вниз с убийственной яростью в глазах. Я и раньше видела его сердитым. Но не таким.

Никогда таким.

Он выглядел намного опаснее, чем Аид, и впервые я по-настоящему испугалась Люцифера.

— Я… я не это имела в виду. Мне так жаль, Люцифер, — прошептала я.

Боясь еще больше спровоцировать его своими словами, я пыталась дотронуться до его груди, но он тут же остановил мою руку и сжал запястье.