Чтение онлайн

— Обойдемся без предисловий, — махнула рукой Селена.

— Вчера днем армия Валена покинула Мутвин и двинулась к Хусорту, — заговорил Ивон. — Бывший гаран провинции ведет не меньше трех тысяч солдат. Это — вторжение. Уверен, что скоро подойдут мидлэймцы и данвилцы. Надо готовиться к штурму.

— От города до замка около тридцати лиг, — пояснил трунсмец. — Утром противник будет здесь. Замысел врага прост — окружить крепость к рассвету и не дать нам возможности позвать на помощь союзников.

— А если выйти из Хусорта и ударить по войскам Валена? — проговорил Алгар. — Силы примерно равны, но на нашей стороне внезапность.

— Это не лучшее решение, — заметил Вокил. — Мы потеряем в сражении немало бойцов, которые пригодятся для обороны замка. Надеяться на подкрепление нам не приходится, а вот неприятель получит свежие полки. Армия хусортцев нужна Ксатлину лишь для начала осады. Альв прав, штурма не избежать.

— Есть другие предложения? — спросила волшебница.

— Есть, — кивнул Салмир. — Покинуть крепость и под покровом ночи уйти к Корнистону или Трунсому. Хусорт достанется врагу, а мы сохраним войска. Это существенно нарушит планы Ксатлина. В крайнем случае, можно двинуться на Полночь. Переправимся через План, а оттуда путь открыт куда угодно. Хоть в Валвил.

— А как же ингасы? — удивился Линк.

— Они не решаться напасть на три тысячи закованных в латы воинов, — усмехнулся гаран. — Дикари предпочитают грабить беззащитные деревни. Хорошо вооруженная армия им не по зубам.

Выдержав небольшую паузу, трунсомец продолжил:

— Но в любом случае, Хусорт мы теряем навсегда. А может быть и Фессалию. Жизнь в обмен на родину…

— Меня это не устраивает, — произнесла королева. — Стать изгнанником — не лучшая доля. Зачем тогда два года назад мы бились возле Трунсома? Победа или смерть! Я остаюсь в замке. Крепость — главное связующее звено между провинциями государства на Полуночи.

— Превосходно, — не скрывая удовлетворения, сказал Салмир, — я слишком стар, чтобы бегать от данвилцев, как заяц. Врага следует встречать лицом к лицу. Будем готовиться к осаде.

— Надо отправить из крепости всех женщин и детей, — вымолвил Вокил. — Толку от них здесь немного. Лишние жертвы и расход продуктов. Вален крестьян не тронет. Ведь это его подданные. Да и побоится будоражить народ казнями.

— Разумно, — согласилась Селена. — Выдайте каждой семье по одному золотому. Пусть все знают, что королева даже в момент опасности не бросает на произвол судьбы своих людей.

Хусортец поспешно удалился, чтобы сделать необходимые распоряжения.

Вскоре, утирая слезы, неся на руках младенцев и нехитрый скарб, жены воинов вышли из замка и двинулись в сторону Полуночи. У многих в близлежащих городах и деревнях были родственники, которые приютят беглецов. Выходцам из Трунсома и Корнистона придется тяжелее.

Несколько женщин ослушались приказа и все же остались в крепости — они хотели разделить участь своих мужей. Спорить с ними было бесполезно.

— Что мы еще в состоянии предпринять? — уточнила волшебница.

— Послать гонцов к Инхаму и Малиху, — проговорил гаран. — Если Ивон прав, то они скоро и сами узнают о вторжении. И все же… Надежда умирает последней. Нам нужна помощь. Может быть валвилцы…

— Нет, — жестко сказал альв. — Если жрецы хотя бы выслушают посланца, то вожди племен сразу покинут Совет. Они больше не доверяют людям. Фессалийцы не выполнили условия договора. Моя страна потеряла несколько городов. Уфтин в гневе заявил, что его нога никогда не ступит на землю Фессалии! А лесные охотники редко нарушают свои обещания.

— Я понимаю, — тяжело вздохнул трунсомец. — А потому, прошу тебя отправиться в путь. Простого лучника действительно никого не станет слушать. А вот советнику королевы отказать будет трудно.

Юноша хотел, было, возразить, но Селена его опередила. С мольбой в голосе женщина произнесла:

— Ивон, ради меня. Это действительно сейчас необходимо. Мы будем рады даже сотне лучников. Ты сумеешь убедить жрецов!

— Но я давал клятву Конану… — неуверенно заметил валвилец.

— Он бы тебя понял, — вымолвила волшебница.

После недолгого колебания, альв утвердительно кивнул.

— Хорошо. Но рассчитывать на успех моей миссии не стоит. Вожди племен озлоблены и настроены очень враждебно к Фессалии. А, кроме того, я уверен, что бафирцы вторглись в Валвил, и у Уфтина нет лишних бойцов.

— Постарайся, — едва слышно прошептала королева.

Ивон поклонился Селене и вместе с двумя разведчиками направился к выходу.

— Подожди! — окликнул советника Салмир.

— Что еще? — спросил альв, оборачиваясь к рыцарю.

— У меня будет небольшая просьба, — проговорил фессалиец. — Проводите моего племянника до Трунсома. Я хочу, чтобы он лично побеседовал с Малихом. Надо использовать все шансы.

Алгар попытался возмутиться, но дядя сделал жест рукой, требуя молчания и беспрекословного подчинения. Молодой человек прекрасно знал, что если Салмир принял решение, то уже от него не отступит.

Пожав плечами, валвилец равнодушно сказал:

— Пусть идет. Но не советую ему одевать доспехи. Даже Конан с трудом выдержал путешествие вместе с альвами, а он воин от бога.

— Подумаешь, — иронично сказал Линк, — таких солдат в Корнирстоне сотни. Обычный рыцарь-чужеземец.

Ивон презрительно усмехнулся, но промолчал. Альв уже давно понял, что переубедить глупых людей невозможно, а спорить с ними — лишь тратить время понапрасну.

Альв бесстрастно смотрел на гарана.

— Хорошо, доспехи он не оденет, — произнес фессалиец.

— Мы ждем Алгара возле моста, — вымолвил ученик жреца.

Валвилцы быстро покинули зал. Имуществом Ивон здесь не обзавелся, а потому сборы оказались недолгими. Куда сложнее пришлось трунсомцу. Уложить кольчугу, оружие, продукты и воду в дорожный мешок было непросто. Молодой человек не успел даже попрощаться с дядей.