Чтение онлайн

— Эта может, — согласился хевдинг.

— Но удовольствия от насилия не получил.

— А потому, что все вообще было непра¬вильно. Не надо было зрелище это устраивать. Поза¬бавили только толпу. С бабой драться как? Усту¬пать ей, или бить насмерть?

— Так вызвала же она, что же мне надо было делать — отказаться? Скажет, трус, — на лице Ис¬герда появилось недоумение.

— Я тоже сначала так думал, — согла¬сился Ингмар, — а сейчас понял — надо было отта¬щить ее в сторону, да и надрать задницу хорошенько.

— Задним умом все сильны, — протя¬нул побе¬дитель поединка, — но знаешь, нравится она мне, как-то по-особенному. Взял вот сам да и отдал ей платье, что вез Гудрун на свадьбу. Даже сам не знаю, что меня дернуло. Чувствовал себя виноватым, что ли…

— Ну и как она?

— Даже не понял, все равно плачет. Но платье одела — стала совсем другой. Намного красивей, идет ей женское…

— Ну, она и в штанах ничего.

— Нет, в мужском совсем не то. Она как буд-то расцвела.

— Расцвела после того, как ты ее зало¬мал, — улыбнулся Ингмар, — небось навалился как зверь, после того, как на поединке получил пинок под зад¬ницу.

— Нет, я старался обращаться с ней не грубо, но она со¬противля¬лась изо всех сил.

— Вон как баб брать надо, учись, — и Ингмар указал в противоположную сторону от костра.

Там, на могучих коленях Гуннара, си¬дела ма¬лышка Верейка. Парочка играла на кулаки. Взмахи¬вали в воздухе сжатым кулаком три раза, а на четвер¬тый надо было изобразить или кожу или нож¬ницы или камень. Кожа оборачивает камень, ножницы режут кожу, а камень бьет ножницы. Взмахнули три раза и развернули кулаки. Гуннар показал кожу, а ма¬лышка — ножницы. Тогда великан принял напряжен¬ную позу и даже зажмурил глаза. Верейка с размаху дала ему сильный подзатыльник. Стали играть дальше. Но в этот раз Гуннар показал камень, а его пленница нож-ницы.

— А, — закричал викинг, — камень бьет нож¬ницы!

С недовольным видом девушка тоже напря¬глась и зажмурила глаза. Громила нежно, на¬сколько мог, поцеловал ее в щечку.

— Да, забавная парочка, — согласился Ис¬герд, — нашли общий язык, не то, что мы.

— И вы найдете, пройдет время.

— Надеюсь. Мне как-то приятней все же, ко¬гда женщина относится ко мне с симпатией, — сказал Исгерд, вставая. На душе у норманна после этого ко¬роткого разговора стало легче, и он решил, что через часок заберет Дануту на праздник.

Подойдя к кораблю, Милана увидела под¬ругу, привязанную к мачте. Данута была в ужас¬ном настроении. Но на ней был роскошный наряд — пода¬рок ее хозяина. Милана развязала ее и обняла.

— Глупышка, не послушала меня! Ну и какой результат?

— Он меня изнасиловал! Я его нена¬вижу! — захлебывалась от слез красавица на груди у подруги.

— Ну, что я тебе и говорила? Ты сама его уни¬зила перед всей этой бандой. Я бы сама на его месте так же поступила. Сильно гордая ты, и негибкая. Не¬медленно прекращай войну, а то будешь сидеть все время на привязи. Девственности нет? Ну, и слава богу. Не нравится он тебе, так хоть притворись. Но вот что меня удивляет! Мозги хоть немного у тебя есть? Ведь тебе достался самый красивый викинг среди всей этой своры. И он влюблен в тебя! Ну неу¬жели нельзя дождаться подходящего момента и сбе¬жать! — отчитывала подругу Милана.

— Тебе хорошо рассуждать, тебя не на¬силовали!

