Чтение онлайн

— Если болотник приблизится к черте, — сказал Середин, — закрывайте уши и глаза и взывайте ко всем богам разом. Пока мавка далеко, она ничего не сможет сделать.

Заговоренный круг ее остановит, но если мы сами выйдем к ней на зов…

Кира прижалась к Середину и крепко вцепилась ему в локоть. Вторая ее ладонь лежала на рукояти маленького ножика, годного только на то, чтобы резать за обедом мясо и стругать щепки для костра.

Время шло. Олег бросал нетерпеливые взгляды на небо, надеясь увидеть первые признаки приближающегося рассвета, но напрасно. Костер уже окончательно осел, превратившись в груду играющих багровыми отблесками углей. В такие хорошо картошку закапывать или утку, обмазанную глиной. Но света они давали всего ничего.

— А ну, погодите! — Олег, спохватившись, кинулся к сложенным у огня вещам, схватил свой саадак, открыл колчан с луком, из сумки вытащил пучок запасных стрел, сдернул с них конопляную веревку. — Как раз перед походом купил! Посмотрим, на что мы с ними годимся.

Он снова вернулся к черте и недовольно покачал головой. Круг света все сужался и сужался. Это плохо. Очень плохо. Ох, Сварог-батюшка, не дай остаться в этих топях…

Пальцы удобно легли на рукоять лука, Олег взял стрелу и, полюбовавшись ею, наложил на тетиву.

Он не торопился, стараясь правильно выполнить каждое движение. Кольцо — на палец. Зацепить большим пальцем стрелу, удерживая его указательным и средним, наложить стрелу на тетиву, зажав ее в кулаке. Ведун навел широкий наконечник в сторону колышущейся массы, затаил дыхание, пытаясь прицелиться. Мавка то расцветала яркими огнями, напоминающими перемигивание светлячков, то наоборот застывала и казалась земной твердью. Несомненно, заблудившийся в болоте путник с радостью подумал бы, что это путь к спасению. Но нашел бы только страшную смерть в гиблой трясине. Впрочем, у путника не было бы с собой боевого лука и стрел, освященных самим Перуном.

Между тем мавка медленно приближалась, все время меняясь. И когда она в очередной раз вспыхнула огоньками, Олег резко, до самого уха, натянул тетиву и расслабил пальцы, выпуская стрелу. Та со звонким щелчком, разорвавшим тишину ночи, сорвалась с лука — и в тот же миг мавка взвыла и перетекла на более безопасное расстояние. Звук был такой, будто лопнул огромный пузырь. Но Олег не успокоился и снова выстрелил, отогнав нечисть еще немного.

— Может, ты его огнем спалишь? — тихо спросила Кира. — Как Велислав.

— Велислав, помнишь, ящера убить не смог, — напомнил Олег. — Только спугнул. А стрела богатырская достала. Мавка ночью колдовства не испугается. Чего зря силы тратить и Перуна тревожить?

И он взял из пучка новую стрелу.

Костер затухал, он благополучно сожрал все, что люди могли ему дать, и требовал еще. Нечисть опять начала подползать. Ведун натянул лук и снова выпустил стрелу. Но на этот раз тварь была готова. Мавка растеклась по земле мутной жижей, и стрела глубоко воткнулась в землю, не причинив ей вреда.

Кира нервно огляделась.

— Она учится, — пораженно пробормотал ведун. — Кто бы мог подумать, что у этой слякоти есть еще и мозги?!

Конечно, Олег был не прав. У нее не было и не могло быть мозгов. Но вот сознание — имелось. И достаточно сильное, чтобы подчинять себе окружающих. Ведун вдруг ощутил приступ удушья. Ему показалось, что кто-то сжал невероятно могучей лапой горло. Он едва мог вдохнуть, а по коже скребли когти, оставляя глубокие борозды. Он выронил лук и упал на землю, пытаясь наполнить легкие воздухом. Пальцы наткнулись на что-то липкое, и когда Олег поднес их к глазам, то обнаружил, что рука залита кровью.

К нему бросились на помощь Кира и Сварт, но тут же сами побледнели и повалились рядом. Они катались по траве, царапали горло и хрипели. Один Ермолай стоял в стороне.

Олег поднял мутный взгляд на вязкую липкую лужу и увидел своего друга Стаса. Сначала он не поверил глазам. Ведун убеждал себя, что никто из его прошлого не может сюда попасть — но Стае казался вполне реальным. Он радостно махал Середину рукой и звал к себе. Хватка на горле ослабла, Олег начал жадно хватать воздух широко открытым ртом.

— Ну что ты там застрял? Идем, я покажу тебе проход домой. Здесь совсем недалеко.

— Я не могу уйти, — прохрипел Олег.

— Не хотел говорить, — Стас сокрушенно покачал головой, — но твоя мать заболела.

Середин вздрогнул, перед глазами, как живая, предстала его матушка. Мягкие темные волосы зачесаны назад и собраны в высокую гладкую прическу, большие серые глаза с длинными ресницами всегда искрятся смехом, а в уголках губ таятся маленькие морщинки.

Воспоминания жгли душу, а в груди плескались раскаленные волны боли.

— Что с нею?

— Сердце. — Стас опустился на траву, поджав одну ногу под себя. Он всегда так делал, и этот незначительный жест убедил Олега в реальности происходящего больше всех сказанных слов. — Она очень переживала, когда ты пропал. Тебя долго искали, Ворона и ребят из твоей секции следователь несколько раз вызывал. А потом в квартире нашли остатки твоих зелий, книги, формулы, что ты использовал для обряда. Чуть не причислили вас к сатанистам, закрыть хотели, но ничего не вышло.

— Как там ребята? — жадно спросил Олег.

— Да плохо. Ворон тоже куда-то исчез, так что скоро, наверное, секцию распустят. Тебе нужно вернуться, Середин. Каждый должен жить в своем времени, пойми! Пойдем со мной, я покажу тебе место, где я нашел переход.

Олег не просто колебался, он метался, в отчаянии сопоставляя, что важнее. Мать, ребята, секция — или спасение княжича, уничтожение колдуна?

Ведун почувствовал движение сбоку и с трудом скосил глаза. Мимо медленно, глядя в одну точку и что-то тихо бормоча, шла Кира. Глаза ее и щеки были залиты слезами. За ней шагал Сварт. Олег заглянул ему в глаза и невольно вздрогнул. Такая боль плескалась там и такое отчаяние, что ведуну стало не по себе.