Чтение онлайн

– Я сдержал свое обещание, Кора.

– Да, милорд. – Она легко приложила ладонь к его щеке и тихо прошептала: – Я не сомневалась, что тебе это удастся.

Его взгляд немного смягчился, и он обхватил подбородок жены ладонью.

– Лгунья!

Она рассмеялась:

– Да, милорд, бываю ею временами. Ты должен бы наказать меня за мое своевольство.

– Ты шутишь? Но я всерьез подумывал над этим, когда бродил весь день по колено в сугробах.

Кора поцеловала его подбородок, коснувшись едва заметного белесого шрама на коже. Темная щетина колола ей губы.

– Если бы ты не пошел, то не познакомился бы с Сигером. Он тебе понравился?

Люк крепко обнял ее.

– Он оказался не таким, каким я представлял себе старого охотника.

– Он сакс. Прежде у нас тут не было таких сословных различий, как в Нормандии. И только когда пришли нормандцы, началось это резкое разделение на господ и простолюдинов.

– Но ведь у саксов и раньше были короли, графы и бароны.

– Да, но пропасть между ними и народом не была такой, как сейчас. – Кора приложила ухо к его груди, слушая сильное биение сердца. Потом улыбнулась и, откинув голову, взглянула на него. – Ты пахнешь конским потом, дорогой муженек. Что ты предпочитаешь: смыть с себя этот запах или спать в конюшне?

Люк поморщился.

– Я спал там прошлой ночью. Один из моих конюхов предложил мне поискать другое место для ночлега, поскольку мой храп пугает лошадей.

– Какой наглец!

– Он был прав. И я не мог наказать его. – Люк посмотрел на нее с лукавым блеском в глазах. – Если уж меня заставляют помыться, я желаю, чтобы мне в этом помогли.

– Ну что ж, попробую устроить это тебе. – Она легонько оттолкнула его от себя. – Сейчас пошлю Рудда, чтобы слуги принесли бадью, мыло и несколько ведер горячей воды.

Люк поймал ее за руку, когда она отступила, удерживая рядом с собой.

– А ты помоешь меня.

Радость переполняла ее, когда Кора шла к двери. Пусть Люк и не сказал, что любит ее, в его тоне чувствовалось это. Скоро, скоро он скажет ей эти слова, отдаст ей свое сердце, как отдал свое имя. И тогда счастье ее будет наконец полным. Скоро…

Кончался январь, быстро приближался февраль. Метель засыпала все дороги сугробами, помешав Роберту и Амелии продолжить свое путешествие на север. Вечера хозяева и гости проводили в большом зале, развлекаясь музыкой, песнями менестрелей или играя в шахматы и триктрак. А особенно холодными вечерами собирались у горящего очага. В трех шагах от огня уже было холодно: ледяные сквозняки гуляли по углам, забираясь под одежду и пронизывая до костей.

Роберту де Брийону не терпелось поскорей продолжить свой путь, чтобы избавиться от Амелии, доставив ее ко двору Малкольма.

– Я просто устал от ее бесконечных жалоб, Люк, – сетовал он. – И как это ты терпел ее занудство и колкости!

– Я с ней встречался не для того, чтобы вести беседы, – сухо ответил тот, и Роберт рассмеялся.

– По правде говоря, она действительно красива, но слишком уж у нее злой язык. Ах, напрасно я не принял предложение короля отправиться в Нормандию! Не сидел бы сейчас здесь с прекрасной Амелией, а твоя жена не метала бы глазами молнии за столом.

Люк пожал плечами.

– Кору раздражают ее капризы, но приходится терпеть.

– Нет, ее раздражают не капризы, а попытки Амелии добиться от тебя большего, чем просто вежливое внимание, – раздраженно фыркнул Роберт. – Ты нравился этой даме меньше, когда добивался ее благосклонности, чем сейчас.

– Ну, разумеется. Неужели ты еще не знаешь, что у подобных женщин это в обычае. Бывают такие, которые бегут при первом же намеке на отказ, а у этих аппетиты только разгораются, когда их отвергают. Если какой-нибудь мужчина захочет завоевать сердце прекрасной Амелии, ему следует поворачиваться к ней спиной и ни в коем случае не улыбаться ей.

Роберт отвел взгляд от пляшущего в очаге пламени и задумчиво смотрел на Люка некоторое время, прежде чем согласно кивнуть. Встряхнув в стакане игральные кости, он кинул их, не глядя, на доску.

– Амелия надменная, самодовольная и очень капризная женщина. Мне жаль кузена короля Малкольма, у него будет не лучшая жена.

– Есть мужчины, которые предпочитают постоянную борьбу семейной идиллии. – Люк взял кости и ленивым движением покатал их в ладони, взглянув в дальний конец зала, где стояла Кора с одним из саксонских слуг.

Роберт проследил за его взглядом. У ног Коры лежала волчица, вновь вернувшаяся после двухнедельного отсутствия. Никто не знал, как она покинула замок, но в одно прекрасное утро Шеба так же неожиданно вновь появилась в нем. Кора считала, что, возможно, кто-то из солдат ударил ее, поскольку волчица стала вести себя беспокойно при виде вооруженных людей. А может быть, она помнила, как один из людей Освальда гонялся за ней перед Рождеством. Отвлекшись от мыслей о волчице, Роберт повернулся к другу.

– Какие новости от Освальда?

– Никаких. – Люк нахмурился, продолжая крутить кости по ладони большим пальцем. – Он не стал приносить клятву верности ни мне, ни Вильгельму. Да я и не ожидал этого.

– А чего же ты ожидал?

Подняв взгляд, Люк бросил кости на доску.

– Я ожидаю, что, когда погода улучшится, Освальд объявится, и с мечом в руке.

– Ты принял какие-нибудь меры предосторожности?

– Вулфридж – сильная крепость. Я договорился с живущими в соседних деревнях крестьянами, которые поднимут тревогу при первых же признаках опасности.

– Ты думаешь, что простолюдины станут рисковать своей шкурой ради того, чтобы предупредить тебя? – скептически покачал головой Роберт. – Мой прежний опыт говорит, что они всегда заботятся в первую очередь о собственной безопасности.

– Только тогда, когда не уверены, что их лорд сумеет защитить их.

– И что же, саксонские крестьяне прониклись к тебе таким доверием за столь короткое время?

– Не столько ко мне, как к ней. – Люк кивком головы указал на жену. – Они сражались за нее и прежде, с вилами и косами, у кого не было мечей. Так что, если понадобится, они придут мне на помощь, хотя мой гарнизон и сам достаточно силен.