Чтение онлайн

Гуиналь дрожащей рукой вытерла слезы.

– Я сделаю все что смогу, – тихо произнесла она.

– Не знаю, стоит ли нам это затевать? – задумчиво оглядел пещеру Паррайл. – В теории-то все выглядит как нельзя лучше, но…

– А зачем мы ехали в такую даль? – Шив вытащил пергамент из книги Паррайла. – Не можем же мы оставить Гуиналь в полном одиночестве. Это список владельцев артефактов?

Паррайл торопливо встал.

– Это то, что мы собрали из снов, обобщенные образы, которые в них появлялись. Ну вот, например, та цепь: все данные свидетельствуют о том, что она принадлежала зрелой женщине с довольно заметными оспинами и… Шив сунул ученому список.

– Читай вслух. Тави, Верил, пошли со мной, попробуем найти кого-нибудь, подходящего под его описания.

Неуверенно переглянувшись, наемники присоединились к магу. Вскоре и Узара стал вместе с ними медленно обходить пещеру, пока Паррайл зачитывал вслух краткие, часто нелестные описания людей, которых они искали.

– О дорогой, – едва заметно улыбнулась Гуиналь, – госпожа Куллам всегда предпочитала, чтобы ее называли цветущей или дородной, но не жирной.

– Ты готова это сделать? – Ливак разглядывала Гуиналь с откровенным скептицизмом.

Девушка вздернула подбородок, и искра решимости вспыхнула в ее глазах.

– Готова, но сначала мы должны разбудить как можно больше адептов Высшего Искусства. Они помогут мне вернуть остальных.

– Ты можешь показать, где они? – Я сделал шаг к застывшим телам.

– Через минуту. – Гуиналь обернулась к неподвижной фигуре Темара. – Я больше не хочу оставлять его в темноте.

Она опустилась на колени и положила свои руки на руки юноши, держащие рукоять меча. Я так сильно сжал пальцы Ливак, что она вздрогнула. Я снова ощутил призрачное прикосновение, подобное дуновению холодного ветра, но оно прошло, и возникло странное, прекрасное чувство освобождения, как только Темар сделал первый, долгий, прерывистый вдох. И вот он открыл глаза, Гуиналь привлекла его к себе, а мы с Ливак отошли в молчаливом согласии, чтобы они остались вдвоем.

– Как успехи?

Шив стоял над крошечной девочкой, держа в руке браслет с эмалевым серебряным цветком.

– Неплохо, но у нас наберется артефактов в общей сложности меньше чем для трети этих колонистов, даже учитывая те, что остались в Хадрумале. – Он покачал головой. – Нам следует быть осторожными при решении, кого оживлять. Я надеюсь, Гуиналь знает этих людей. Мне бы не хотелось разбудить ребенка, чья мать останется все равно что мертвой.

Я оглянулся на Гуиналь и Темара, еще цепляющихся за то утешение, что они могли дать друг другу.

– Она говорит, нужно начать с адептов Высшего Исскуства, – сказал я.

– А ты не можешь… – Шив заколебался. – Тебе не кажется, что…

– Я помню свои сны, если ты пытаешься об этом спросить.

Я слегка усмехнулся, но, просмотрев свои воспоминания, и в самом деле понял, что того страха, который окрашивал эти образы в течение столь долгого времени, больше не существует. Я по-прежнему все помнил, но теперь это было подобно воспоминанию о некой сказке, истории, когда-то услышанной, которая случилась с кем-то другим, если вообще когда-нибудь случилась. Я прошел вдоль рядов и указал на узкокостную женщину с темным пятном застарелой крови на белых застывших руках.

– Это Авила. Уверен, она выбрала брошь, усыпанную рубинами и розоватыми алмазиками.

– Это булавка для плаща, и на обратной стороне есть надпись, – сообщила, подходя к нам, Гуиналь. Она обнимала себя за плечи и слегка дрожала. – Это был подарок ее жениха, эсквайра Тор Силарра.

– Ты помнишь такие детали? – Паррайл набросил ей на плечи свой плащ, и девушка рассеянно поблагодарила его.

– Конечно, – улыбнулась Гуиналь. – В конце концов, это было только вчера.

Почувствовав, что рядом кто-то стоит, я оглянулся и увидел Темара. Ливак шевельнулась под моей рукой, но я прижал ее к себе, чтобы молчала.

– Я должен извиниться за свое поведение, – смущенно промолвил юноша.

Я сочувствовал его борьбе между гордыней и неловкостью.

– Нет, ты не мог ничего знать. Я не держу на тебя зла.

Я говорил совершенно искренне, хоть сам себе немного удивлялся. Испытав ужас заключения внутри моей собственной головы, я просто больше не мог винить этого мальчишку.

– Мне хочется как-то вознаградить тебя. – Темар упрямо выпятил челюсть. – Ты должен оставить себе этот меч. Это единственная ценность, которая у меня есть.

Он цеплялся за свое предвзятое понимание чести, а взгляд его был потерянный.

Я категорически покачал головой.

– Нет, прости, я не могу его принять, – сказал я дрогнувшим голосом. Выходит, я все еще не так спокоен, как думал.

– Я настаиваю…

Темар пытался всучить мне ножны, но я спрятал руки за спину.

– Он никогда не был моим, – твердо заявил я на этот раз. – Я не хочу его!

Должно быть, что-то в моем тоне убедило его. Юноша покраснел и, не сказав больше ни слова, пристегнул меч к поясу. Потом огляделся в поисках Гуиналь, которая была теперь на другой стороне пещеры в обществе все того же заботливого Паррайла, и поспешил к ней.

– Твой мессир дал тебе тот меч, – заметила Ливак, провожая Темара жестким взглядом.

– Дал, и вот к чему это привело, – мрачно ответил я.

Придушенный крик эхом прокатился по огромной пещере, и мы увидели Гуиналь, обнимающую Авилу. Пожилая женщина дрожащей рукой вытирала глаза, в другой она сжимала брошь, словно это была единственная незыблемая вещь в ее мире.

К ним присоединился обеспокоенный Шив, а Паррайл, наткнувшись на грубость Темара, сиротливо ждал в сторонке. Авила с трудом встала на ноги и, оттолкнув руку мага, устремилась к женщине, лежавшей рядом с тремя детьми под шерстяным плащом. Слов на таком расстоянии не было слышно, но я почувствовал страх, заметив, как Шив указал сначала на одного ребенка, потом на другого и покачал головой, что-то яркое блестело в его пальцах. Паррайл подошел ближе и порылся в своем сундучке, но и он беспомощно развел руками над средней фигуркой и женщиной.

Я вспомнил пряжку, с помощью которой Крамизак плел свои сети вокруг Каески, и кровь застучала в моих ушах. Тогда я ничего не ведал о ее значении – откуда мне было знать! – но теперь вина опалила меня. Если б я только забрал ее! Когда теперь эта маленькая семья вновь будет радоваться солнечным лучам, а не лежать в неподвижности в этом холодном каменном склепе? Внезапные рыдания Авилы разорвали тишину. Она спрятала лицо в ладонях, а Гуиналь, тщетно пытаясь утешить женщину, тоже плакала.

– С меня хватит! – Я круто развернулся, чтобы сбежать из мрака пещеры.