Чтение онлайн

– Думай, Ветвяна Полунич, думай...
– подбадривала я сама себя.
– Рвать ее опасно... Постепенно отсоединять - долго и... тоже опасно. Вдруг что-то не то задену... Та-ак, как лечат больных, если нельзя оперировать, мать вашу, доктор Смерть?.. Если нельзя оперировать, надо сделать так, чтобы организм сам стал бороться, - закусила я от волнения губу.
– Консилиум закончен. На дальнейшие предложения нет времени, - нависла я над Олесом и вытянула руки вперед...

Задача предстояла нелегкая и мои серебристые лучи, тонкие, как спицы Елании, осторожно потянулись к поврежденным "злокачественным" ячейкам. Дальше нужно было, как можно осторожнее, проникнуть под них и нырнуть в тающее свечение Олеса. Все это я проделала очень старательно, лишь периодически замирая, чтобы перевести дыхание и дальше продолжить свой "извилистый" путь... А когда первый этап был пройден, я с нажимом начала вкачивать свою алантскую энергию в потухающую жизнь мужчины. И постепенно, невыносимо медленно, серебристая алантская сила потекла по телу лежащего неподвижно Олеса, выдавливая из себя инородную темную массу. Теперь уже она, защищалась, цеплялась за изменившее свой цвет свечение... Но, борьба эта длилась недолго. И, вспыхнув напоследок, бурые хлопья, наконец, потухли, оставив после себя неприятный запах сырого погреба.

– Фу-ух, - облегченно выдохнула я обтерла со лба выступивший пот.
– Как ты там у нас?

Олес по-прежнему был неподвижен, но неестественная бледность его, бросившаяся мне в глаза еще вчера, постепенно уступала место легкому румянцу, а глубокое дыхание мужчины теперь напоминало мирно спящего человека.
– Теперь, надо его действительно полечить и почистить. Что там у нас было с ногой?.. Левой или правой?..
– задумалась я не на шутку, ведь для правильного сравнения мне необходимо было знать, какая из них здоровый образец.

Пришлось, для пущей верности, поддергивать на мужчине штанины. И здесь ответ пришел сам собой - красноватой опухолью вокруг колена на... левой ноге. Дальше дело пошло быстрее и уже минут через пять, полностью "обслуженный пациент", действительно мирно спал... Я же застыла над ним в полной нерешительности. Потом вновь присела с краю и взяла за руку, большую, теплую и мозолистую:

– Прости, Олес. Но, мне необходимо знать то, что видел ты перед тем, как тебя остановили...

Морозное зимнее утро... Я стою у высокого дома из свежих бревен и, улыбаясь, жду, когда с ледяной горки скатится румяный мальчик в меховом тулупчике. Рядом со мной, в пол оборота, молодая женщина, скорее еще девушка, в накинутой на плечи кроличьей шубке... Натэя... Да, это, точно она: светло русые волосы, убранные под ободок, большие глаза, голубые и, кажется, бездонные, и фамильный "греческий" нос. Она смотрит на мальчика и нервно покусывает нижнюю губу. Тоже, видимо, семейная черта... Но, мальчик явно к нам не торопится:

– Папа, смотри, как я научился!
– помогая себе рукой, в облепленной ледяными катышками варежке, он поднимает в воздух кривого на один бок снеговика.
– Ну, как?
– расплывается щербатым ртом.

– Ты мой волшебник! Смотри, дом так же не подбрось, - довольно смеюсь я.

– Танас, а ну, поставь это недоразумение на место!
– явно, не разделяет моего восторга Натэя. В голосе ее звучит плохо скрываемая тревога. Она поворачивает ко мне свое лицо и смотрит в глаза.
– Ты представь, он его через половину села сюда вот так же перетащил.

– Милая, но ведь он наполовину алант. Куда ему без таких вот... фокусов?
– прижимаю я к себе девушку.

– Это понятно. Только на душе как то неспокойно, - вздыхает она, стряхивая снег с моего полушубка.
– Вчера по нашей улице компания какая-то сомнительная проезжала. Мужиков по дворам соблазняли большими деньгами на горные разработки рудокопами подрядиться. А наш... волшебник, как раз с "добычей" этой домой шагал.

– И что? Дело то обычное в этих местах. Почему тебе они не понравились?

– Да, был там один земной маг среди прочего наемного сброда... Взгляд у него был такой, когда он на нас с Танасом посмотрел... В общем... Когда тебя обратно ждать?
– резко меняет она тему.

– За день обернусь. Мне только заказчику чертеж новый показать его хором и насчет материала договориться, - хлопаю я ладонью по берестяному тубусу.
– А хочешь, я останусь?
– склоняюсь к лицу жены.

– Нет, Олес, - улыбается она в ответ.
– Ты поезжай. А мы тебя подождем. Все нормально будет... Это у меня так, нервное... с прежних времен.

– Папа!
– врезается в меня на полном ходу сын и обхватывает за пояс руками.
– А леденцы мятные ты мне привезешь?

– Конечно, - легко вскидываю я его на руки и смачно целую в холодную щеку. Потом смотрю на девушку.
– Я быстро обернусь. Топи баньку в субботу...

Пасмурное, с линиями серых облаков небо... Я иду по заснеженному лесу. Даже не иду, продираюсь сквозь какие-то заросли. Ветки хлещут меня по лицу и голым рукам, а снег хлопьями осыпается за воротник полушубка, но я не обращаю на это никакого внимания. Потому что я спешу, упорно продолжая путь... Но, постепенно лес заканчивается. Теперь я на заснеженном поле и стою на хорошо укатанной дороге, а прямо передо мной невысокий указатель "деревня Выселки" с зачеркнутой чем-то черным буквой "ы" в названии. Вместо нее, сверху, тем же "маркером", коряво подписана буква "е"... Но, мне не туда, не в эту "веселую" деревню. Я это знаю точно и поэтому огибаю утонувшие в сугробах домики вдоль огородов, по окружной дороге...

И снова лес, но уже другой. Здесь больше елей, а в просвете между деревьев, прямо по курсу, видны горы, подсвеченные закатным солнцем... Я теперь не пеший. Подо мной золотистого цвета конь. От нашего с ним дыхания в воздух столбиком поднимается пар... Наконец, я спешиваюсь и оставляю коня в низинке, а сам продолжаю свой путь... Но, иду не долго...

Сильный ветер, пронизывающий до сердца. Я стою на высоком обрыве, а подо мной пропасть, очень напоминающая русло когда-то пересохшей горной реки... Я поднимаю слезящиеся глаза, протираю их рукавами и внимательно оглядываю открывшуюся перспективу... Вершина горы, что немного меня левее, очень похожа на гребенчатую спину лежащего дракона, розовато кровавого сейчас, в этом свете. А прямо у ее подножия, едва заметный отсюда проход вовнутрь... Больше я не вижу ничего, мешают валуны, разбросанные по бывшему речному дну. Приходится вновь вернуться в лес и идти вдоль обрыва...

Теперь я внутри горы. На каменных сводах наледь... Меня держат за руки двое вооруженных мужиков... Во рту солоноватый привкус крови, голова просто раскалывается на части и очень ноет левое колено... Ко мне подходят еще двое: высокий пожилой мужчина с седыми торчащими усами, и второй, по моложе и какой-то неестественно жеманный, с ранними залысинами на темноволосой голове. Когда он наклоняется ко мне, я вижу, как в его глазах пляшут отблески настенного факела.

– Ну, и как ты нас нашел, смельчак?
– недовольно поджав губы, спрашивает он.