— Подумаешь, изнасиловал! Но не избил, а ты как его позорила во время боя? Он же не мог с то¬бой в полную силу сражаться, боялся поранить, сильно ударить. А ты уже и рада стараться, показала хитроумные приемчики Полонеи. Вот и он с тобой рассчитался. Ведь он тебя победил, значит, это ты слово не сдержала. А может и к лучшему, что он с тобой не возился, немного обломал для твоей же пользы. Ты подумай, что Верея вытерпела. А она не воет как белуга. И меньше тебя чуть ли не в два раза!

— Я тоже не вою, — примирительно сказала Данута. Она начала успокаиваться. Где-то в глубине души она понимала, что Милана права.

— В общем, или ты миришься с ним, хотя бы для вида, или я на тебя очень обозлюсь. Бирке не за горами, надо, чтобы мы не оказались на невольничьем рынке, выставленные как скотина на продажу. Если не хочешь о себе позаботиться, подумай о нас.

— Ладно, Милана! Извини, что не послушала. Сделаю, как ты скажешь. А какой ты план составила?

— Скажу, когда помиришься со своим хозяи¬ном. И вообще, вспомни, если бы не эти варяги, твое тело, да и наши тоже, уже давно бы рыбы растаскали.

— Я с ним спать не хочу! Это ужасно непри¬ятно.

— Неприятно, потому что он тебя не подго¬товил. Да и не он виноват, а твоя дурацкая гордость! И вообще, всегда в первый раз больно. Зато потом одно удо¬вольствие. Смотри, больше не отказывай ему. Нам надо, чтобы они думали, что мы смирились. Пару не¬дель выдержишь, главное, не забеременей. Я тебе на¬стойку дам, не забывай каждый день по глотку отпи¬вать. Ладно, Данута, пошли на этот их праздник! Ду¬маешь, мне сердце не рвет, когда они меня рабыней зовут? Терплю! А что думаешь, приятно мне было под тем греком, на том поганом корабле? Тоже вы¬терпела! Пошли, только, свое личико перестань хму¬рить. Не позорь своего Исгерда перед другими.

— Какой он мой, невеста у него есть, и свадьба будет по приезду. А меня — в наложницы. Он меня сразу предупредил, чтобы не надеялась. А мне он нужен, как собаке пятая нога. Еще не женился, а уже собрался жене изменять.

— Да он глаз с тебя не сводит, крепко по¬пался на твой крючок, я ведь вижу. Бедная его невеста, не любит ее этот красавец.

Девушки вернулись на праздник. Там по-прежнему вовсю танцевали и пели песни. Исгерд хмуро сидел рядом с Ингмаром, не обращая внимания на пытающегося его развеселить побратима. Милана подтолкнула Дануту к викингу, и той ничего не оста¬валось, как подчиниться. Она подошла к Исгерду и присела рядом с ним на скамейку. Мужчина не верил своим глазам и посмотрел на Милану. Та улыбнулась и сделала знак, чтобы он обнял красавицу. Исгерд не¬уверенно обхватил ее за плечи — Данута не сбросила его руку, а немного натянуто улыбнулась. Тогда ос¬мелевший викинг подхватил ее и усадил к себе на ко¬лени. Тоже никакой гневной реакции. Он снова бро¬сил взгляд в сторону Миланы. Та торжествующе улы¬балась, давая понять, что Данута готова помириться.

— Я не верю своим глазам. У тебя перемени¬лось настроение. Ты решила помириться? — прошеп-тал он ей, целуя в нежную шейку. Посмотрев на просиявшего побратима, Ингмар с улыбкой отошел в сторонку.

— Просто мне Милана объяснила, в чем я была неправа.

— И что она тебе объяснила? — он благодарно посмотрел на Милану.

— Мне не нельзя отказывать тебе, ведь ты мой хозяин и повелитель — опустив глаза, чтобы он не увидел их непокорного блеска, с сарказмом прошеп-тала красавица.