Чтение онлайн

Увидев Тэлли, Сюзи поприветствовала ее кивком головы и подозвала к себе. Она указала на рекламные объявления, в которых предлагалось все — от домашнего скота до трейлеров.

— Похоже, Марв Гарнетт решил продать одну из своих кобыл, — сказала она.

Тэлли мельком взглянула на цветную фотографию лошади и сразу же узнала великолепную чистокровную кобылу, которую видела на ферме Плентивуда.

— Она так красива, — вздохнула Тэлли. — Ты не знаешь, сколько он хочет за нее?

— Гораздо больше, чем ты можешь себе позволить.

Тэлли отбросила непослушную прядь волос, упавшую ей на лоб.

— Почему все решают за меня, что я могу себе позволить? Так сколько он хочет?

— Я слышала, что он собирается продать ее за десять тысяч долларов.

— Спасибо. — Тэлли с мрачным видом водрузила на прилавок три пакета с овсом и подстилку для конюшни, нетерпеливо оглядываясь в поисках продавца.

— Он уехал из города, — сообщила Сюзи.

— Кто уехал? — поинтересовалась Тэлли. — Марв или продавец?

— Не притворяйтесь, что не понимаете меня, мисс Джеймс, — прошипела Сюзи. — Ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю. Я выяснила, почему Джед не может получить ссуду. Думаю, ты тоже это знаешь.

— Неужели ты хочешь посплетничать о Джеде Уитморе? — Тэлли нервно оглянулась. — А не могла бы ты поговорить о ком-нибудь другом?

— Джед — самый привлекательный мужчина из наших одноклассников. Ты видела фотографии знакомых мужчин из Хармони в «Пипл уикли»? Он снят там с какой-то дамой из высшего общества. Говорят, они были помолвлены. И он так богат, что может купить и продать весь наш город.

— Тогда зачем ему ссуда? — заметила Тэлли.

— Чтобы выкупить долю его партнера по авиалинии.

— Меня это не удивляет, — ответила Тэлли, стараясь не подавать виду, что поражена осведомленностью Сюзи. — Я поступила бы точно так же, а ты разве нет?

— А ты знаешь, сколько стоит половина авиалинии? — потребовала ответа Сюзи.

— Я не знаю даже, сколько стоят три пакета овса и подстилка, не то что авиалиния, — ответила Тэлли. Она не могла дождаться, когда появится продавец и она сможет заплатить за покупки и побыстрее удрать из магазина.

— Ты не поверишь, но он действительно собирается прийти на встречу выпускников, — сообщила Сюзи. — После того как вернется.

— Ты в этом уверена?

— Он отправился в резервацию.

— Нет, это его мама туда отправилась.

— Кто тебе сказал?

— Он сам.

— Ты держишь меня в напряжении, — сказала Сюзи. — Что еще он тебе говорил?

— Джед рассказал, что два часа ждал тебя в кафе, а ты так и не пришла. Он считает, что тебе нравится разбивать мужские сердца, и просил позвонить ему, как только ты снимешь пластинки со своих зубов.

Сюзи расхохоталась, продемонстрировав ряд великолепных зубов, и, схватив с полки соломенную шляпу, нацепила ее на голову Тэлли.

— Не поверю ни одному твоему слову. Я была с тобой откровенна, а ты не хочешь поделиться своими секретами с лучшей подругой.

— У меня нет секретов, — ответила Тэлли.

— Это потому, что ты мне не доверяешь. Думаешь, я разболтаю по всему городу?

— А ты можешь разболтать? — спросила Тэлли, снимая шляпу. — Клянусь, о моих секретах ты узнала бы первая! О, наконец-то, вот и она. Теперь я смогу выбраться отсюда.

Сюзи молча наблюдала, как дочь владельца считает деньги, а потом вышла вместе с Тэлли из магазина, чтобы помочь ей дотащить пакеты до машины.

— Тебе не кажется странным, что в отличие от наших одноклассников мы с тобой никогда не были замужем? И не забывай о Джеде, он ведь тоже не женат. Что с нами такое? — спросила Сюзи, укладывая пакеты с овсом в багажник машины. — Я сняла свои пластинки еще в шестнадцать лет, но никто не обратил на это внимания.

— А те, кто заметил, не соответствуют твоим слишком высоким требованиям. Я ничего не знаю насчет Джеда, но, по-моему, ты слишком привередлива. Скажи, ты по-прежнему ждешь прекрасного принца? — поинтересовалась Тэлли.

— А что здесь такого?

Спросила Сюзи.

— Нет, ничего, — ответила Тэлли, залезая в машину и высовываясь через опущенное стекло. — Принцы часто приезжают в Хармони в поисках девушки, которой придется впору хрустальный башмачок, но их трудно узнать, потому что они скрываются под маской жабы.

— Ух! — воскликнула Сюзи. — Но как же тогда девушке узнать, что это принц? Пожалуй, поцеловать его первой, чтобы увидеть его настоящее лицо.

Тэлли, печально улыбнувшись, кивнула Сюзи и выехала со стоянки. Она не думала о прекрасном принце, ее гораздо больше беспокоила встреча выпускников. Она с нетерпением ждала этого дня, но чувствовала себя неуверенно и ужасно боялась, как пятнадцать лет назад. Тэлли считала себя зрелой женщиной, не лишенной здравого смысла, но сейчас она вдруг ощутила себя глупой девчонкой, которая волнуется из-за какой-то вечеринки. А ведь она даже не вспоминала о вечере и не беспокоилась о том, что наденет, пока не появился Джед.

В тот же день Тэлли отправилась в галантерейный магазин и купила шелковую ткань неяркой расцветки для нового платья, собираясь посвятить следующие несколько вечеров шитью, вместо того чтобы читать книги о болезнях лошадей. Конечно, ее желание произвести впечатление на людей, которых она знала всю свою жизнь, кое-кому могло бы показаться странным. Она не привыкла совершать бессмысленные поступки. Но так было до сегодняшнего дня.

Все говорили, что члены комитета поработали на славу. Как и пятнадцать лет назад, спортивный зал был украшен голубыми и желтыми бумажными лентами, из динамиков звучала музыка, а гостей угощали картофельными чипсами, сандвичами и слабеньким пуншем.

В зале раздавались возгласы удивления и радости, давно не видевшиеся одноклассники обнимали друг друга, и кое-кто даже прослезился. Бывшие выпускники прикрепляли к лацканам пиджаков бумажные ярлыки со своими именами и по очереди входили в зал. После окончания колледжа многие парни остались в Хармони, работали на своих отцов и женились на одноклассницах, а некоторые переехали в Лас-Вегас, Портленд и в Спокан и теперь специально прибыли на встречу выпускников.

Тэлли чувствовала себя неуверенно в своем новом платье, которое закончила только днем, и очень волновалась. Она стояла рядом с большим стендом, рассматривая старые фотографии их выпускного класса. Низкий мужской голос прервал ее размышления.